Чтение онлайн

Она сделала паузу и посмотрела на Ричарда, который дышал очень медленно и глубоко.

– Сколько лет вам было, когда все это случилось? – спросил он.

– Восемь. Мне тогда было всего восемь лет.

Она не сводила глаз с рук Ричарда, которые начали заметно дрожать.

– Прошу прощения, мне надо отлучиться, – сказал он, медленно поднимаясь из кресла и издав при этом глухой стон.

Пока он шел к двери, его слегка пошатывало.

– С вами все хорошо, Ричард? – спросила Китти.

– Да. Просто очень утомился в дороге. Вернусь через минуту.

Китти снова села на свое место и посмотрела на часы. У нее оставалось еще полчаса.

Прошло не более двух минут, как Ричард вернулся в кабинет со стаканом воды в руке.

– Еще раз прошу прощения, что пришлось оставить вас одну. Обычно я ни на секунду не покидаю своих пациентов. Но последние дни были очень трудными для меня. Вернемся к тому, на чем остановились. Почему вы отправились в церковь одна в то воскресенье?

Китти встала и подошла к книжному шкафу. Взяла снежный шар и потрясла его. Снег взлетел над крышами крошечной деревеньки под стеклом.

– Отец тогда провел весь день в больнице. Я знала, что мама серьезно больна. А я посещала церковь каждое воскресенье всю свою жизнь. Если отец работал, мы с мамой ездили на автобусе. Поэтому я знала номер нужного мне маршрута, понимала, как туда добраться. Торчала дома одна очень долго, места себе не находила, думала о маме в больнице, очень хотелось вырваться куда-нибудь, сделать хоть что-то, чтобы как-то помочь. Я пропустила утреннюю службу, но я знала, что будет вторая, после обеда, мама иногда ходила на нее одна.

Она вернулась к креслу и села, поставив снежный шар на колено. Снежинки успели улечься, и Китти вообразила себя восьмилетней внутри шара. В своем самом лучшем красном пальто она стояла перед церковью.

– Так что я оказалась там почти случайно. И это изменило в дальнейшем всю мою жизнь. А я ведь всего лишь хотела помолиться Господу за здоровье своей мамы. Забыть не могу, какой стоял холод. Снег скрипел у меня под ногами, почти заглушая звон церковных колоколов.

Китти смотрела на Ричарда, а мыслями уже вернулась в прошлое. Вспомнила автобус, который трясся по заснеженным дорогам Восточного Сассекса, чтобы впервые в жизни свести их вместе с сестрой.

Китти куталась в свое новое красное пальто из шерсти, пока автобус пытался проехать по извилистой дороге, которая вела к Престону. Обочины покрывала корка льда, а за ней простирались густо усыпанные снегом поля. Она вошла в автобус на своей остановке, заплатила водителю за билет мелочью, которую взяла с прикроватного столика отца, и села у окна. Но вскоре к ней и к другим пассажирам присоединилась пожилая леди, – соседка, знакомая ей в основном по службам в церкви. От дыхания Китти оконное стекло запотело, и она время от времени протирала его своей черной вязаной варежкой. Она то и дело видела в полях фигуры монахинь, которые показывались из-за живых изгородей или бродили у края шоссе, их дыхание на морозном воздухе превращалось в белые облачка.

Она искоса бросила взгляд на свою знакомую попутчицу. Она была модно и нарядно одета, а волосы собраны в аккуратный пучок. Ей, как подумала Китти, наверняка потребовалось несколько попыток, чтобы прическа получилась настолько опрятной и ровной. На свое плотное коричневое пальто, сшитое из какой-то странной ткани, напоминавшей ковер, дама нацепила черную стеклянную брошь. Она тряслась вместе с автобусом, который ехал по неровной дороге, но ее взгляд был неподвижно устремлен вперед. На коленях леди держала свою большую сумку. Китти так и подмывало спросить, что именно могли искать в полях монахини, но старушка даже ни разу не посмотрела на нее с тех пор, как села в автобус, а ее губы были плотно зажаты, что показывало ее нежелание разговаривать.

Китти немного вздрогнула от неожиданности, когда они остановились у перекрестка. На дорожном указателе было написано Престон-лейн. И они свернули в переулок, проехав мимо темного силуэта усадьбы «Престон». Далее направились к Саут-Даунз, где на горизонте показалось здание в викторианском стиле. Сколько она себя помнила, это четырехэтажное здание с двойным фронтоном всегда привлекало ее особое внимание. Издалека оно напоминало девочке никому больше не нужный старый кукольный домик, брошенный кем-то за ненадобностью посреди пыльного чердака. В десяти тусклых окнах, протянувшихся вдоль каждого из четырех этажей, никогда не виднелось и проблеска света. Бежевые на первый взгляд стены густо заросли плющом. Однако по мере приближения к зданию его цвет невероятным образом менялся, превращаясь в совершенно серый и почти черный по углам. Огромные кресты высились повсюду над крышей, а небольшие башенки напоминали Китти тюрьму, куда заключили Рапунцель из сказки, которую отец читал ей вслух.

Покрытая гравием дорожка к дому была окружена густыми зарослями леса. Медленно проехав по ней, они добрались до своего рода поляны, где снова остановились. Двери автобуса со скрежетом открылись, и из него вышла молодая женщина, она с трудом несла тяжелый на вид чемодан. Ее большой и округлый живот упирался в чемодан, когда она волокла его через проход между сиденьями, и Китти при этом услышала, как пожилая леди осуждающе хмыкнула.

В тени деревьев, облаченный в черное с головы до ног, если не считать белой полоски воротничка, стоял отец Бенджамин. Китти узнала его, он был настоятелем церкви Престона. Она осмотрелась вокруг и заметила нескольких девушек, бродивших вдоль канавы, проходившей по периметру леса у дорожки. На них были коричневые балахоны, а командовали ими две строгие монахини в сутанах. Китти пригляделась к ближайшей из девушек. Ее волосы остригли по-мальчишески коротко, а кожа лица казалась бледнее снега под ее ногами.

Одна из монахинь подала знак, и девушка выбралась из канавы. На самом краю она на мгновение чуть не потеряла равновесие, но затем выпрямилась и прижала руку к пояснице. Стал виден ее огромный живот.

Как только автобус тронулся, девушка подняла взгляд и удивленно посмотрела на Китти своими проницательными угольно-черными глазами. Китти сползла ниже на сиденье, это не помогло ей укрыться от пристального взгляда, но почти сразу монахиня крикнула на девушку, заставив ее двигаться дальше.

Китти беспокойно заерзала на месте и стала нервно грызть кожу вокруг ногтей. Ей отчаянно хотелось выбраться из дома, что-то предпринять, но сейчас она оказалась в этом автобусе одна, впервые без присмотра родителей, и у нее случился приступ паники. Хотя двигатель работал и обогрев салона был включен, она ощутила, как холод проникает сквозь раздвижные двери и через щели в окнах, пытаясь добраться до нее. Когда они наконец доехали до церкви, ее дыхание стало тяжелым и сбивчивым. Из автобуса начали выходить все оставшиеся в нем пассажиры.