Чтение онлайн

Я тяжело сглатываю и киваю, отвечая вместо мужа.

– Всё верно. Вместе учились…

Холодок пробегает по позвоночнику, потому что муж сильнее сдавливает плечо пальцами и жмёт меня к себе.

Мои родители погибли, когда мне было десять. Родственников у меня не было, и заботиться обо мне было некому, так что меня определили в детский дом. Это было тяжёлый период для маленькой девочки, до того момента растущей в счастливой семье, в тепличных условиях, а потом резко оказавшейся никому не нужной.

Мне повезло в одном – я хорошо училась и всегда была способной, поэтому после выхода из интернета, смогла поступить в университет. Жила в общежитии, и до конца первого курса была настроена выучиться, построить карьеру и жить достойную жизнь.

А потом меня заметил Игорь. Он учился на последнем курсе. Так между нами всё завязалось… Красивый, взрослый… богатая и уважаемая семья. Девочка, которая осталась одна, не могла мечтать о большем. И после окончания университета я забеременела, вышла замуж и… начался ад.

– Вы бы могли её к себе устроить, Игорь Романович.

– Нет. Бизнес и личное точно не должны быть смешаны, – усмехается муж.

А меня невольно отбрасывает воспоминаниями в нашу первую ссору в браке, когда он пришёл с работы, воняющий женскими духами. Тогда я еще верила, что он хороший человек. После того дня всё изменилось… И я ещё плакала из-за его любовниц. Сейчас я радуюсь, когда Игорь ночует у одной из них и не ложится со мной в постель.

– Прошу прощения, мне нужно ненадолго отойти, – извиняюсь, чувствуя, как из-за воспоминаний тошнота подступает к горлу, а из-за тугого воротника ещё и дышать становится всё труднее.

– Тебя проводить? – спрашивает Игорь, сделав вид, что беспокоится.

Я натянуто улыбаюсь.

– Не стоит. Я… быстро…

Мне нужно хотя бы на несколько минут оказаться подальше от него.

Начинаю быстро шагать в сторону туалета, но по пути сворачиваю к дверям открытой лоджии, и уже спустя минуту оказываюсь на свежем воздухе, жадно втягиваю его в лёгкие и прикрываю глаза, опершись ладонями о перила. Было бы здорово ещё снять это чёртово платье или хотя бы пуговицы сзади расстегнуть. Голова кружится…

Когда же закончится весь ад моей жизни? Когда мы с Ксю будем свободными?

Наверное, я плохой человек, если думаю так, но… лучше бы Игорь умер. Это, возможно, единственный способ освободиться от этого человека.

– Всё в порядке? – рядом раздаётся низкий голос с небольшой хрипотцой.

Вздрогнув, я оборачиваюсь, и тут же упираюсь взглядом в высокого темноволосого мужчину с тёмной бородой и практически чёрными глазами, внимательно изучающими меня.

Мне становится не по себе, как впрочем и всегда, когда посторонние мужчины оказывают мне даже незначительные знаки внимания. Сразу начинает казаться, что сейчас откуда-то появится Игорь и разозлится…

– С вами всё нормально? Мне показалось, вам плохо, – тем временем мужчина повторяет вопрос и слегка подаётся вперёд, отчего свет фонаря у лоджии падает на его лицо, освещая правую сторону.

Я замечаю, что у него проколото ухо и вставлена серьга, напоминающая молот или что-то вроде того.

– Да… Я нормально себя чувствую… Извините. Просто… мне нужно было выйти на свежий воздух и… – просовываю один палец между шеей и воротником и слегка оттягиваю ткань. – Немного подышать… дышать…

Перед глазами появляются тёмные пятна. Я открываю рот, чтобы глотнуть как можно больше воздуха, и сильнее цепляюсь за перила рукой, но темнота в голове сгущается, и последнее, что я вижу, как серьга с молотом сверкает передо мной непозволительно близко.

Глава 3

Глава 3

Аня

Прохлада касается лба, затем стекает по шее вниз, ласкает область между лопатками и движется дальше. Не могу понять, откуда взялось это ощущение, но дышать становится легче.

Веки кажутся невероятно тяжелыми. Я пытаюсь их разлепить, но сделать этого не удаётся. И почему голова так жутко гудит? Что вообще происходит?

– Вы в порядке? Слышите меня?

Мужской голос звучит словно издалека или из-под толстого слоя ваты. Чей это голос? И где я вообще?

Кое-как мне удается раскрыть глаза, и сначала краски вокруг будто сливаются и разглядеть ничего не удается. Тошнота подступает к горлу. Я пытаюсь сесть и сделать глубокий вдох, чтобы неприятное ощущение ушло, но что-то тяжёлое ложится мне на плечи и не даёт пошевелиться.

– Лучше пока не делать резких движений, – снова произносит тот же самый голос. – Может стать хуже.

– Вы… кто? Где? – в очередной раз пытаюсь понять, кто со мной разговаривает. Часто моргаю, чтобы картинка перед глазами стала четче. И, наконец, вижу ту самую сережку с молотом прямо перед собой. Затем ворот белой рубашки – верхние пуговицы расстегнуты и виднеется смуглая кожа. Еще я вижу часть какой-то татуировки, но понять, что это за рисунок, не могу.

– Вам плохо стало. Вы потеряли сознание. Не двигайтесь. И вот, выпейте воды, – перед глазами появляется стакан.

Я беру его из рук незнакомца и делаю жадный глоток прохладной жидкости.

Кажется, я начинаю вспоминать.

Благотворительный вечер… Я пошла подышать воздухом… Платье сильно давило…

А сейчас не давит…

Панически начинаю щупать пальцами пуговицы сзади и понимаю, что они расстегнуты. Поэтому мне так свободно.

– Вы… вы расстегнули мне платье? – поднимаю взгляд на мужчину напротив.

Сейчас я понимаю, что мы находимся всё на той же лоджии, куда я вышла несколько минут назад. Он усадил меня на небольшой пуфик в углу за цветами в огромных квадратных горшках.