Чтение онлайн

Я вздохнула — отец так и не связал свою жизнь с другой женщиной после ухода мамы. Не знаю, пытался ли? Может и пытался, но он никогда мне не рассказывал, а я не спрашивала. В любом случае, как показала жизнь, папа был и остался однолюбом. “Наверное, это семейное…” — грустно отметила я, и мое сердце заныло от пустоты.

— Я уже в прошлом, ты лучше скажи, появился ли у тебя кто-нибудь на горизонте, или по-прежнему книги — твои друзья? — отвлек меня от размышлений отец.

— Так и есть — книги мои верные друзья, — подтвердила я.

— Дочка, так ты ни с кем не познакомишься. Тебе чаще нужно выходить с твоей Джулией погулять-развеяться.

— Буду иметь в виду твой совет, — улыбнулась я заботе папы, вспоминая, как он всегда переживал, что мой выбор между интересной книгой и прогулкой с одноклассницами обычно останавливался на книге.

— Слушай, у меня к тебе вот какое предложение, — внезапно произнес отец. — А не устроить ли нам на выходных грандиозный дебош по поводу моего Дня рождения.

— Ты хочешь приехать в Сиэтл на уикенд? — не на шутку насторожилась я.

— Нет, ты же знаешь, я не любитель огней большого города, да и селиться в гостинице — лишние траты.

Я улыбнулась, вспоминая, как прошлой зимой отец, приехав в Сиэтл на обследование, поселился у нас, и, хотя он спал в моей комнате, а я в гостиной, был ужасно смущен необходимостью жить несколько дней в девичьем царстве среди женских вещей, косметики, непрерывного щебета Эмили и уважительного молчания Джулии. А Тигр, который не был рад гостю, так и норовил цапнуть отца за руку, считая, что в этой квартире может господствовать только одна особь мужского пола — и это вовсе не отец. Уезжая, папа мягко намекнул, что в следующий раз, если он захочет приехать, нужно будет заранее забронировать гостиницу, что тоже было не очень удобно, так как было связано с дополнительными финансовыми расходами. Так что обычно наносила визиты в отчий дом я, заодно проверяя жизнь и быт отца, а также навещая маму. Так было удобнее для всех.

— Подруги твои, конечно, очень гостеприимные хозяйки, — между тем продолжал отец, — но я чувствовал себя в вашей квартирке индюком среди цыплят. Прямо даже как-то неудобно было. Нагрянул в ваш девичий теремок.

— Девочкам ты очень понравился, и они сочли тебя милым, — рассмеялась я, вспоминая выражение лица отца, с задумчивым и смущенным видом, пытавшегося пристроить свой одинокий бритвенный станок в ванной среди баночек, скляночек, тюбиков и бутылочек с женскими ухищрениями.

— Милым, говоришь? — довольно усмехнулся отец. — Ну все равно это не повод пугать ваш девичий коллектив приездом старого дровосека.

— Ты преуменьшаешь силу своего обаяния, — улыбнулась я.

— Права. Тем более твои подруги считают меня милым, а такими комплиментами в моем возрасте не пренебрегают, — пошутил отец и продолжил: — Но открою тебе страшный секрет. Признаться, я сторонюсь твоего кота — он мне чуть палец не отгрыз в мой прошлый приезд, и, кстати, мне все-таки пришлось выбросить свои ботинки, после того как твой рыжий бандит их пометил, а они, если ты помнишь, были моими любимыми.

— Я же их помыла! Что, не помогло?

— Нет, не помогло. Это какой-то скунс, а не кот! — и отец тихо рассмеялся.

Я так соскучилась по его тихому смеху, лучистым добрым глазам, и вечной манере тереть себе подбородок, поджав губы, когда он о чем-то задумывался, что не заметила, как вытираю ладонью намокшие глаза.

— Можно было бы приехать утром и уехать вечером, чтобы без гостиницы, — продолжал между тем отец, — но я бы все-таки предпочел, чтобы ты приехала на выходные домой. Может, ты отпросишься с работы в своем кафе и навестишь старика, заодно отдохнешь — еще наработаешься в своей жизни. Закатим пир горой по случаю моего дня рождения! Позовем твоих школьных друзей, и я приглашу парочку своих, опять же, соседей не забыть.

Я вздохнула — конечно, я хотела навестить отца, наш уютный дом, и у мамы я давно не была. Мне так много ей нужно было рассказать. Но отпустит ли меня Барретт в Порт-Таунсенд? Выходные еще входили в срок моего заключения, а, зная Барретта, я совсем не была уверена, что он пойдет на уступки.

— Папа, я посмотрю, смогу ли я отпроситься в эти выходные, — уклончиво ответила я.

Попрощавшись с отцом, я продолжала крутить сотовый в руках, раздумывая, относительно поездки в Порт-Таунсенд. Я не знала, как Барретт относился к своим родителям, но он должен был понимать, насколько важен был для меня отец.

В любом случае, я должна была попробовать хотя бы поговорить с ним. Может он меня все же выпустит раньше из заточения. Ведь не нужна я ему — наигрался и вернулся к Саше.

Мысль о том, что я могу вырваться из этой мраморной крепости уже на этих выходных, будоражила кровь, но, памятуя о характере Барретта, сильно я не обольщалась и сразу настроилась на отказ, давая себе обещание принять его “нет” спокойно и с достоинством. В конце концов, устроить день рождения отца можно будет и через неделю, когда срок моего заключения окончится.

Еще на лестнице почувствовав аромат свежесваренного кофе и запеченных с корицей яблок, я улыбнулась и ускорила шаг.

— Доброе утро, Лат, — зайдя на кухню, поздоровалась я с парнем, пока тот с серьезным видом колдовал над плитой, готовя оладьи.

— Завтрак еще не готов, кун-Лили, — увидев меня в проеме, немного растеряно произнес парень.

— Я не за завтраком, — пояснила я. — Мне нужно поговорить с Ричардом. Но я не знаю его номера телефона.

— У вас что-то случилось? — насторожился таец.

— Нет. Просто у моего отца день рождения и я бы хотела уехать на выходные домой.

Не требуя от меня более ни слова, Лат вытащил телефон и, нажав на вызов, протянул мне трубку.

Совсем не рассчитывая, что срок моего заточения сократят, я взяла сотовый и через пару гудков услышала тихий, но уверенный баритон:

— Барретт.

Пока я собиралась с мыслями, Лат тактично вышел из кухни, а я, глубоко вздохнув, начала разговор.