Девушка, принесенная в жертву

Эдвард Хоч

ДЕВУШКА, ПРИНЕСЕННАЯ В ЖЕРТВУ

Перевод с английского А.Елькова, Ю.Копцова

Настало время, и правителем могучего народа ацтеков стал мудрый Кутлацума, долго трудившийся вместе с другими учеными царства над уточнением календаря и уточнением премудростей бытия. Теперь, во цвете лет, он мог повести свой народ к новым высотам просвещенности...

– Скажи-ка, Монто, - спросил он однажды у одного из учеников, когда они прогуливались вблизи храма великого Кецалькоатля, - как, по-твоему, за джунглями, за водами живут люди?

– Конечно живут, Кутлацума, - ответил молодой спутник.
– Целая раса, и когда-нибудь они приплывут к нашим берегам.

– И разрушат все, созданное нами?

– Возможно.

Ответ ученика расстроил Кутлацуму, который видел, какого высокого уровня достиг его народ в области изучения окружающего мира: развитые формы общественной жизни дополнялись превосходными методами образования и астрономических исследований. Установленные на вершинах храмов огромные камни-календари (сам Кутлацума высекал эти камни) являлись безмолвными свидетелями прогресса цивилизации ацтеков. И правитель был обеспокоен.

– Монто, мы должны сделать все, чтобы отсрочить этот день - день, когда возникнет угроза всему, когда начнется разрушаться уклад нашей жизни.
– Они поднялись на вершину храма, куда вела широкая лестница, и правитель произнес:

– Посмотри на все это - улицы, лавки... воздвигаемые повсюду здания... размеренное движение. Мы проводим перепись населения и управляем мудрой рукой. Неужели мы... и они исчезнут?

– Наши поколения уйдут, а наши дети умрут.

– Но разве мы должны умирать, Монто? Должны?..
– Мысль внезапно пришедшая ему в голову, целиком захватила его.
– Монто, собери совет мудрейших. Я буду говорить.

– О чем, Кутлацума?

– О вечной жизни, разумеется.

Когда все собрались, самые ученые из ученых ацтеков стали высказывать свое мнение. Два дня они говорили о религии и медицине, и наконец решение было найдено.

Люди умирают, потому что перестает биться их сердце. Надо только найти путь, как сохранить сердце живым, и бессмертие, о котором они мечтают, станет явью, а с ним придет надежда на сохранение ацтекской цивилизации на вечные времена, - даже когда из-за моря нагрянет враг.

– Сердце, - изрек Кутлацума.
– Вот ключ ко всему. Отправляйтесь к людям и разыщите того, кто хочет нам помочь. Спустя несколько дней в комнату Кутлацумы привели молодую, очень красивую девушку по имени Нотия.

– Тебе рассказали, что от тебя требуется?
– спросил он.

– Для меня это большая честь, о господин.

– Но ты совсем молодая. Понимаешь ли ты, ради чего идешь на такую жертву?

– О да, господин.

– Пусть будет так.

И вот у подножья храмовой лестницы было выбрано место - Кутлацума ни за что не стал бы делать это в тайне от всех. Нотию подготовили и одели в развевающееся, доходящее до пят платье.

Накануне, когда должно было произойти это торжественное событие, Кутлацума долго беседовал с врачами. Рано утром все вместе они отправились к Кизаль - старой умирающей женщине.

– Мое сердце ослабло, о господин, - завидев их, пробормотала она со своего убогого ложа.

– Женщина, сегодня мы постараемся помочь тебе.

Выйдя от Кизаль, врачи с опаской спросили Кутлацуму, боясь того, что он задумал.

– А вдруг нас ждет неудача?

– Тогда попробуем еще раз. И еще.

Один из врачей молча кивнул. Больше им нечего было добавить.

В полдень Монто пришел в дом своего господина.

– Девушка готова. Старая Кизаль готова. Ты решился?

Кутлацума протянул руку к самому острому ножу - церемониальному кинжалу, к которому он никогда раньше не прикасался, и тихо ответил:

– Я приступаю. Только я один буду отвечать за все.

– Как ты собираешься это делать?

Кутлацума прислонился к стене, смахнув рукой пот со лба.

– Когда она будет лежать там, я разрежу ей грудь и выну ее бьющееся сердце. Потом я помещу это сердце в грудную клетку старой Кизаль, чтобы продлить ей жизнь. Мои помощники присоединят сердце к сосудам и зашьют рану.

– В случае успеха, Кутлацума, наш народ ожидает вечная жизнь.

Старший жрец кивнул и взял кинжал. Пора было идти на встречу с Нотией, лежащей на ступенях храма.
– А если не удастся задуманное... Что тогда?

– Если задуманное не удастся, то люди запомнят только само деяние - не цель его. А через много-много веков какой-нибудь историк заглянет в прошлое и скажет, что ацтеки совершали человеческие жертвоприношения.