Чтение онлайн

— Вот и хорошо, — одобрила ее старшая группы и пояснила, — А то у тебя задница великовата. С таким якорем на сцене тяжело. Да и вообще, работенка у нас адская.

— Я пою.

— Ну, голосу задница не помеха, — добродушно признала баба Люба. — По клубам поешь?

— Теперь да, — не без гордости ответила Маша.

— Это хорошо.

— Да ну?! — радостно удивилась Аська. — Неужели получилось?

— В группе «Эльдусто», в кафе «Фламинго». А по четвергам в «Эллочке-людоедке».

— Ой, а я там была пару раз, — звонко заметила стоящая рядом девушка-клоун. — Чо поешь?

— Теперь песни Элвиса Пресли.

— Ой, я как раз знаю эту группу. Они классные. Помнишь, я тебе говорила? — она дернула бабу Любу за рукав, — Пойдем послушаем!

— В четверг? — задумалась та. — Что у нас в четверг?

— Нет, в другие дни, кроме понедельника, можно во «Фламинго», — напомнила Маша, радуясь потенциальным слушательницам.

— Будет время, зайдем непременно, — баба Люба дружески похлопала ее по плечу, — хотя я понятия не имею, что это за клуб — «Фламинго».

— Это на Солянке… — начала пояснять Маша, и туту нее в руке зазвонил телефон Ирмы. Она вздрогнула, вспомнив, что все еще держит вещи, принадлежащие звезде.

— Ну, чо ты, ответь! — Баба Люба ободряюще улыбнулась. — Давай, а то сейчас вся гримерка в движение придет.

— У кого звонит? — полетели со всех сторон вопросы. — Вась, ты мой рюкзак видишь? Лен, это твой разрывается?

— Ой, у нее уже телефон! — восхищенно пискнула Аська.

— Да не мой это! — Маша застыла, не понимая, что делать. — Мне его отдать нужно.

Но ее никто не слушал.

— Да ответь ты, наконец! — крикнула ей баба Люба. — Орет как иерихонская труба!

Маша дрожащей рукой поднесла телефон к уху. А он как раз перестал трезвонить.

«Господи! А вдруг у человека судьба решается? — в ужасе подумала она. — А вдруг звонил тот самый мужик, из-за которого Ирма рыдала. Какая же я скотина, что сразу не отнесла ей телефон!»

— Слушай, Ась, мне срочно нужно найти Ирму Бонд, — толкнула она подругу, — Или кого-то из ее охраны.

Ася уже болтала с каким-то парнем, затянутым в костюм клоуна. В руках он вертел ярко-синий парик.

— Иди прямо по коридору, — потеряв к ней интерес, ответила Ася, — Не ошибешься.

Маша повертела головой в поисках бабы Любы или той девицы, которая слышала группу «Эльдусто», словом, кого-нибудь, с кем можно было бы попрощаться перед уходом. Но никого знакомого рядом не оказалось. В гримерке кипела своя жизнь, где Маша была чужой.

***

Александр пялился в окно. Набережная не представляла собой ничего интересного. Лишь вдали виднелась подсвеченная гостиница «Балчуг-Кемпински». А так все какие-то темные здания на другой стороне реки.

— Да ты не туда смотри, — толкнул его Бобров.

Потомок древних Доудсенов болезненно поморщился. Он не любил грубых толчков.

— Вон, — Серж ткнул пальцем в противоположное окно, за которым высилось громадное здание, до такой степени уродливое, что у аристократа свело скулы. — Главная эстрадная сцена страны. О «Тэфи» слыхал?

— Нет…

— Эту хрень тоже здесь вручают. Но это неважно. Сейчас познакомлю тебя с Ирмой Бонд.

— Бонд? Сестра Джеймса, — усмехнулся Александр.

— Не-е… — протянул Бобров. — У нее фамилия Бондаренко, ну а она ее укоротила. Стало звучно. Да и Ирма она всего год. Раньше ее все Иркой кликали.

— Псевдоним? — догадался младший Доудсен.

— Зато какой звучный! — Меценат неожиданно нахмурился, — Я ведь дурак, каких мало.

— Ты себя недооцениваешь, — попытался успокоить его аристократ.

— Нет, я дурак. Я ведь не думал, что она так рано притащится. Я забыл про этот концерт. Черт! Ей совсем нечего сейчас в Москве делать. Знал бы, встретил!

— Почему?

— Да ну, история там у нее романтическая. А любовник — известный козел. Она же девушка истеричная. Как бы ерунды какой не натворила.

Александр ничего не понял из этих туманных объяснений.

— Ты с ней повежливее, — предупредил его Серж.

Род Доудсенов издавна славился своей деликатностью. Да спросите любого в клубе «Пеликан», и каждый вам скажет, что сэр Александр — это самый известный современный рыцарь. Молодой аристократ надулся. Впрочем, дулся он недолго. Ему помешали.

— О! — неожиданно громко заявил известный меценат и саданул его по плечу с такой силой, что несчастный обиженный подскочил до потолка. — А вдруг у вас что-нибудь выйдет! Вдруг ты ей понравишься? Ты не можешь не понравиться! А что? Молодой, смазливый, богатый и не малахольный, как все иностранцы. Вон как ты типов в Шереметьево отделал! От таких бабы кипятком писают. Влюбится — сто пудов. Даже фамилию не спросит.

Александр подивился такому скорому решению своих матримониальных проблем. Менее всего на свете он намеревался сейчас заводить романы. Это ему вовсе некстати. Однако он был уже достаточно хорошо знаком с этим энергичным здоровяком и знал, что перечить ему бессмысленно.

— Отлично… — Входя в двери служебного коридора, Серж глубоко втянул ноздрями воздух, пропитанный искусством, и повернул голову к Александру, — Сейчас посадим тебя на лучшее место. Знаешь… — Он вдруг приосанился и зашагал важно, словно не только этот коридор, но и весь комплекс «Россия» был его собственностью. — Музыку следует воспринимать только с лучших мест. Потому как какое место, такие и ощущения. Посади тебя, братец, за колонну, ты ведь и половины прелести не ощутишь. А как хорошо на первом ряду амфитеатра! О-о-о…