Чтение онлайн

Я продолжила заниматься своим завтраком, пока папа рассказывал о своих делах на работе. Пусть отец и находился на другом континенте, но я всё равно ощущала лёгкое напряжение, застывшее в воздухе. Мы старательно обходили тему, касающуюся Евы и матери. Болтали о всякой ерунде, грациозно избегая острых углов, болезненных тем. Это происходило по умолчанию. Папа знал меня, а я знала его, и никто из нас не хотел друг другу нарочно причинить вред.

— Вижу, ты уже привыкла к новой обстановке, — заметил отец, когда я выключила сенсорную плиту и вымыла руки.

— Да. Здесь хорошо. Шумно, конечно. Нью-Йорк очень шумный и суетливый город, но мне нравится.

— А он? — прочистив горло, спросил папа.

«Он» — это про Кира. Отец всё еще с большой долей скептицизма относился к тому, что сейчас происходило в моей личной жизни. И эта была справедливая реакция. Будь я на его месте, реагировала точно также. Со стороны наша связь с Киром выглядела более, чем просто странной. И даже если бы я всерьез решила попытаться объяснить всю ту глубину наших взглядов, разговоров, а иногда и просто молчания, то вряд ли сумела подобрать правильные слова.

Прежде я испытывала существенные сомнения по поводу своего интереса к Маршалу. Но после недавних событий последние крупицы этих сомнений исчезли. Всё было сложно и легко одновременно. Я не знала, что будет дальше и имею ли я право на это «дальше» рядом с Киром? Но я старалась не забегать настолько далеко, давая возможность времени и событиям идти так, как нужно.

— Он сейчас в командировке, — ответила я и подцепила пальцами последний блин, чтобы отправить его на тарелку. — Кажется, где-то в Европе. Он не распространяется о своей работе.

— Всё хорошо, ведь так? — осторожно спросил отец.

По сути, это такая дежурная фраза, но сколько участия и искренней заботы было слышно в голосе, что произнес ее. Папа всё равно волновался, пусть я ему уже сто раз говорила, что для этого у него нет никаких веских причин.

— Всё отлично, — я не лгала. Всё, действительно, было именно так. Во всяком случае, в разрезе наших с Киром отношений.

— Славно, — папа как-то даже облегченно выдохнул. — Мне уже пора возвращаться к работе. Кажется, все в одночасье решили заняться капитальным ремонтом. Времени свободного практически нет. Даже рыбалку уже второй раз приходиться перенести. Мужики уже даже сердятся.

— Ты справишься, пап, — ободряюще произнесла. — Иначе у тебя всё равно не получается.

— Это уж точно, — он почесал затылок. — Ладно, Лян, пойду я. Целую тебя.

— И я тебя, папочка. А еще крепко обнимаю.

После разговора с отцом я ушла завтракать во внутренний дворик. Мысли упрямо вились вокруг тех воспоминаний, что остались во мне после последней встречи с Киром. Она случилась практически пять дней назад. Я снова отчётливо видела эти жуткие серые глаза, смешенные с тьмой. Чувствовала стальную хватку прохладных пальцев на своей коже. И это мрачное, болезненное, безысходное: «Уничтожил, уничтожил, уничтожил!».

Мне казалось, что я физически чувствовала ту боль, что перманентно пульсировала в Маршале. Чувствовала так, словно она принадлежала мне, словно я так же отчётливо понимала ее причины, ее силу, как и сам Кир. Это было куда глубже, чем секс, прикосновения и поцелуи. И всё это происходило так быстро, словно в ускоренной съемке. Сколько прошло времени с момента моего знакомства с Киром? Месяц? Мы так спешили, будто боялись не успеть.

— Так и знала, что ты здесь! — во дворике возникла Елена. Привалившись спиной к дверному косяку, она отдышалась и бросила сумку на диванчик.

— Что-то случилось? — я отложила блинчик и слизнула с пальцев каплю апельсинового джема.

— Завтра у нас с мужем годовщина свадьбы. Он решил устроить романтический ужин, а я… Я абсолютно не готова! У меня нет подходящего платья. Черт, я впервые забыла про годовщину! — Елена помассировала веки, затем прошла и села на плетеный стул. — У Кира Георгиевича было для меня одно поручение. Не спрашивай, всё равно рассказать ничего не смогу. Не имею права. В общем, голова кругом, — Елена выдохнула и взглянула на тарелку, на которых лежали блинчики. — Можно?

— Бери, — я придвинула поближе к ней банку с джемом.

— Сама готовила? — удивленно спросила Елена.

— Ну да. В блинах нет ничего сложного.

— Я уже настолько привыкла к ресторанной еде, что домашняя кажется уже каким-то чудом, — она улыбнулась и с аппетитом съела один блинчик.

— Можешь съесть все. Я потом еще сделаю.

— Слушай, — Елена потянулась за банкой с апельсиновым джемом. — Можно тебя кое о чем попросить?

— Да, конечно.

— Стыдно признаться, но мне даже не с кем сходить за платьем. Знаешь, когда постоянно в работе находишься, то как-то и не замечешь, что друзья и знакомые постепенно рассеиваются. У меня есть муж и он самый замечательный человек, которого я когда-либо встречала. Есть работа. Она отлично оплачивается. Я ведь не только девушек Киру Георгиевичу подбираю, а и в целом помогаю ему решать личные вопросы. И мне всё нравится. Я чувствую себя на своем месте, но потом вот так останавливаюсь на секунду и понимаю, что есть только муж и работа, — говоря всё это, Елена бездумно крутила в руках банку с джемом, а взгляд был прикован к поверхности стола. — У меня даже нет времени, чтобы с мужем обсудить, хотим ли мы детей или нет. Как странно. — Елена невесело улыбнулась и намазала на блинчик немного джема.

Такая неожиданная откровенность ошарашила меня, но я этого не показала. Отчасти я хорошо понимала Елену. У меня-то тоже как-то с друзьями не складывалось.

— Я пойду с тобой. Прям сейчас собираюсь и выходим, договорились? — я бордо поднялась с кресла быстро ушла к себе в спальню.

Действительно, странно. Нет, даже не так. Не странно, а удивительно. Живешь себе, живешь, а потом в один момент всё меняется. Открываются глаза на те вещи, которые прежде упорно пыталась не замечать. Влюбляешься в человека, который вряд ли сможет когда-либо до конца понять это состояние. Возникает дружба там, где совершенно ее не ждешь.

— Ты уже решила, какое именно платье хочешь? — спросила я, когда мы с Еленой вышли из дома.

— Какое-нибудь элегантное. Синие или черное. Честно, понятия не имею. Надеюсь, что 5-я авеню меня спасёт.

На бутики на 5-й авеню было даже страшно смотреть. Я лишь на секунду представила, какие там цены и сразу же захотелось бежать обратно в квартиру. Вот такая я. Мне никогда не было комфортно в неприлично дорогих магазинах. Даже когда я стала неплохо зарабатывать и могла позволить себе дорогую косметику или одежду именитых марок, всё равно не решалась переступить порог элитных торговых центров. Я не могла вот так запросто оставить в магазине кругленькую сумму за какую-нибудь дизайнерскую сумочку или, к примеру, духи. Деньги никогда не сыпались на меня с неба.