Чтение онлайн

— Вы… вы не чувствуете холода? — прошептала я, и голос мой дрожал. Слова повисли в воздухе, тяжелые, как камень.

Я не спрашивала о погоде.

— На улице не лето, — произнес он наконец, и его голос звучал так же спокойно, как будто мы обсуждали погоду в саду. — Вам бы стоило одеться потеплее, маркиза. А то простудитесь.

Я смотрела на него, пытаясь прочитать его лицо.

Был ли он тем, кто стоял за моей спиной в темноте? Тот, чья маска сверкала ледяным светом? Тот, чьи пальцы оставили на моей коже узоры изморози? Тот, кто подарил мне Лизетту и Лионеля?

Или он просто… Лиор Харт? Троюродный брат мужа? Человек, который приехал, чтобы забрать всё, что осталось от моего мужа?

— Вы… — начала я, но слова застряли в горле. Что я могла сказать? Что я боюсь? Что я хочу, чтобы он был им? Что я хочу, чтобы он был не им? Что я не знаю, чего хочу?

Я закрыла глаза. На мгновение. Чтобы собраться с мыслями. Чтобы не заплакать. Чтобы не закричать. Чтобы не упасть на колени и не умолять его: «Скажи мне! Скажи мне, кто ты!»

Мои пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Боль была хороша. Она помогала мне держаться. Помогала мне не разлететься на кусочки от этого страшного, прекрасного, ужасного смешения чувств.

Когда я открыла глаза, Лиор смотрел на меня. Его взгляд был тяжелым. Напряженным.

— Маркиза, — произнес он, и его голос стал мягче. Почти… заботливым. — Мне кажется, что вам стоит отдохнуть. Только сначала скажите, могу ли я остаться здесь?

Я сделала глубокий вдох. Воздух был холодным. Резким. Он жег легкие.

— Поступайте, как считаете нужным, — прошептала я почти безжизненным голосом.

Кажется, я выкрутилась. Но я не уверена. Вроде бы сняла с себя ответственность, а вроде бы и нет. Я не могла позволить ему остаться, но и не могла прогнать.

— Значит, я остаюсь, — усмехнулся Лиор.

Я встала и направилась к двери. Моя юбка шуршала, как шелест смерти. Я не хотела оборачиваться. Не хотела видеть его лицо. Не хотела видеть, как он смотрит на меня. Я хотела только одного — убежать. Убежать от него. От этого холода. От этой игры.

«Хоть бы мой ответ понравился убийце!» — пронеслась в голове. Я не знала, кого я боюсь больше. Того, кто предлагает мне защиту. Или того, кто дарит мне свободу. Или того, кто может быть… и тем, и другим.

Где-то глубоко, внизу живота, началось — то самое: жжение, смешанное с ужасом. Оно распространялось по венам, заставляя пальцы ног судорожно сжиматься в ботинках — как если бы в мою плоть впились ледяные иглы, а потом их начали медленно нагревать до белого каления. Это было нечто новое, не просто страх, а ощущение того, что я иду по тонкому лезвию ножа.

— Госпожа, я допишу ответы, с вашего позволения? — спросил дворецкий, глядя на оставшуюся гору писем.

Я кивнула, не оборачиваясь. Я не могла говорить. Я не могла думать. Я могла только чувствовать. Чувствовать этот холод. Чувствовать его присутствие. Чувствовать, как внутри меня разгорается нечто большее, чем просто страх или паника.

Интерес. Жажда. Желание.

Я вышла из комнаты, не оглядываясь.

За дверью меня ждала тишина. Тишина, которая была полна невидимых глаз.

Я знала, что он где-то рядом. Он всегда был рядом. Он следил за мной. Он слышал меня. Он знал, что я снова в ловушке. И он играл со мной.

А я… Я играла с ним.

Я оглянулась на дверь. Она была закрыта. Закрыта, как и все другие двери в этом доме, которые теперь принадлежали мне.

Я сделала шаг в сторону кабинета мужа — того самого, где он когда-то сидел, размышляя, как бы избавиться от меня, не запятнав свою репутацию.

Я открыла дверь. Внутри пахло пылью, дорогим табаком и… увядшими цветами. На столе лежало всё, что осталось от его жизни: перья, бумаги, чернильницы, а также стопка бухгалтерских книг в шкафу. Я взяла одну из них — самую последнюю. Страницы были аккуратно пронумерованы, записи сделаны четким почерком. Я перевернула страницу. И ещё одну. И ещё…

Мои глаза застыли на цифрах.

Цифрах, которые говорили мне о том, сколько денег было потрачено на Лизетту. На её платья, украшения, парики, духи, конфеты, кареты, лошадей, слуг, подарки для её семьи…

И если внимательно посмотреть на цифры, то любовница была не у мужа, а… у меня! Я могла смело назвать ее “моей любовницей!”, ведь это было оплачено моими деньгами.

Не его! Моими! Его деньги лежали нетронутыми, судя по записям!

Мне вдруг стало вдвойне обидно. Значит, любовницу обували-одевали за мой счет.

Грусть накатила на меня, как волна. Грусть оттого, что я была так глупа. Так наивна. Так слепа. Я верила, что любовь может победить всё. Что мой муж, красивый, холодный, аристократичный, однажды полюбит меня. Но нет… Он просто использовал меня. Как мебель. Как вещь. Как источник дохода.

Я захотела разорвать эту книгу на клочки. Хотела сжечь её. Но я не сделала этого. Вместо этого я саркастично улыбнулась. «Ну что ж, — подумала я, — теперь наступила экономия».

Я убрала книгу из шкафа и спрятала её в стол под замок. Замок щелкнул, как выстрел. Я вздохнула с облегчением. Теперь она была в безопасности. Никто не найдет её. Никто не узнает, сколько денег было потрачено на Лизетту. Никто не свяжет два убийства и две смерти в одну серию.

Черт! Я заметаю следы убийцы! Пытаюсь обезопасить его.

Вот как это?

Впрочем, я пытаюсь обезопасить и себя тоже. Поскольку я никому не смогу доказать, что убийца действовал по собственной воле, а не по моей просьбе.

Я хотела уже задвинуть ящик, как вдруг заметила что-то странное. Что-то, что лежало в самом низу стола, завёрнутое в бумагу. Я взяла это в руки. Оно было холодным. Тяжёлым. Я развернула бумагу. Передо мной был флакончик. Маленький, хрупкий, с тонкой крышечкой. На нём не было никакой надписи. Никаких опознавательных знаков. Ничего, что могло бы указать на его содержимое.