Чтение онлайн

— Ты уже знаешь, что я собираюсь сказать, правда?

— Да, я знаю.

Все, что навалилось на меня, чувствуется словно непосильная ноша. И мне так хорошо сейчас, когда я могу поделиться хоть крохотной частью произошедшего.

— Есть кое-что еще, Пип, что ты должна знать. Он может знать что-то об Алексис.

Когда я произношу эти слова, она замирает на месте. Я не часто говорю о Лекс. Я очень редко упоминаю ее имя, так что то, что я произношу его, значит много.

— Что, как это? — спокойно спрашивает она. — Он имеет какое-то отношение к ее исчезновению? О боже.

— Нет. По крайней мере, я так не думаю. Я не могу объяснить это прямо сейчас.

По ее выражению лица, я вижу, что ничего из того, что я рассказала, не нравится ей. Она смотрит на меня настороженным взглядом и глубоко вздыхает, по-видимому, считая меня сумасшедшей.

— У меня плохое предчувствие насчет этого, Слоан. Помимо того, что ты до сих пор не знаешь ничего об этом парне, — она делает паузу, специально акцентируя внимание на том, как это серьезно. — Ты хотя бы знаешь его имя?

Я качаю головой, нет. Она выглядит подавленной.

— Ладно, смотри, как я вижу это со стороны. Он не дал ни одной зацепки копам по поводу Лекс, а ты говоришь мне обратное, будто этот парень знает какую-то там мифическую информацию. Это заставляет меня поверить, что он вовлечен в какое-то темное дерьмо. И к тому же, он пытался задушить тебя!

— Я знаю, — говорю ей хриплым голосом.

Когда она говорит таким образом, четко раскладывая все по полочкам, бл*дь, это действительно звучит очень-очень хреново…

— Я знаю, что ты хочешь найти ее, но этот парень опасен. Из твоего рассказа я делаю вывод, будто он хочет причинить тебе боль, а не помочь найти Лекс. Я хочу попросить тебя, чтобы ты держалась от этого подальше, хорошо? Ни за что не делай ничего вместе с ним. Пожалуйста, Слоан? Ради меня?

Я сосредоточенно смотрю в кофейную чашку, будто там есть ответы на все вопросы. Я знала, что она скажет именно это. Я точно знала, что она собирается сказать, но все равно, чувствую облегчение оттого, что была честна с ней, хоть и не полностью. Ее слова, своего рода, как четкое и взвешенное решение не связываться с ним, даже несмотря на то, что он знает что-то об Алексис. Мне, скорее всего, стоит пойти в полицию и выложить копам свои подозрения насчет того, что он сделал с Эли. И все, мне можно умыть руки, я не буду касаться этого дерьма.

— Хорошо, да, ты права. Я буду держаться подальше от него, — говорю я.

Но по известным причинам, я не собираюсь говорить ей, что он вернется в больницу завтра. Я не скажу ей, что он пообещал найти меня.

Чувство неуверенности зарождается во мне. Это похоже на смесь чувства вины, но в то же время предвкушения от встречи с ним. Я никогда не скрывала ничего от своей лучшей подруги, и именно это напрягает меня. Все мои тайны и вранье связаны с этим парнем. Я не могу ничего поделать, внутренне меня накрывает чувство удивления, потому что ведь разумом я понимаю, что напрашиваюсь на проблемы, скрывая множество секретов. Но, похоже, для меня это не является веским аргументом. У меня предчувствие, что моя сексуальная и опасная проблема найдет меня.

***

Утро тянется невыносимо медленно. Я пытаюсь скоротать его, занимая себя еще большим объемом работы, уделяя остальным моим пациентам больше внимания. Но так не может продолжаться вечно, у доктора Патэла сегодня выходной, а я больше не могу откладывать встречу с этой девушкой, да и вся работа уже сделана. Теперь она на моей ответственности.

Кэрри спит, когда я вхожу в ее палату, но замечаю, что она не одна. Ким Перез, из психиатрического отделения, находится вместе с ней, она потрясающе милая и красивая женщина. Она заботливая и приятная, и она отправляется в числе первых к психически неустойчивым подросткам, когда нужно оценить их состояние. Но Кэрри уже давно не ребенок, но они, скорее всего, посчитали, что девушка сможет среагировать на Ким, как на мать.

— Привет, Слоан, — шепчет она, ставя карту Кэрри в выемку в изножье кровати. — Слышала, ты совершила невозможное с этой девчонкой.

— Суреш сделал большую часть работы.

Я улыбаюсь, возвращая такую же теплую улыбку, с которой она обратилась ко мне.

— Бедная девочка.

Она поворачивается, чтобы посмотреть на Кэрри. Девушка выглядит старше своего возраста. Вокруг ее глаз залегли темные синие круги, и ее кожа все еще мертвенно-бледная, огромное количество морщинок в уголках глаз.

— Я жду, когда она придет в себя. Не знаешь, когда действие снотворного пройдет?

— Она уже не на снотворном. Может, через пару часов, а может, завтра или через пару дней. Она была в ужасном состоянии.

Ким обхватывает себя руками и хмурится, смотря на девушку, которая лежит на больничной кровати. Ким по характеру очень отзывчивая, и всегда принимает близко к сердцу каждого пациента, несмотря на то, виделись они до этого или нет.

— Люди говорят, что суицид — это трусливый способ убежать от проблем, которые давят на тебя, но они ужасно заблуждаются. Нужны стальные нервы, чтобы сотворить то, что сделала эта девочка с собой. Хотя ей очень повезло, что она находится сейчас у нас в больнице Св. Петра Милосердного. Она может отдохнуть столько, сколько ей нужно, также она может поразмыслить над своими предстоящими планами. У нас целая команда специалистов, которая только ждет, чтобы помочь этой крошке.

Темные глаза вспыхивают в моей голове. Я тяжело сглатываю даже тогда, когда мое горло не стискивает его рука. В голове крутятся его «Не позволяй этим гребаным мозгоправам приближаться к ней. Не позволь им разрушить ее. В противном случае, я буду сильно недоволен и огорчен».

— Да, Ким, ей повезло, что она попала в больницу Св. Петра, — тихо выдавливаю я. — Она не смогла бы попасть в лучшие руки.

Мое сознание кружится в вихре размышлений, страх и беспокойство завладевают им, я словно ступаю на темную неизведанную территорию. Возможно, Алексис жива — может, она испытывает такие же страдания, как Кэрри. Кто знает, что ей приходится терпеть, если она все еще жива. Мне не стоит даже допускать таких мыслей. Но разум играет со мной, поддразнивая надеждой. Возможно, она жива и точно так же где-то пытается прийти в себя после попытки суицида. Но она точно не была доставлена в больницу, у нее нет никого, кто бы ей помог, нет возможности попросить о помощи… Нет возможности сбежать…

У Лекс нет рядом такой заботливой женщины, как Ким, чтобы она оказала помощь или просто поговорила с ней. Это заставляет меня испытать неподдельную грусть. Этот парень, кем бы он ни был, ненормальный, если он думает, что я собираюсь отдать ему просто так без объяснений Кэрри. Начисто лишен мозгов, бл*дь, да он просто ненормальный.

— Знаешь, Ким, я действительно понятия не имею, когда закончится действие ее снотворного, но на данный момент, моя работа полностью закончена. И знаешь, если не случится чего-то сверхсрочного, то я с удовольствием посижу с ней, а потом, когда она придет в себя, я позову тебя. А ты пока можешь подняться к себе в отделение.