Чтение онлайн

— Ешь, — мужчина поставил передо мной тарелку со стейком и овощами-гриль.

Всё выглядело очень красиво и аппетитно, но вряд ли я сумею хотя бы кусочек проглотить.

Маршал положил салфетку себе на колени, аккуратно взял столовые приборы. Каждое его движение было чётким и в то же время непринужденным. Разрезав свой стейк на маленькие кусочки, мужчина обмакнул один из них в соус и отправил в рот. Спина ровная, взгляд сосредоточенный. Маршал ел неспешно, не набивал рот и не размазывал ужин по всей тарелке. Его манеры за столом были безукоризненными.

— Ешь, — снова повторил он, но уже с нажимом.

Я взяла вилку и воткнула ее в мясо. Никак не получалось прекратить думать о том, что еще утром всё было иначе. Как же я себя корила за свою глупость! Ну зачем я согласилась?! Зачем?! Бесплатный сыр ведь бывает только в мышеловке.

Телефон Маршала внезапно ожил. Я дёрнулась, когда услышала звук. Мужчина тут же ответил:

— Да, — взгляд сосредоточенный, — Буду. Вечером, — отложив телефон, мужчина продолжил ужинать. — Ешь, иначе я заставлю, — проговорил он мне, глядя в окно.

Крепко сжав вилку, я принялась разрезать мясо. Оно оказалось с кровью. Желудок тут же сжался. Я боюсь крови. Мне порой либо просто плохо становится, когда вижу ее, либо вообще сознание могу потерять. Такое однажды было. Еще в школе. Мы с классом поехали на экскурсию в ботанический сад. Одноклассница укололась шипом розы, причем сильно. Я как увидела весь ее указательный палец в крови, так сразу и грохнулась в обморок. Ох, и напугала я тогда нашу учительницу!

Аккуратно убрав на край тарелки мясо, я принялась жевать овощи. Вкуса я совсем не ощущала. Хотя специями очень густо пахло.

— Тебя отведут через десять минут в медицинский центр, — сделав несколько глотков кофе, заявил Маршал. — После тебя приведут в порядок косметологи. Ночевать будешь здесь. Позже вернут телефон. Можешь позвонить всем, кому необходимо.

— Вы получаете удовольствие, насилуя девушек? — испуганно спросила я.

— Ничем подобным я не занимаюсь, — взгляд медленно переместился ко мне. — Ты сама этого захочешь. Все, кого я выбираю в конечном итоге хотят оказаться в моей постели. Наши желания совпадают.

— Не захочу, — твёрдо заявила я.

Маршал ничего не ответил, видимо, не считая нужным, вести со мной бессмысленный спор.

— Давно фотографией занимаешься?

— Да, — ответила я и перевела хмурый взгляд в свою тарелку.

— Прогресс?

— Что?

— Каков прогресс? Или ты так и планируешь заниматься свадебной фотосъемкой?

— Они меня кормят. Вот и весь прогресс.

Завершив ужин, Маршал вытер губы салфеткой и встал из-за стола.

— За тобой придут, — бросил он и взяв телефон, ушел куда-то вглубь апартаментов.

Я лишь обреченно вздохнула.

Когда Елена появилась на пороге апартаментов, мне одержимо захотелось вцепиться ногтями в ее лицо и разодрать его. Я злилась и на нее, и на себя, и вообще на всю эту ситуацию. Но больше всего меня злил и пугал тот факт, что я ничего не могу сделать. Очевидно, что против Маршала мне никак не пойти. Он полностью контролирует ситуацию.

Я попыталась успокоиться. Уже в который раз за этот проклятый бесконечный вечер. Пока что не стоит делать резких движений. Усыплю бдительность, а затем убегу. Я тут же вспомнила собственное досье. В нем ведь было указано абсолютно всё, в том числе и моя семья. Лишь сейчас я отчётливо поняла, что информация обо мне не просто так лежала на видном месте. Маршал доходчиво продемонстрировал, что отныне вся моя жизнь, каждый ее элемент находится в его руках. Одно неверное движение и последствия будут ужасающими.

Осознание всей глубины той трясины, в которую я угодила, вырвало из моего горла сдавленный стон. Я плотно сомкнула губы, и прижала ладони к груди.

Елена вела себя так, словно ничего дурного и не произошло. Всё, как всегда. Может, у ее босса это и нормально, такое поведение, но здравого смысла в том, что случилось, я всё равно не находила. Затолкав панику глубоко в сознание, я послушно последовала за Еленой. Нас сопровождали еще двое телохранителей.

Моя голова была полна тревожных мыслей. Я апатично смотрела перед собой, пока находилась в кабинете у гинеколога. Он провел осмотр, но ни на один из его вопросов я упрямо не ответила. Позже меня отвели в парикмахерскую. Остригли посеченные кончики, вымыли голову и нанесли на лицо какие-то не совсем приятно пахнущие маски.

Глядя в потолок, я продолжала усердно думать и наивно искать хоть какие-нибудь лазейки, что могли бы мне помочь выпутаться из паутины Маршала. Мне бы очень хотелось верить в то, что если я убегу, то меня никто не станет искать или мстить. Но я совершенно не знала Кира и понятия не имела, что у него на уме. Рисковать собой или своими близкими я не хотела. Вновь попытаться его попросить отпустить меня? Тоже не вариант. Он не станет меня слушать. Я его интересую лишь, как игрушка ну или аксессуар, а не как человек. Сопротивляться? Можно попробовать, но вряд ли это принесет хоть какой-то положительный результат.

Я вдруг вспомнила слова Маршала про то, что сама захочу лечь к нему в постель. Меня всю передёрнуло. Никогда я не захочу лечь в его постель. Откуда в нем вообще возникла такая несокрушимая уверенность? Или он спутал мои испуганные взгляды с заинтересованностью?

После всех этих процедур меня провели обратно в апартаменты. Один из охранников вручил мой смартфон. Я сразу же воодушевилась, но тут же одёрнула себя. Всё равно ничего никому не смогу рассказать. Мне было страшно, но я уж точно не сошла с ума. Поэтому сжав в руке телефон, я глубоко вздохнула и отложила его на столик.

В апартаментах я была одна. Маршал, к счастью, отсутствовал. Но надолго ли? И что будет потом? В висках больно заломило. Я почувствовала себя бабочкой, которая совершенно неожиданно угодила в липкую почти незаметную паутину огромного паука. Даже обмануть его никак не удалось. Всё предусмотрел.

Осмотревшись по сторонам, я с опасением прошла в небольшой коридор, что вёл в огромную спальню. Должно быть, хозяйскую. Всё здесь было аккуратно застелено и убрано. Создавалось такое впечатление, что в этой комнате еще никто толком и не ночевал. Я прошла внутрь и увидела собственное отражение в большом зеркале, за которым скрывалась гардеробная.