Чтение онлайн

***

На территории секретного исследовательского центра «Асклепион», открытого в стенах когда-то заброшенной, ныне охраняемой военными школы, было тихо, изредка слышались только злой лай сторожевых псов и тяжелые шаги часовых. Свет внешних фонарей был приглушен, не горел он и в окнах; жизнь, казалось, замерла на ночь, и лишь в просторных подвальных помещениях, где располагались лаборатории, бегали лаборанты и следили за исследованиями учёные.

Высокий, атлетически сложенный, внушительный в военной форме и россыпи наград на груди, со строгим лицом и задумчивым взором, полковник Райан Тернер шёл по коридору, внимательно слушая отчёт майора Стивена Лесли, ответственного за проводимые в «Асклепионе» эксперименты. Взгляд его скользил по каждой именной табличке на дверях, когда-то ведших в кабинеты, в которых сейчас удерживали захваченных в плен сангвинаров.

– Вы хотите сказать, что мы далеки от результата? – внезапно посмотрел на Лесли полковник; говорил он низким, тягучим, серьёзным голосом человека, привыкшего действовать и не тратить время попусту.

– Прогнозы неутешительны, полковник, – печально отозвался майор. – Последний эксперимент напугал даже доктора Грубера.

В отличие от полковника, майор Лесли создавал впечатление услужливого человека, увлечённого работой и склонного к перфекционизму. Он возглавлял команду исследователей с того самого дня, как военные организовали центр, и в своём стремлении угодить начальству был замечательным помощником. Не задававший лишних вопросов, не озвучивавший свои догадки, жёсткий с подчинёнными и несколько бездушный, Стивен Лесли умел молчать и хранить чужие тайны.

– Покажите запись, – потребовал Тернер, входя вслед за майором на смотровую площадку.

Наблюдательный мостик был окружен прозрачной стеной из толстого стекла. Внизу огромным эллипсом раскинулся широкий зал, перестроенный из просторного спортсалона в подобие арены, к которой вели шесть арочных дверей. Кафельный пол был стерильно-белым, тянулись вдоль стен кварцевые лампы, которые периодически очищали воздух, насыщенный запахами спирта и крови. Арену ярко освещал слепящий глаза белый свет диодных светильников, легкое электрическое гудение касалось нервных окончаний раздражением. На площадке с противоположной стороны за мониторами сидели два программиста, ждали приказа стрелки; переведя взгляд с них на лицо полковника, майор Лесли предложил:

– Мы могли бы повторить эксперимент и показать его вам.

– Каков был исход предыдущего? – резковато поинтересовался полковник.

– Летальный, сэр, – потупился майор.

– К чему лишние жертвы, майор Лесли?

Лесли помолчал, затем со вздохом признался:

– Вы не поверите своим глазам, полковник. Побочный эффект… оказался непредсказуем, – запнувшись, добавил он.

– Хорошо, – отрывисто ответил Тернер после недолгих раздумий. – Показывайте.

Лесли сделал знак программистам, и одна из управляемых компьютерной программой дверей внизу медленно поднялась, выпуская на арену сангвинара, тотчас заметавшегося по экспериментальному залу. Приглядевшись, полковник понял, что мужчина измучен жаждой, и взглянул на майора. Лесли кивнул стрелку, и, прицелившись, тот метким выстрелом пустил тонкую капсулу сангвинару в шею. Санг вскрикнул, выдернул иглу… и рухнул на колени, сотрясаемый крупной дрожью.

– Что с ним? – сухо спросил полковник; в словах его не было сострадания, только интерес.

– Помутнение рассудка и нарушение координации. Они теряют речь, – добавил майор, когда сангвинар выгнулся дугой с пронзительным криком, – но у них обостряются зрение и нюх. Мы проверили реакцию – безусловные рефлексы срабатывают в разы лучше.

– Это не тот эффект, которого мы добивались, – перебил его Тернер.

– После наблюдений пришли к выводу, что имеет место также потеря контроля. Они полностью теряют человеческий облик, полковник, – заключил Лесли, равнодушно глядя на то, как мечется по арене вопивший от боли сангвинар, – но и это лишь временное последствие.

– Почему? – испытующе посмотрел на него полковник.

Лесли вместо ответа снова сделал знак программистам; открылась вторая дверца, и на арену выбежал молодой олень. Тернер не успел задать вопрос – одним прыжком преодолев разделявшее его с жертвой расстояние, сангвинар повалил оленя и впился в его шею клыками.

– Препарат усиливает жажду? – нахмурился полковник.

– В несколько раз. После инфицированный погибает, – добавил майор.

Тернер помрачнел, взирая на то, как бьётся в судорогах тело сангвинара, с тяжелым вздохом скрестил руки на груди. Молча понаблюдав за тем, как санитары вынесли с арены бездыханные тела, полковник медленно проговорил:

– Продолжайте исследование. Пусть доктор Грубер поработает с формулой ещё. Нам нужен результат, – резюмировал он и решительно покинул смотровую площадку.

Раннее утро разливалось по тренировочному залу прохладой и прозрачными предрассветными сумерками. Не колыхались недвижные боксерские груши, терялись в полумраке тренажеры и прислоненные к стенам синие маты, чувствовался лёгкий запах резины. Петра шагнула в спортзал, машинально включив свет, и, поразмыслив, направилась к высокому турнику; Айрондейл ещё спал, а для девушки стало привычкой отводить для тренировок начало дня.

Когда-то поднимать корпус и касаться локтями колен, вися на турнике вниз головой, казалось Петре невыполнимой задачей; сейчас об усилиях напоминал только холод сквозняка, врывавшегося сквозь открытую ею форточку и обжигавшего вспотевшую кожу. Тренировка не мешала раздумьям, и девушка, слишком увлечённая анализом недавних событий, не почувствовала присутствия постороннего.

– Составляешь план захвата одного из стражей Ковена? Или меню для Луи? – отвлёк её от размышлений голос Рэмрейна.

Петра расслабилась и повисла на турнике вниз головой; даже из этого положения лукавая ухмылка молодого человека была прекрасно заметна.

– Доброе утро, – спокойно поздоровалась она.

Рэмрейн стоял возле тренажера, прислонившись к нему плечом и скрестив руки на груди; судя по спортивным брюкам и чёрной футболке, в зал он спустился с той же целью, что и Петра. Но девушка не стала озвучивать выводы и заметила:

– Тренировки начнутся через два часа, ты рано.

– Я предположил, что могу в это время найти здесь тебя, – опроверг все её догадки Рэмрейн, оттолкнувшись от тренажёра и направившись к ней.

– Ты хотел поговорить? – нахмурилась Петра.

– Забавно смотришься, – поддразнил её вместо ответа молодой человека, склонившись и заглядывая ей в глаза.

Девушка терпеливо вздохнула и вскинула брови, когда Рэмрейн выудил из её волос державшую их заколку.

– Верни, пожалуйста, – без эха злости попросила она и, схватившись за перекладину, ловким движением соскользнула на пол.

С тёмной полоской влаги по краю выреза, каплями пота на висках и лбу и прилипшими к щекам тонкими прядками, в тренировочных брюках и серой олимпийке поверх узкой чёрной майки, с чёрным кожаным шнуром кулона на шее она казалась бы совсем юной, если бы не взгляд – бесстрастный, какой-то слишком взрослый. Молодой человек тепло оглядел её рассыпавшиеся по плечам тёмно-шоколадные волосы и протянул заколку с добродушным: