Девичья башня
Шрифт:
Пусть узнает весь мир наконец,
Что предался преступному блуду
С низкой дочерью подлый отец...
– О, дитя, я неправ пред тобою,
Чёрным призраком встав на пути.
Но прошу: не печалься душою
И меня, если можешь, прости!
– Поздно, поздно! Что будет - то будет,
И не вырвется жалобы звук.
Пусть рассудят нас вечные судьи,
Мой родитель... о нет, мой супруг!
И пускай заклеймят, презирая,
Святотатственный этот союз,
Но любовь покоряет такая,
И навеки тебе предаюсь!
И, сознанье утратить готова,
Кыз впадает порой в забытьё,
И отрывисто каждое слово.
И растеряны чувства её.
И звучит её речь над Кузгуном,
Словно гурия, скрипку схватив
И смычком ударяя по струнам,
Исторгает любовный порыв.
Но заветную цель вспоминая:
– Слушай, хан!- продолжает Дурна,
Мною хочешь владеть ты, я знаю,
И тебе я останусь верна.
Буду нежить и в полдень, и в полночь,
Сердце вечным огнём пламеня.
Только- просьба! Её ты исполнишь;
Если искренно любишь меня.
И богами и смертными всеми
Произносится имя Иездан,
Но земли не помирится племя
С нашей страстью божественной, хан!
Если хочешь, чтоб стала твоею,
Чтоб исчезли морщины с чела,
Чтоб раба твоя гордую шею
Этой тонкой рукой обняла,
Если полон ко мне ты любовью,
Подыми высоко от земли,
Чтоб людская молва и злословье
Обнажить мой позор не могли,
Схорони за могучей оградой
От укоров тупой клеветы...
Если здесь я останусь,- отрадой
Не блеснут молодые черты.
Так исполни ж любимой желанье!
Видишь этот залив впереди?
Для возлюбленной гордое зданье
В этих синих волнах возведи.
Пусть высокими будут те своды;
Пусть им Каспий лобзает пяту.
И гаремною стражею воды
Охраняют пускай высоту;
Пусть возносятся стройною пальмой
Прямо к звёздам чертоги мои;
Пусть чудесный, воздушный сераль мой
Будет вечным приютом любви.
Наконец, мой родитель вчерашний,
Ныне муж,-несмотря ни на что
Пусть таинственной "Девичьей башней"
Именуется здание то!
Уходи же скорей, мне всё горше,
Всё томительней, сердце в огне...
Возведи мне сераль... До тех пор же,
Берегись, не являйся ко мне!
Кантемир не промолвил ни слова.
Будто юность вернулась к нему.
Повелителен взорами снова,
Он скрывается быстро во тьму.
И к черте побережья туманной
Пристаёт одинокий каик,
И стремится поспешно к желанной
Молодой и прекрасный ашик.
И, приблизившись к трепетной пери,
Он склонился и шепчет:- Аман!
Задержался в пути я, но верю,
Что прощён будет верный джэван.
Но ломает красавица руки
И качает в тоске головой:
– Будь готов к бесконечной разлуке,
Всё погибло, возлюбленный мой!
Нет спасения мне, кроме гроба...
Пощади!
– Не щадит нас судьба...
Два пути есть, но гибельны оба,
И кончается смертью борьба.
Предстоят нам бессонные ночи,
И унылые дни предстоят,
И не может быть доли жесточе,
И земля превращается в ад.
Нам дано было радостей мало,
Разделил нас смертельный самум,
И Дурна, не раскрывшись, увяла,
А удел твой отныне угрюм.
Но надеюсь, не будет причиной
Смерти воина эта беда...
Не томись, не страдай, будь мужчиной,
И забудь обо мне навсегда!
И взглянув на прощание (горе
Отразил этот мертвенный взгляд),
Вся поникла и, шаг свой ускоря,
Покидает красавица сад.
7
Дни за днями текли, многократно
Полный круг совершила луна.
Башня в море возникла. И статна,
И подобна невесте она...
...На высокую кровлю впервые
Поднялась нынче утром Дурна,
И глядит на просторы степные
С любопытством невольным она.
На курганы глядит она с башни,
На могилы далёких времён...
"Ну, а эти сады, эти пашни,
Этот дол - не кладбище ли он?
Горожане и воины эти,
Что мелькают внизу далеко,
Ведь одежды на них не приметя,
С муравьями их спутать легко...
Думы, горе и страсть - только тени.
И оставят ли в мире следы?"
Мысли девы кружатся в смятенье
И летят, словно конь без узды.
Вот столетия мчатся пред нею,
Вот кончина вселенной пред ней,
И последний закат, холодея,
Освещает последних людей...
Но очнулась, глядит - всё уснуло,
Небеса, и Хазар, и страна,
И не слышно ни шума, ни гула,
И морская не блещет волна.
Ночь, завесу держа наготове,
Давит душу, бредёт по земле...
Лишь луна - чаша, полная крови,
Ужасающе рдеет во мгле.
Неизбежность пред ней, как виденье,
И бледны очертанья лица,
И Дурна, в утомленье, в забвенье
Ожидает супруга-отца.