Девочка на шару
Шрифт:
– Я даже никогда не видела Веру и в отличие от некоторых даже не знала, что она родилась, – буркнула Яна.
– В общем, так. Зовут ее Вера, фамилия ее Березкина, лет ей сейчас должно быть примерно двадцать. И ты уж сама решай, что и как дальше, – завершила разговор Люся.
– Ладно, подумаю, что можно сделать, – вздохнула Яна, в сердцах бросив телефонную трубку.
«Не дадут похандрить! Только почувствовала себя уставшей, хотела полежать для себя любимой, так нет, надо помогать какой-то Вере Березкиной. Бред! С такой жизнью и такой мамой эта девушка может быть настоящим монстром. Может быть, она сама – алкоголичка, наркоманка и преступница. Не хотела бы я с ней общаться, а придется, иначе рассорюсь с Люсей в пух и прах…»
Яна спустила ноги с кровати и села. Голова ее кружилась от голода и бессилия.
– Агриппина Павловна! – позвала Яна, и дверь распахнулась тут же, словно домоправительница стояла за него и ждала сигнала.
– Что?
– Двойной кофе с сахаром, пожалуйста.
– С сахаром? – переспросила Агриппина Павловна, так как впервые слышала, чтобы Яна просила кофе с сахаром.
– Да, две большие ложки, – подтвердила та, перемещаясь к трюмо и пытаясь расчесать спутанные волосы. – Это, говорят, полезно для мозгов, а они у меня что-то плохо соображать стали.
Агриппина Павловна кинулась на кухню выполнять просьбу. Через несколько минут чашка ароматного дымящегося кофе стояла перед Яной.
– Пирожочек? – услужливо предложила домоправительница.
– Нет.
Яна отхлебнула горячего кофе и почувствовала, как приятное тепло разливается по организму, возвращая ему силы.
Она подошла к шкафу с одеждой и вытащила короткую джинсовую юбку с аппликациями, розовую узкую водолазку, черные колготки с узором и демисезонные туфли на толстой подошве. Затем слегка дрожащей рукой накрасила ресницы синей тушью и ярко-розовой блестящей помадой – губы.
Когда она вышла из комнаты, домоправительница сидела на кухне, смиренно сложив руки на коленях.
Яна смягчилась.
– Ну, хорошо, дай мне пирожок с мясом, – сказала она.
Агриппина Павловна метнулась к плите и вынесла Яне в целлофановом пакетике пять пирожков – что такое один пирожок, Агриппина не понимала.
– Ты надолго?
– Надеюсь, что нет, – ответила Яна.
– Куда, можно узнать? – спросила домоправительница.
– В милицию, – честно ответила Яна.
– Ой! – прижала руки к груди Агриппина Павловна. – А как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо, не волнуйся. Ребенка забрал Ричард?
– Да.
Яна для успокоения Агриппины Павловны вынула один пирожок и откусила от него. Челюсти ее свело судорогой, но она через силу, чуть ли не давясь, продолжала жевать.
Она вышла из дома и решила сама не садиться за руль «Пежо», так как ощущала головокружение и слабость. Она поймала такси и поехала в следственное управление. Водитель постоянно с опаской косился на яркую девицу с длиннющими красными ногтями, с пирожками в пакете, икавшую всю дорогу.
Глава 3
Виталий Владимирович Артюхин работал старшим следователем, имел собственный кабинет, и до определенного момента день двадцатое апреля проходил для него весьма успешно. Он сдал нужные документы, добыл важные свидетельские показания по одному сложному делу и получил похвалу от начальства. Дело уже близилось к вечеру, а следовательно, скоро можно будет уйти домой. И тут в кабинете раздался звонок внутреннего телефона.
– Виталий Владимирович, тут к вам настоятельно ломится гражданка Цветкова Яна Карловна, – сообщил дежурный. – В списке посетителей на сегодня ее нет, но она уверяет, что вы ее знаете и примете.
– О нет… – вздохнул Виталий Владимирович, поняв, что день окончится не так хорошо, как он предполагал. Яну Цветкову он знал уже довольно-таки давно, и эта дамочка не переставала его удивлять своей феноменальной способностью влипать во всевозможные неприятные истории с криминальной подоплекой.
– Что, шеф, не пропускать ее?
– Пропусти… – снова вздохнул Артюхин. – Все равно она не отстанет!
Яна ввалилась к нему в кабинет, неся на лице самую искреннюю улыбку на свете, и сердце следователя тут же растаяло.
– Привет, Виталий!
– Здравствуй, Цветкова! Садись.
Яна расположилась на обычном деревянном стуле, тут же отбив о сиденье свою пятую точку, и грохнула кожаную сумку, всю в металлических клепках, ему на стол.
Кабинет у следователя Артюхина был самым обыкновенным: стол с не очень современным компьютером, шкаф с документами, несколько стульев для посетителей, тумбочка и железные жалюзи на стандартном окне.
– Даже боюсь спрашивать, зачем пожаловала. Давно не виделись, думал, что ты взялась за ум и оставила всю работу профессионалам, – начал беседу следователь, нервно поглядывая на пепельницу, полную окурков.
– Кури уж, – милостиво разрешила ему Яна. – У меня совсем маленькая просьба. Мне надо найти одну проститутку.
– Их тысячи в Москве, – ответил Виталий Владимирович, закуривая. – И потом, с какой целью?
– Мне надо ей помочь…
– Бесполезно. Они все равно возвращаются к своему ремеслу, сколько их ни отлавливай.
– Вы им не предлагаете альтернативный заработок, а я этой предложу, – заявила Яна и икнула. – Чертов пирожок, съела всухомятку и вот…
Она вытащила пакет с четырьмя оставшимися пирожками и перехватила голодный взгляд следователя.
– Хочешь?
– Не отказался бы…
– Ешь, на здоровье, только сначала дай мне попить, а то я больше не могу, икота замучила.
Следователь растерялся.
– Вот воды у меня нет. Хотя… я купил домой бутылку сухого вина. Будешь?
– Наливай! – кивнула Яна, закашлявшись.
Виталий Владимирович достал из шкафа две обыкновенные керамические кружки со осколами по краям и бутылку недорогого вина. Откупорил ее и налил Яне хорошую порцию, а себе плеснул совсем чуть-чуть, только чтобы запить пирожки Агриппины Павловны.