Чтение онлайн

— Может, там «кулачок» с резьбы сорвало, он повернулся и… — предположил один из инженеров.

Может, и сорвало…

Стали курочить «кулачок», пытаясь смоделировать нештатную ситуацию на орбите. Раскурочили в пыль, но крышку открыть все равно смогли.

Нет, не то…

Опять не то!..

— Тогда это приводная шестерня…

Где она тут?..

Две бригады инженеров, выдернутых глубокой ночью из постелей, от теплых жен, ломали голову над безнадежной задачей, пытаясь закрыть и открыть на Земле крышку, которая заклинила в космосе. И если они смогут заклинить и открыть ее здесь, то смогут и там…

— А если ее, заразу такую, по-простому — кувалдой?

Хорошо бы кувалдой, только на орбите ей сильно не намахаешься — потому что та кувалда почти невесома. Да и опасно молотить по космической технике пудовым кувалдометром — того и гляди вся эмкаэска рассыпется в прах…

Нет, тут надо нежно и с умом…

— А что если?..

Возле нескольких сдвинутых рядком компьютеров столпились люди, неотрывно глядя на мониторы, на которых были выведены расписанные по минутам и секундам операции, связанные с заменой уплотнителей на крышке люка, ведущего в шлюзкамеру.

— А что если упростить или вовсе исключить проверку, — предложил кто-то.

Можно попробовать… Понадеявшись на то, что новые жгуты не имеют дефектов и всецело положившись на гарантии изготовителей, которые должны были, прежде чем передать свое изделие NASA, сто раз осмотреть, проверить и испытать их. И понадеяться на приемщиков NASA, которые, прежде чем принять изделие, обязаны осмотреть, ощупать и обнюхать его со всех сторон, придираясь к каждой лежащей не на месте пылинке.

Ну что, упрощаем?..

Быстро обсчитали вероятность того, что новые уплотнители будут тоже иметь дефекты. Вышло что-то около ноль целых, ноль тысячных процента. Которыми можно было пренебречь.

Итого — минус пятьдесят минут от штатного времени.

— Процедуру распаковки тоже возможно сократить за счет упрощения отдельных операций…

Что, конечно, противоречит правилам безопасности, но в данной конкретной ситуации простительно.

Упрощаем…

Итого еще несколько сэкономленных минут.

Что еще?.. На чем можно выгадать еще несколько секунд и минут, которые суммарно могут превратиться в часы…

Здесь — сокращаем…

Там — упрощаем…

Тут — корректируем…

Не прошло и четверти часа, как на МКС ушла новая инструкция, регламентирующая смену уплотнителей люка шлюзовой камеры по упрощенному варианту…

Упрощенней уже некуда!

Но все равно, все равно все понимали, что времени может не хватить, даже если свести процедуру установки до минимума, даже если там, на станции, астронавты будут трудиться за троих, демонстрируя чудеса проворности. Все равно им может не хватить времени — буквально нескольких десятков минут.

Если только не придумать, не упростить, не сократить что-нибудь еще…

Вот только — что?

Что?!

На испытательном полигоне американского космического центра бригада из шести рабочих суетилась в установленном на бетонном основании шлюзовом модуле. Они, лихорадочно откручивая болты, снимали крышки и выковыривали из пазов уплотнители. Еще двое рабочих, которые были тут же, хотя снаружи им работать было бы куда удобней, распаковывали и расправляли, прилипая спинами к переборкам, новый комплект уплотнителей. Но там, где было бы гораздо удобней, они работать не могли, потому что должны были — здесь, моделируя реальные условия, в том числе тесноту МКС.

— Взяли… Дернули… Сняли…

Они спешили, очень спешили. Примерно как автомеханики «Формулы-1», которые умудряются сбрасывать и ставить на место новые колеса и коробки передач в считанные минуты и даже секунды.

Их движения были выверены, а места точно распределены — они не толкались и не мешали друг другу. Но…

Но все равно, все равно они не успевали, хотя работали на пределе сил и в более привычных для людей земных условиях.

Стоп!..

Мгновенно замерли цифры на циферблате электронного секундомера.

Нет, не получается! Если не получается сократить эту конкретную операцию, то остальные — тем более не получится!

Ничего не выходит!..

Не успеть!..

— С вами будет говорить ведущий конструктор РКК «Энергия», — сообщил руководитель полета. — Как поняли меня?

— Понял вас, — подтвердил прием Виктор Забелин.

— Переключаю…

Ведущий конструктор был не здесь, не в ЦУПе. Ведущий конструктор стоял в расстегнутом пиджаке, со свернутым набок галстуком, коленями на бетонном полу, перед разработанным им изделием. Его поза напоминала позу дикаря, поклоняющегося идолу.

— Здравствуйте, Виктор, — поприветствовал ведущий конструктор знакомого ему космонавта. — Что там у вас стряслось? Только прошу кратко…

Виктор Забелин описал сложившуюся ситуацию буквально в двух словах, потому что особо описывать было нечего. Он проверил скафандр и исправность работы шлюзкамеры и выпустил своего напарника в космос, после чего отказала крышка выходного люка.

Вот и все.

— Переключите меня на внутреннюю связь, — попросил главный конструктор.

— Даем связь, — подтвердил ЦУП.

Это значит, что ведущий конструктор РКК «Энергия», стоящий на коленях в ближнем Подмосковье, в Звездном городке, мог запросто болтать с космонавтом, зависшим в открытом космосе, на обшивке космической станции.

— Вы слышите меня?

— Да, хорошо слышу.

— Что вы пытались делать, чтобы открыть люк?

Да все пытался — все, что возможно! И дергал, и давил, и колотил, и материл проклятую железяку в тридцать три этажа с надстройками. И хоть бы что!..