Чтение онлайн

— Велосипедные гонки! Что в них интересного? Кто их смотрит?!

Энни задумалась, а потом продолжила:

— Что же касается лошадей, то она никогда не будет наездницей. Ты же помнишь, как мучилась бедная малышка, когда лошадь сбросила ее на забор и ребенок сломал руку. Я думаю, у нее навсегда остался в памяти тот страшный день, когда Нед посадил ее на лошадь.

— Малышка тогда вела себя храбро, даже слезы не уронила.

— Уж лучше бы она тогда заплакала, — сказала Энни, — я думаю, она старалась получить твою поддержку.

— Я всегда ее поддерживаю, — сказал Джастин. — Я только не могу понять, почему она так боится лошадей.

— Ладно, боится так боится. И, будь добр, перестань искать в ней сходство с Пенелопой! Будь к ней великодушным.

— Ты же знаешь, как я люблю ее, — проворчал Джастин.

— Я-то знаю, но не уверена, знает ли Джессика.

— Конечно же знает! — воскликнул он возмущенно.

— Вот поэтому проявляй к ней свою любовь чаще, — посоветовала Энни. — Что же касается велосипеда, то ты должен пойти и купить его. Тем временем я отошлю назад тот, что стоит в холле. Я напишу записку мистеру Парнеллу и объясню, как любезно было с его стороны прислать велосипед, но мы не можем принять его, так как у нее уже есть свой. А тем временем ты...

— ...пойду и куплю велосипед, — добавил Джастин.

— Хорошо, — Энни улыбнулась. — Знаешь, о чем я подумала, когда увидела эту машину в холле? Я вспомнила, как ты принес мне седло. Помнишь, что случилось потом?

Джастин помнил. Они поехали верхом, чтобы опробовать седло и... полюбили друг друга.

— Я думаю, надо немедленно пойти к мистеру Парнеллу и спросить, не женат ли он. — Джастин покраснел. Это был вопрос, который Энни задала ему слишком поздно. Недоразумение привело к скандалу и большому горю, потому что Джастин в то время был уже женат на Пенелопе и был уверен, что Энни об этом знала. — К счастью, Джессика более благоразумна, чем я!

— Ты упрекаешь меня тем, что произошло между нами? — спросил Джастин.

— Нет, конечно, — сказала Энни. — Я до сих пор обожаю тебя. А теперь иди и принеси дочери велосипед.

Джастин Харт улыбнулся жене и задержался.

— Позже, любимая. Мысли о том вечере, когда я принес тебе проклятое седло, заставляют меня сейчас подняться с тобой наверх.

Ласково смеясь, Энни сказала:

— Джастин, ты совершенно безответственный отец.

— Может быть, — ответил он, — но я очень ответственно отношусь к своим супружеским обязанностям.

* * *

Тревис прочитал записку Энни Харт, бросил взгляд на возвращенный велосипед и решил, что он, должно быть, совершил ошибку, послав такой подарок. «Что ж, — философски подумал он, — я вырос не на улицах Форт Ворса, а мучился в Техасе с Джо Рей Броком, я получил свое образование на нефтяных скважинах, и нечего надеяться, что из меня получился настоящий джентльмен». Нехорошо вышло. Он не хотел оскорбить Джессику. Она самая лучшая девушка, которую можно найти. В миллион раз лучше, чем ее настоящая мать.

Тем не менее они вынуждены были купить ей велосипед, чтобы отказаться от его подарка. Значит, у них есть деньги. В чем же тогда проблема? Может, Джастин Харт не любит Джессику, потому что она ребенок Пенелопы?

Глава 3

Джессика и Тревис поднялись по ступенькам и прошли к своим местам. До начала представления «Ист Линн» оставалось еще двадцать минут.

— Мне нравятся мелодрамы, а вам? — спросила Джессика, как только они сели.

— Нет, — ответил Тревис. — Они выглядят не очень реально. В настоящей жизни герои не всегда женятся и живут потом счастливо, а злодеи не всегда получают по заслугам, — потом задумчиво добавил, — хотя иногда такое случается.

Джессика смутилась:

— Если вам не нравятся мелодрамы, почему же вы решили посмотреть «Ист Линн»?

Почувствовав, что его замечание о женитьбе и счастливом конце было не совсем к месту, он ответил:

— Мне хотелось провести вечер с вами.

Его ответ так взволновал Джессику, что она не могла придумать ничего лучшего, как заговорить о рисунке на театральном занавесе, как будто нарисованный на нем замок и три музы вокруг него имели для нее жизненно важный интерес.

Однако Тревис, заинтересованный последствиями своего подарка, спросил, не смягчился ли отец и не купил ли он ей велосипед.

— Да, купил, — сказала Джессика. — Я была очень удивлена, потому что папа обычно не меняет своих решений. Он купил мне овермановскую модель, именно такой велосипед, какой я и просила.

Тревис видел эту модель и решил, что она намного хуже той, которую посылал он. Он уже собирался сказать об этом, но зазвучала музыка и опустился второй занавес, безвкусно разрисованный рекламой местных товаров. Тревис в изумлении уставился на него.

Джессика зажала рукой рот, чтобы подавить смешок, потому что рядом с ней сидел старый мистер Хэнс Стейнбруннер, чья реклама тоже была на занавесе. Потом она обратила внимание, что его рекламы не было видно — занавес был слишком длинный и его часть с рекламой торговли Стейнбруннера лежала на полу.

Мистер Стейнбруннер тоже это заметил, поэтому он встал и крикнул: «Вы покажите мою рекламу хорошо, Хейнис, или я заберу обратно свои деньги!»

Управляющий быстренько подвернул занавес, и реклама мистера Стейнбруннера стала видна. В течение следующих пяти минут занавес перемещался таким образом, чтобы присутствующие могли увидеть рекламу всех местных бизнесменов, которые там были представлены. Джессика и Тревис, поглядывая друг на друга как напроказившие дети, пытались сдержать смех. «Как хорошо, что мистер Парнелл такой веселый», — думала счастливая Джессика.