Чтение онлайн

— Ты куда так спешишь, на тот свет? — говорит мне с наездом мужик. Хотя не очень-то и мужик, молодой, вроде. Просто сейчас все ходят с этими дебильными бородками, и потом гадай, на Вы обращаться, когда захочется нахамить, или можно «тыкать».

— Это ты куда смотришь! А, точно, в телефон ты смотришь вместо дороги! Придурок! — решаю я не скромничать. Ну козлина же, я смотрела, когда выходила на переход, и там никого не было. И этот его взгляд… Такой странный, рассматривающий. Даже не зная этого чувака, могу сказать, что уже заочно он меня выбешивает. Прямо на бессознательном уровне…

— И чего ты орешь, придурочная? — а сам улыбается. Это я придурочная?! Я так устала, что сейчас даже ничего не приходит в голову оригинальнее, чем подойти почти вплотную, встать на носочки, чтобы не чувствовать себя коротышкой и прошипеть:

— Иди ты на хрен, — и показываю ему фак. А он смется в голос, запрокидывая голову. И смех у него такой… Приятный. И голос тоже…

— Сама иди, домой. Евва, — говорит мне мужик с расстановочкой, продолжает улыбаться, показывая ямочки в густых зарослях щетины. Охреневаю от такого поворота событий. Страшно как-то становится…

— Ты откуда мое имя знаешь!?

— Знал бы, что вырастешь такой язвой, еще в детстве бы прикопал в родительском саду… — теряю дар речи. В каком еще саду… В смысле в детстве… И тут до меня доходит, кто стоит передо мной и жадно считывает мои эмоции. Вот же… Твою же… Осматриваю его с головы до ног. Ну вырос, конечно, красавчик, чо уж тут… Не поспоришь. Как из дрыща мог получиться такой великан — загадка. А вот каким был говнюком, таким и остался!

Ярик уже не просто улыбается, а вовсю показывает свои белые ровные зубы, чем бесит еще больше.

— Ммм, любимый соседушка… Подрос мальчик… — от осознания, кто передо мной, начинаю подначивать с еще большим удовольствием.

— Рад, что, наконец, узнала меня… — а ты, значит, узнал меня раньше?..

— А я не очень рада… Так это что, твоя детская месть? Хотел закатать меня в асфальт?

— Это твоя глупость, Ева. Прежде, чем выйти на дорогу, по сторонам надо смотреть…

Ухмыляюсь, закатывая глаза. Не буду перед ним оправдываться! Поднимаю руку и показываю ему фак наманикюренным пальцем. Да, не зря сделала маникюр вчера. Поднимаю свою сумку с асфальта и, не оглядываясь, перехожу дорогу, сворачиваю к нужному дому и вхожу во двор. Мама выглядывает во двор на звук захлопнувшейся калитки. Открывает передо мной входную дверь и пропускает в теплый коридор. Дома почти все, как несколько лет назад, квартиранты ничего не меняли. Удивительно то, что не загадили все, пока жили. Хотя вроде люди приличные, взрослые…

Папа целует меня в макушку, обнимая. Мама тоже обнимает.

— Почему не позвонила, Маковка? Папа бы тебя встретил…

— Да тут недалеко, захотелось пройтись…

— Все в порядке? Ты выглядишь немного нервной…

— Все окей, просто устала. Я поднимусь к себе, — иду по направлению к лестнице, прихватив с собой сумку.

— Обед через два часа. Хочешь чего-то перекусить после дороги?

— Нет, я в душ хочу. Помощь нннада? — вспоминаю нашу давнюю шутку.

— Нет, не нннада, отдыхай, Маковка.

В комнате чисто и пахнет свежевыстиранным постельным бельем. Мама все подготовила к моему приезду. Так приятно… Скидываю с себя вещи, провонявшие дорогой и вонючим парфюмом соседки. С улицы слышится какой-то шум, и я подхожу к окну. На улице пасмурно, и поэтому я приглушаю свет на лампе, что горит на столе, и отодвигаю тюлевую занавеску, чтобы рассмотреть, что там происходит. На подъездной дорожке стоит тетя Лена, соседка, и обнимает мое сегодняшнее приключение. Ярослав, обнимая мать, поднимает глаза и смотрит в сторону нашего дома. Что-то говорит тете Лене, она машет рукой и что-то отвечает. Яр улыбается, кивает, и они вместе входят в гаражные ворота, оставляя машину на улице.

Как странно, столько лет прошло с того дня, когда мне пришлось обрезать волосы из-за того, что Ярик вкатал мне в макушку жвачку… А волна негодования до сих пор поднимается в душе… Не простила до сих пор? Не успокоилась? Надо отпустить ситуацию, иначе опять начнется война…

Иду в душ, смываю с себя усталость и волнение сегодняшнего дня. Потом еще долго стою под струями. Обожаю воду в любом ее проявлении. Будь то душ, озеро, море или просто дождь. На работе все ходят вялые, а во мне словно второе дыхание открывается в дождливую погоду…

Заматываюсь в полотенце, выхожу в комнату и раскрываю свою сумку. Достаю короткие джинсовые шорты с обтрепанными краями и высокой талией и спортивный топ. В доме тепло, поэтому решаю не натягивать носки. Сушу волосы феном и выхожу из комнаты. Внизу какое-то оживление, и я спешу на голоса, тут же застывая в двери гостиной.

— Ярослав, какой же ты красавец, — вздыхает мама. — Возмужал, вытянулся, заматерел…

— Совсем взрослые стали дети, — с сожалением говорит тетя Лена.

— И не говори… Когда только успели повзрослеть… — соглашается папа, выхватывая меня взглядом у входа. — Маковка, а у нас гости, — улыбается он.

— Сюрприз, — улыбается мне тетя Лена и раскрывает руки для объятий. Захожу в комнату и обнимаю соседку. А я скучала по ней, оказывается… Она всегда становилась на мою сторону, когда мы с Яром чудили. Даже когда я была виновата. А Ярику влетало за двоих, как старшему.

Отлипаем с ней друг от друга.

— Красавица какая, — со слезами на глазах говорит она, поправляя мои волосы. — И брови такие же, как в детстве…

— Да, бабушка не разрешала их щипать, так и привыкла… — шучу я, в ответ получаю смех всех присутствующих. Ну почти всех… Ярослав смотрит на меня, не моргая. Точнее не на меня, а на мои голые ноги. Становится не по себе, и я невольно поджимаю пальчики ног. Яр усмехается одним краешком губ. Гаденыш… Что бы такое придумать, чтобы напакостить ему?.. Блин, столько лет прошло, и ни разу не было желания кому-либо пакостить. И только стоило встретиться с Ним, как опять накрыло…

— Это же сколько лет не виделись… С мамой-то мы созванивались и иногда встречались. Я знаю о твоих успехах в области рекламы, Ева, умничка наша… А Ярослав-то тебя давненько не видел… — она подталкивает меня к сыну, видимо, чтобы мы поздоровались. Спотыкаюсь о ковер и падаю в его объятия. И нет бы поблагодарить, что вовремя поймал, а я шиплю ему в плечо:

— Руки убрал… а то оторву и в другое место вставлю… — надеюсь, что родители не слышат это…

— И я рад тебя видеть… — смеется он, выпуская меня из объятий. Вот это ручищи! В два раза обхватить меня может.