Чтение онлайн

Кейтан явно тоже раздумывал над возможностями, предоставляемыми взрослой жизнью. С отвратительно наигранной беззаботностью он подошел ко мне, сел рядом и тихо произнес:

– Мы можем снова начать встречаться, Джарра.

– Ближайший год я проведу на всевозможных раскопках, – заметила я. – Там строгий пропускной режим.

– Ну, тогда ты ко мне приезжай, раз мне к тебе нельзя.

– Не самая лучшая идея. Ты будешь доволен, только если мы сможем проводить большую часть времени вместе, а это нереально из-за моей работы и часовых поясов.

Вежливо отшить Кейтана не вышло.

– До отъезда у нас еще есть немного времени. Можно попытаться все уладить. Пойдем ко мне в комнату, поболтаем. Нам теперь восемнадцать, так что я могу сходить и купить вина и…

Да ну ее, эту вежливость.

– Я знаю, что мы теперь совершеннолетние и сенсоры в комнатах больше не среагируют, но я не собираюсь напиваться и проводить следующие тридцать шесть часов в твоей кровати.

Я встала и попыталась уйти.

– Ой, да ладно, ты же тоже хочешь попробовать… – Кейтан ринулся за мной, схватил и неумело попытался изобразить сногсшибательный поцелуй.

Похоже, насчет агрессии мой психолог не ошибся, потому что я по-настоящему наслаждалась тем, что произошло дальше. Я схватила Кейтана за руки, развернулась к нему спиной и швырнула его через себя. Мне нравилось выполнять это упражнение на уроках самообороны каждое утро весь последний месяц – но проделать такое в реальности было действительно круто!

Я выпрямилась и посмотрела на Кейтана. Хорошо, что в столовых пол похож на маты и мой несостоявшийся возлюбленный не пострадал, зато сидел с совершенно обалдевшим видом. Как и все остальные. Иссетт смотрела на меня, вытаращив глаза, но явно веселясь.

– Я уже сказала, Кейтан, мой ответ «нет». Всем спокойной ночи.

На этой торжественной ноте я вышла и отправилась к себе.

Оказавшись в комнате за надежно запертой дверью, я упала на кровать и расхохоталась. Ну и лицо было у Кейтана!

Пару минут спустя я успокоилась. Должна признаться: отвергнув великодушное предложение Кейтана, я, мучимая любопытством, все-таки решилась посмотреть пару фильмов для взрослых. Так как в комнате не было лиц младше восемнадцати, я получила доступ ко всем закрытым каналам. Сектор Бета считался самым сексуально раскрепощенным, поэтому я глянула пару их записей. Ого! Таких ног я еще не видела!

После этого я улеглась в кровать и проспала сном младенца до самого обеда. Проснувшись, быстро сходила перекусить в столовую, а затем приступила к удручающему процессу сборов. Я прожила в этой комнате шесть лет и сейчас чувствовала, будто теряю какую-то важную часть себя.

Я потратила несколько кредитов на комплект чемоданов на аэроподушках. Сомневалась, все ли войдет. Удивительно, сколько же вещей может накопиться у вас в комнате! Спустя час сборов я уже точно знала: все не поместится.

Раздался музыкальный сигнал, и механический голос сообщил: «Ваша подруга Иссетт просит разрешения войти».

Я подошла и отперла задвижку. Да, знаю, о чем вы подумали. У нас на Земле есть двери, реагирующие на голосовые команды, мы не настолько отстали от жизни, просто их нет в Следующем шаге – отменили после того, как год назад кто-то взломал систему и начал лазить в комнаты девочек. Одна смогла поймать мерзавца, когда тот снимал ее на видео, моющуюся в душе. Когда проверили его файндер, то нашли записи с еще двумя девочками. Разразился жуткий скандал, ничего подобного здесь раньше не случалось. В кабинет к директору примчались шестеро кипящих от гнева про-родителей, а еще сорок официально выразили обеспокоенность системой безопасности. После этого виновного на оставшиеся три месяца обучения перевели в исправительное учреждение, а всем нам пришлось перейти на задвижки вместо голосовых команд.

Иссетт стояла на пороге, держа в руках целую груду старых игрушек.

– Мне некуда это все запихнуть! – в отчаянии произнесла подруга.

– У меня та же проблема, а ведь мне в течение года придется несколько раз переезжать с одной раскопки на другую. И каждый раз нужно все распаковывать, а потом снова запаковывать. – Я попыталась проявить практичность. – Наверное, можно что-нибудь просто выбросить.

– Я не смогу их выбросить, – запричитала Иссетт. – Ни за что не выброшу Крикунью Зену и всех своих пушистиков.

Она нежно любила свои ясельные игрушки, особенно странную худую пурпурную штуковину, которую назвала Крикуньей Зеной. Похоже, Иссетт так до конца и не повзрослела.

Я тоже не горела желанием спускать родной хлам в мусоропровод, поэтому мы стащили все в камеру хранения. Было на удивление трудно закрыть дверь за печально лежащими сваленными в кучу всевозможными «реликвиями», которые мы скопили за время обучения в Яслях, Доме и Следующем шаге, и вернуться в разоренную безликую комнату.

Я не очень хорошо спала, зато на следующий день смогла допоздна поваляться в кровати. Занятия начинались в десять утра, но на этот раз я помнила про разницу во времени. Первая часть курса проходила в Северной Америке, так что у меня имелось пять часов в запасе.

Последние сборы заняли всего несколько минут. Какое-то время я провозилась, помогая Иссетт, а потом мы спустились в фойе вместе с багажом. Мне стоило лишь нажать на ключ-брелок – и вещи собрались в единую компактную группу за моей спиной, слегка подпрыгивая в воздухе, точно послушные, но чересчур восторженные щенки. На чемоданах Иссетт не было воздушных подушек, поэтому она погрузила свой багаж на аэротележку, взятую в прокате.

В фойе мы встретили еще пять таких тележек, комплект чемоданов на подушках и их владельцев. Так мы и стояли все вместе в неловком молчании: сказать, кроме «до свиданья», нечего, а попрощались мы еще накануне. Уезжать оказалось мучительно трудно. Великий день, о котором мы столько лет мечтали. Больше никаких директоров с их приказами, никаких правил, никаких надоедливых сенсоров. Можно идти, куда хочешь, делать, что хочешь. Мы были совершеннолетними, свободными… и напуганными.

Наверное, мы бы так весь день простояли, не приди директриса. Быстро пересчитав нас по головам и убедившись, что мы готовы, она избавила нас от мучений, отослав прочь одним взмахом руки.