Чтение онлайн

— Почему ты не сказала мне, что была девственницей? — небрежно спрашивает он.

Я замолкаю, пораженная резкой сменой темы.

— Я не говорила тебе, что я не была.

— Да?

— Да. Ты сам это предположил.

Я поднимаю голову, чтобы лучше рассмотреть, но он хватает меня за шею и держит лицом вперед.

— Почему ты была девственницей?

— Э-э... что это за вопрос?

Он осторожно убирает пряди волос с моей шеи сбоку. Его руки ложатся мне на плечи.

— Он достаточно прост. Почему ты ждала так долго?

Ради правильного человека.

Но я не говорю ему об этом, иначе он подумал бы, что он тот самый.

Я поднимаю плечо.

— Это не так уж важно.

— Знаешь. — его тон небрежен, но не подтекст. — Между нами не будет доверия, если ты продолжишь лгать мне.

Я поднимаю голову, чтобы взглянуть на него.

— Доверие? Думаешь, я когда-нибудь тебе доверюсь?

Его губы сжимаются в тонкую линию, но он улыбается.

— Почему нет?

— Не знаю, Эйден. Может, это связано с тем фактом, что ты нацелился на меня в первый раз, когда увидел. Или что моя жизнь два года была сущим адом из-за тебя? Выбирай сам.

Одна из его рук обхватывает мой затылок. Она тверда, будто он хочет удержать меня на месте.

— Тогда почему ты отдала мне свою девственность?

— Ты меня привлекаешь, — шепчу я. — Несмотря на то, что я ненавижу это, ты меня привлекаешь, но это не отменяет того, что ты делал последние два года. Ты продолжаешь давить на меня. Не похоже, что у меня есть выбор в том, чтобы испытывать к тебе влечение.

— Это то, чего ты хочешь? Иметь выбор?

— Какое это имеет значение? Ты всегда получаешь то, что хочешь. — я фыркаю. — Даже когда ты даешь мне выбор, это в конечном итоге играет в твою пользу.

Эйден немного задумывается. Страшный, молчаливый тип задумчивости.

— Я вижу.

Он опускает руки.

Странный холодок пробегает у меня по спине, несмотря на теплую воду.

Бесстрастное лицо Эйдена последнее, что я вижу, прежде чем он выходит за дверь.

В понедельник дядя, тетя и я завтракаем вместе, когда я говорю:

— Я хочу увидеть доктора Хана.

Две пары глаз отрываются от своих дел. Дядя делает паузу, попивая свой утренний кофе и читая с планшета. Тетя перестает упаковывать мой обед, ее руки начинают дрожать вокруг контейнера.

— Тебе снова снятся кошмары? Что ты видела?

Ее тон почти истеричен.

— Прекрати, Блэр. — дядя оставляет свой кофе и планшет на столе и поднимается на ноги. Я смотрю ему в лицо, когда он хватает меня за плечи и говорит холодным голосом: — Ты в порядке, тыковка? Почему не позвонила нам, когда тебе снились кошмары?

Я не могу не заметить разницу между реакциями тети и дяди. Ее глаза бегают, и она продолжает открывать и закрывать контейнер, как будто не отдает себе отчета в действиях. Всякий раз, когда всплывала тема моих ночных кошмаров, тетя никогда не спрашивала меня, все ли со мной хорошо. Ее первым вопросом всегда было: Что ты видела?

Дядя, с другой стороны, всегда спрашивал, в порядке ли я.

Это странно.

Во всем остальном тетя заботится о моем благополучии больше, чем дядя. Это она ведет себя как нацистка, убеждаясь, что я ем здоровую пищу.

Может, она не думает, что мое психическое состояние является частью здоровья.

В любом случае, я не в настроении рассказывать о своем субботнем эпизоде.

Я улыбаюсь и надеюсь, что это прозвучит убедительно.

— Дело не в кошмарах. Я просто хочу поговорить о стрессе, вызванном экзаменами.

Плечи тети опускаются, и она перестает открывать и закрывать контейнер.

Дядя хмурит брови.

— У тебя никогда раньше не было стресса на экзаменах, тыковка.

— В школе все соревнуются, и я продолжаю думать, что, возможно, кто-то вытолкнет меня из первой десятки процентов.

Ложь так легко срывается с губ.

Странно. Я всегда ненавидела лгать им, но не сегодня.

Дядя кивает.

— Я запишу тебя на прием.

— Спасибо, дядя.

Никому из них не нужно знать о моих планах с доктором Ханом. Я меняю тактику в отношении всей психотерапии.

Дядя целует меня в макушку.

— Ты же знаешь, что можешь поговорить с нами в любое время, тыковка, верно? Тебе не нужно ничего скрывать, как ты это сделала со своими отношениями с Эйденом Кингом.

Просто услышав его имя, я ощущаю боль в груди. С тех пор как он вышел из моего дома в субботу утром, от него не осталось и следа. Он не звонил и не посылал мне свои обычные грубые сообщения.

Я видела его фотографии в Инстаграм после игры в субботу вечером. Элита выиграли со счетом два ноль, и Ксандер забил оба гола. Эйден редко не забивает в играх.

Когда я сказала то, что сказала в ванной, я не ожидала, что он просто уйдет.

Он не из тех, кто уходит.

Я все время твердила себе, что он вернется, чтобы докучать меня, как обычно. Ворвется в мою жизнь, будто имеет на это полное право.

Он этого не сделал.

И это ранило больше, чем я хотела бы признать.

Я рассеянно киваю дяде, который возвращается на свое место и продолжает пить кофе. Я пью сок. На вкус он горький, и хочется выплюнуть его.

Тетя кладет контейнер в мой рюкзак и касается своей ключицы.

— Не пойми меня неправильно, дорогая, но, может, у тебя стресс из-за того, что у тебя есть парень? — дядя смотрит на нее поверх края своей чашки. — Что? Она никогда раньше не испытывала стресс. Это не совпадение, что у неё стресс, когда у нее появился парень. — она смотрит на меня, ее лицо сияет теплотой. — Это подсознание, Эльзи. Объем твоего внимания будет неосознанно разделен. Ты не можешь отдавать своим занятиям сто процентов своей энергии, как раньше.