Чтение онлайн

— Знакомьтесь, ребята, это мой друг, сыщик Слава. А это мои соседи. С ними мы и положили этого бугая!

Слава вполне серьезно пожал им всем руки, приговаривая:

— Спасибо! Спасибо, мужики!..

Затем мальчишек оттерли оперативники, и началась рутинная работа. Я послушно ответил на вопросы руководителя оперативной группы, правда, вопрос, кто мог желать моей смерти, меня позабавил: таких достаточно много. Впрочем, скоро круг подозреваемых сузился до минимума.

— Товарищ Турецкий, подойдите, пожалуйста, сюда, — позвал меня врач.

Когда я подошел, он повернул руку убийцы так, что была видна внутренняя сторона тяжелого от мышечной массы плеча.

— Посмотрите, может, это натолкнет вас на какие-нибудь догадки.

Я наклонился, потом присел, чтобы рассмотреть получше небольшую свежую татуировку, сделанную черной тушью с добавлением туши красной: ровный черный круг, а в его границах красные буковки «АА». «Ангелы ада».

— Спасибо, доктор, теперь все ясно.

Меня била нервная дрожь. Усилием воли, напряжением мышц я пытался остановить ее. И казалось временами, что мне это удается. Но потом она снова возвращалась откуда-то изнутри.

— Слава, — сказал я, когда спецназовца из ГРУ увезли в больницу и все разошлись, — Слава, а не выпить ли нам водки?

— Надо бы, — согласился он, потом строго добавил, подначивая: — Только немного, завтра напряженный день!

Ирина уже успела всплакнуть тайком, накрыть на стол и встретить нас с улыбкой. Она и выпила с нами, после чего полушутя заметила:

— Не повезло нашей дочери с родителями: мать — истеричная музыкантша, отец — угрюмый юрист, не знающий ни дня, ни ночи, ни выходных…

Костя Меркулов — нет, что это я! — Константин Дмитриевич Меркулов нечасто пользовался служебно-персональной, закрепленной за ним автомашиной — черной «Волгой». И хотя у нас нынче поветрие на крутые западные автомобили, Костя выпросил себе надежную и проверенную, пусть немножко и примитивную старушку производства Горьковского автозавода.

Говорят, к хорошему привыкаешь быстро. Может, это и правда, но в таком случае Костя — урод в семье руководящих работников. На машине он ездит только в рабочее время и по делам службы. Даже я иногда пытаюсь уговорить его хоть разок воспользоваться служебной машиной в личных целях, чтоб потом было что внукам рассказывать. Костя был непреклонен, как расписанный Бонч-Бруевичем в сусальных тонах первый большевик.

А сегодня он сам распорядился, чтоб машина была готова с утра и до бесконечности находилась в его распоряжении. О том, какие приключения я пережил поздно вечером, он узнал сразу же по горячим следам.

— Знаешь, Саша, никогда не был циником, но то, что сейчас скажу, есть цинизм чистой воды: нам с тобой на руку тот факт, что посланный к тебе убийца имеет отношение к спецподразделению! Теперь-то им придется развязать язычки или повыгоняю в отставку, к чертовой матери!

Непривычно и интересно было наблюдать за сердитым Костей. Обычно он убийц и тех «раскалывал» мягко, не повышая голоса и не сверкая очами. А тут такая экспрессия! И ведь ехали мы не куда-нибудь — к начальнику Главного разведывательного управления Генштаба, к человеку, благословившему создание «Ангелов ада».

— Но ты молодец, Саня! Ты выбрал для борьбы с ним звериную тактику — и не проиграл!

Воспоминания о вчерашних кульбитах не вызывали во мне положительных эмоций, но Костя говорил искренне, поэтому разговор я поддержал:

— Да уж, шахматные комбинации мне вряд ли помогли бы! Только знаешь, как-то неприятно сейчас, а может, и жалко. Представляешь, как я его шандарахнул железякой по лбу!..

— Ерунда! Интеллигентская рефлексия! Давай еще поди вылижи ему его гнойные язвы!..

— Какие еще язвы? — переполошился я.

— Спокойно! Цитата из Писания! Нет у него никаких язв, закрытая черепно-мозговая и сильное сотрясение мозга. Ну и с рукой что-то. Уже в себя пришел, крепколобый, ни в чем не признается, одно твердит, что с тобой посчитается. Понял?

Я невольно поежился, вспомнив, как обдало щеку прохладным ветерком пролетевшее возле лица острое утяжеленное лезвие…

Солидное воинское учреждение отличается от нашей почти гражданской конторы тем, что здесь у командиров не секретарши, а строгие, чуть надменные секретари в отутюженной форме с погонами на плечах не ниже майорских.

Вот такой долговязый красавчик, чей-то сын или внук, тормознул нас в приемной и пошел доложить начальнику о том, что незваные гости прибыли.

Через несколько минут, к немому и почтительному удивлению сидящих в приемной с портфелями на коленях полковников-особистов, секретарь пригласил нас к начальнику.

Руководитель военной разведки встал из-за стола, чтобы поприветствовать нас. Он был не в генеральском мундире, в обычном, хотя и дорогом, костюме.

— Здравствуйте, Константин Дмитриевич, — поприветствовал он Меркулова.

Костя представил меня:

— Следователь Турецкий, Александр Борисович.

Старый вояка, или, возможно, точнее будет сказать, старый шпион, не стал лицемерить, выдавливая из себя дежурное «очень приятно», молча пожал руку, жестом предложил садиться и спросил:

— Чем обязан?

— История давняя и запутанная, и, пока она нашего ведомства вплотную не касалась, мы в вашу кухню не лезли. Вы, конечно, знали полковника Скворцова?

— Почему «конечно»? Просто знал. Нелепая смерть! И пожалуй, это мне давно надо было высказать вам свои претензии! Нашли тело, установили личность, отправили в морг и сообщили родственникам и по службе, а дальше уже не ваша забота! Так нет! Какие-то расследования, слежки, к вдове пытались прорваться!..

— Это самодеятельность молодого сотрудника. Ему указано на его ошибку. Однако именно он обнаружил в кармане покойного полковника зашифрованный факс. Мы его расшифровали, заметьте, не привлекая к этому делу посторонних. А сам текст послания передали вашему офицеру по фамилии Осинцев, если не ошибаюсь…

— Ну хорошо, дальше что?

— Если вы читали, помните, что там речь идет о некой встрече, на которую придет и некий Кук. Как нам удалось выяснить при помощи Федеральной службы контрразведки, Кук был агентом ЦРУ, действовал в России под видом конгрессмена Кервуда, убийство которого Александр Борисович расследует с самого начала. Пусть потихоньку, со скрипом, но мы установили, кто обстрелял машину, в которой ехал Кук, более-менее докопались до причин, а равно и до того, что какая-то связь между Куком и Скворцовым была. Что за этим грядет? А грядет покушение на следователя Турецкого, имевшее место вчера вечером в подъезде его собственного дома.