Чтение онлайн

— Мы возьмем ее с собой. Помоги мне спрятать лодку.

Они вытянули небольшое суденышко на берег и, перевернув, накрыли его травой. Потом Судама отвел Нимаи к тому месту, где он обнаружил следы.

В пещере Гопал отчаянно пытался развязать узлы, но все его попытки были бесплодны. Двид-двиды продолжали драться в борьбе за гнилое мясо. Трнаварта, самый большой и самый вонючий, с белой шерстью на голове, напоминающей корону, отогнал всех остальных, огрызаясь, если они подходили слишком близко. Вьома, второй по размерам, поднялся и подошел к Гопалу, проверяя крепость узлов. Вполне удовлетворенный, он припал к земле перед своим пленником, на этот раз, чтобы сесть, к большому облегчению Гопала.

— Говорят, что за твою голову дают целое сокровище, — проурчал Вьома. — Кали и Бхутаната наградят нас…

— Заткнись! — пролаял Трнаварта. — Пусть лучше он поговорит.

Вожак, продолжая грызть кость, встал на ноги, роняя костный мозг. На него немедленно набросился Ватсасура. Трнаварта присоединился к Вьоме и Гопалу. Двид-двид навис над Гопалом, который пытался найти место посуше. Двид-двид провел своими длинными черными пальцами по волосам Гопала, приводя того в беспокойство, как бы голод не пересилил жадность этих тварей. Затем Трнаварта выпустил самый длинный коготь и провел им по лбу пленника и дальше через щеку к шее. У Гопала перехватило дыхание в предчувствии самого худшего. Трнаварта продолжил свою забаву, перейдя на затылок, и резким движением разорвал узел, держащий кляп. Согнув палец, он приподнял им подбородок Гопала:

— Ну, а теперь… мой лакомый кусочек… расскажи нам, где твои друзья… и ты, возможно, не будешь съеден первым.

— Друзья? — спросил Гопал, удивляясь тугодумию двид-двидов. Они даже не догадались обыскать район, где он был пленен. — Я путешествую в одиночку.

Брызгаясь в бешенстве в разные стороны липкой слюной, Трнаварта издал пронзительный вой и наотмашь ударил Гопала по лицу, пустив ему кровь. Немедленно успокоившись, существо наклонилось вперед и собрало капли крови ногтем. Скушав божественные капли, он предложил следующую порцию Вьоме.

Вьома облизал губы и заурчал, польщенный таким подарком:

— О, этот сладкий вкус. Слаще, чем молоко матери.

— Перед тем или после того, как ты ее съел, — завопил красношерстный Ватсасура, катаясь по земле, поджав ноги и корчась от хохота.

У Вьомы проснулся настоящий аппетит.

— Давай съедим его сейчас! — взмолился он, вставая на ноги.

Ватсасура, услышав слово «съедим», прекратил свое подшучивание, бросил кость и поторопился к ним на всех четырех лапах:

— Дайте! Дайте мне!

— Ну, так что? — спросил Трнаварта, охватив Гопала за шею и приподнимая его. — Друзья или пища?

Гопал представил себе, как его рвут на куски. Он знал, что не сможет предать своих друзей. Что-то выскользнуло из-за его пояса и со звоном упало на пол. Глаза Трнаварты метнулись к яркому округлому предмету у его ног. Он отбросил Гопала в сторону дальше, чем позволяла привязь, и клин, на счастье, подался вперед.

Ватсасура первым нырнул к блестящему предмету, преследуемый Вьомой. Встав на колени, они рычали друг на друга. Толкаясь и фырча, они плевались и шипели со вставшими дыбом волосами на холках. Трнаварта, ухватив обоих за шеи, ударил их лбами. Они, оглушенные, упали наземь, выронив свою забаву. Трнаварта поднял предмет.

— Ну, и что мы имеем? — размышлял он вслух, не догадываясь, что это и есть главная цель Кали и Бхутанаты. — Золотой диск?

Он подбросил его, пытаясь оценить его вес.

Вьома и Ватсасура пришли в себя.

— Что это? — спросил Вьома, подходя к вожаку.

Ватсасура, стоя на месте, нервно подпрыгивал.

— Дайте и мне посмотреть! Я не вижу! — ныл он, отталкивая Вьому. — Это что-нибудь стоящее?

— Закрой пасть! — рявкнул Транварта, ударяя Ватсасуру и роняя диск.

Вьома, пользуясь случаем, бросился к диску. Тряся его за спиной, он попятился в угол.

— Отдай! — потребовал Трнаварта.

— Нет! — пролаял Вьома, баюкая диск. — Теперь он мой!

Гопал прислонился к стене пещеры, временно забытый. Клин! Теперь он почти свисал из расщелины в стене. Заметили это двид-двиды? Наверное, нет. Он осторожным движением шеи натянул привязь, и клин упал в грязь. Похоже, никто не заметил. Он потихоньку сполз в грязь, и веревки на его руках стали свободнее.

Судама нашел на тропе следы двид-двидов.

— Вот здесь, смотри.

Подбежал Нимаи:

— Где?

Судама показал на землю. Следы вели от реки.

— Они пошли к тем скалам, — ответил он, не подозревая, что за ними наблюдают.

— Здесь повсюду испражнения двид-двидов, — предупредил он. — Смотри под ноги.

Они подняли носилки с Китти. Нимаи с отвращением смотрел на землю, очень жалея, что у него заняты руки и он не может закрыть свой черный нос.

— Подожди, ты еще не нюхал самих двид-двидов, — сказал Судама. — Они воняют еще хуже.

Он остановился:

— Тихо. Я что-то слышу.

В тишине послышались звуки тяжелых шагов.

— Вон там. Опусти носилки!

— Как ты думаешь, что-о-о это? — прошептал Нимаи.

— Не знаю. Ах, если бы у меня был мой посох. Не знаю, смогу ли я воспользоваться мантрами.

— Вот, — предложил Нимаи, протягивая ученику камень.

Кусты слева от них зашевелились, и оттуда вынырнуло что-то большое и тяжелое, издав леденящий душу вой. Солнце над Нимаи на мгновение потускнело, и какое-то существо прижало его к земле всем своим весом, не давая ему пошевелить ни рукой, ни ногой. Он все-таки исхитрился охватить одной рукой двид-двида за шею. Прямо перед собой он увидел его клыки и, несмотря на ужас, охвативший его, не мог не почувствовать отвратительной вони. Изо рта твари стекала желтая слюна. Нимаи в ужасе заблеял, испугав двид-двида, и тот на мгновение заколебался, стоит ли перекусывать ему горло.

Судама успел встать и бросил камень в затылок существу. Взвыв, двид-двид откатился в сторону. Судама был готов нанести второй удар.

— Убей его! — заверещал Нимаи.

Судама колебался.

Нимаи опять завопил:

— Убей его!

Судама опустил камень на его морду, круша ему нос. Тварь широко открыла пасть, пытаясь вдохнуть, и испустила дух.

— Эта мерзкая штуковина заслуживает смерти, — попытался успокоить себя Судама. — Опять я не справился со своими эмоциями.

Нимаи, постепенно оправляясь от шока, безуспешно пытался избавиться от мерзкой вони.