Чтение онлайн

— Подойди-ка поближе и прошепчи мне свои возражения на ушко, братец, сказал я.

Но он этого почему-то не сделал.

Я был последним, кого ждали за столом, поэтому я знал, что скоро время тому, что должно произойти. И я не ошибся. Зазвучали шесть труб и в залу вошел Эрик. Все встали. Кроме меня. Стража была вынуждена стащить меня со стула с помощью цепей и с их же помощью поддерживать меня в вертикальном положении. Эрик улыбнулся и спустился по лестнице справа от меня. Я с трудом различал его собственные цвета под горностаевой мантией, в которую он завернулся. Он встал во главе стола, остановившись возле своего кресла. Подошел слуга, вставший позади него, и виночерпии принялись разливать вино по бокалам. Когда все бокалы были наполнены, он поднял свой.

— Пусть вечно будете вы все обитать в Эмбере, — провозгласил он, — вечном городе.

И все подняли бокалы.

Кроме меня.

— Возьми бокал, — сказал Джулиан.

— Подай его мне.

Он этого не сделал, но одарил меня долгим тяжелым взглядом. Тогда я быстро взял свой бокал в руку и поднял его.

Между нами было сотни две людей, но мой голос разнесся по всей зале, и Эрик не отрывал от меня взгляда, когда я произносил свой тост:

— За Эрика, который сидит на самом конце стола!

Никто не попытался ударить меня, в то время как Джулиан выплеснул содержимое своего бокала на пол. Остальные последовали его примеру, но мне удалось почти допить свой, прежде чем его выбили у меня из рук.

Тогда Эрик сел, дворяне последовали его примеру, а меня отпустили, и я упал на свое место.

Начали подавать блюда, а так как я был голоден, то ел больше остальных и с большим удовольствием.

Музыка не умолкала ни на секунду, и трапеза продолжалась по меньшей мере два часа. За все это время никто не сказал мне ни одного слова и сам я тоже больше ни к кому не обращался. Но мое присутствие ощущалось всеми, и наш стол поэтому был заметно тише остальных.

Каин сидел далеко от меня, по правую руку Эрика. Я решил, что Джулиан далеко не в фаворе. Ни Рэндома, ни Дейдры не было. В зале находилось много других дворян, многих из которых я узнал, и многих считал своими друзьями, но ни один из них не кивнул в ответ, случайно встретившись со мною глазами.

Я понял, что для того, чтобы Эрик стал королем Эмбера, оставалась простая маленькая формальность.

Вскоре так и случилось. После обеда речей не было. Просто Эрик встал из-за стола. Во внезапно наступившей тишине торжественно зазвучали трубы. Затем составилась процессия, ведущая к тронной комнате Эмбера. Я знал, что за эти последует. Эрик встал перед троном, и все склонили головы. Кроме меня, но об этом не стоит и говорить, потому что меня все равно пригнули так, что и встал на колени. Сегодняшний день был днем его коронации.

Наступила тишина. Затем Каин внес подушку, на которой покоилась корона. Корона Эмбера. Он преклонил колена и застыл в этом положении, протягивая ее. Затем рывком цепей меня подняли на ноги и протащили вперед. Я понял, что должно произойти. До меня это дошло во мгновение ока, и я стал бороться. Но силой и ударами меня вновь поставили на колени у самых ступенек трона.

Зазвучала мягкая музыка — это были «Зеленые рукава» — и за моей спиной Джулиан провозгласил:

— Смотрите на коронование нового короля Эмбера!

Затем он прошептал мне:

— Возьми корону и протяни ее Эрику. Он коронует сам себя.

Я взглянул на корону Эмбера, сверкающую на алой подушке в руках Каина.

Серебряная, с семью высокими пиками, на каждом сверкал драгоценный камень. Она была украшена изумрудами, и по бокам у висков были вделаны большие рубины.

Я не шевелился, вспоминая те времена, когда видел под этой короной лицо нашего отца.

— Нет, — просто ответил я, и получил удар по лицу.

— Возьми ее и протяни Эрику, — повторил он.

Я попытался ударить его, но цепи были натянуты надежно. Мне снова дали пощечину.

— Ну хорошо, — сказал я в конце концов и нехотя потянулся к короне.

Несколько секунд я держал ее в руках, затем быстро одел себе на голову и провозгласил:

— Я короную себя, Корвина, в короли Эмбера!!!

Корону немедленно отобрали и положили на подушку. Меня несколько раз сильно ударили по спине. По залу прокатился шепоток.

— А теперь возьми ее и попробуй еще раз, — прошипел Джулиан. — Протяни ее Эрику. Последовал еще один удар.

— Хорошо, — ответил я, чувствуя, что по спине моей течет что-то мокрое и липкое.

На этот раз я швырнул корону изо всех сил, надеясь выбить Эрику глаз.

Он поймал ее правой рукой и улыбнулся мне, как будто заставил меня сделать то, что хотел.

— Спасибо, — сказал он. — А теперь слушайте меня, все присутствующие, и те, кто слышит меня в Отражениях. В этот день я принимаю корону и трон. Я беру в руку свою скипетр королевства Эмбера. Я честно завоевал этот трон, и я беру его, и сажусь на него по праву моей крови.

— Лжец! — выкрикнул я, и тут же чья-то рука зажала мне рот.

— Я короную себя, Эрика Первого, королем Эмбера.

— Долго живи, король! — прокричали дворяне три раза.

Затем он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Твои глаза видели самое прекрасное зрелище за всю твою жизнь… Стража! Уберите Корвина и пусть ему выжгут глаза! Пусть он запомнит все великолепие этого дня, последнее, что он видел в жизни! Затем киньте его в самую глубокую темницу, самое далекое подземелье Эмбера, и пусть имя его будет забыто!

Я плюнул в него и меня избили.

Я отчаянно сопротивлялся при каждом шаге, пока меня волокли из зала. Никто не смотрел на меня, и последнее, что я помню, это фигура Эрика, сидящего на троне, улыбающегося и раздающего милости окружавшим его дворянам.

То, что он приказал, было со мною сделано. Бог милостив — я потерял сознание прежде, чем они успели кончить.

Не имею ни малейшего представления, сколько времени прошло с тех пор, как я очнулся в абсолютной темноте от непереносимой боли в голове. Возможно, именно тогда я произнес свое проклятие, а может быть, это случилось в тот миг, когда на мои глаза опускалось раскаленное железо. Не помню. Но я знал, что никогда Эрик не будет спокойно восседать на своем троне, потому что проклятие принца Эмбера, произнесенное в ярости, всегда сбывается.