Девятая невеста
Шрифт:
Я обернулась и вопросительно на него посмотрела.
– Слуги уже принесли тёплую воду и всё необходимое. И как только ваша служанка поможет вам помыться и расположиться для отдыха, позвольте её забрать, – серые глаза дворецкого сверкнули вместе с молнией за окном. – Хочу поскорее объяснить ей местные порядки.
Марька сжалась от страха, точно напуганный котёнок, и украдкой поглядывала то на меня, то на дворецкого и зачем-то на стражников, будто они хоть как-то могли повлиять на Арвела и его намерения.
– Позволяю, – нехотя согласилась я и мысленно посочувствовала служанке.
Похоже, туго в замке придётся не только мне одной. А от следующих слов Арвела вовсе в груди похолодело:
– В таком случае я подожду её здесь. В коридоре.
Он согнулся в низком поклоне и улыбнулся… А мне захотелось верить, что это была именно улыбка, а не зловещая ухмылка в тени замка, которая не предвещала ничего хорошего. Я тяжело сглотнула, медленно прикрыла дверь за побледневшей Марькой и подумала: «Помоги нам Богиня… Куда мы попали?»
Глава 5
Дождь лил так, будто у Богини отобрали любимую игрушку и она не желала успокаиваться. Плакала и плакала крупными каплями, которые разбивались о стёкла, каменные стены замка, дорожки сада и щёлкали по листьям. Ветер выл низким голосом и нещадно трепал ветки деревьев, а я сидела возле окна и старалась не думать о плохом.
Марька уже как час меня покинула, и без неё я не находила себе места. Всё бродила и бродила по комнате с подсвечником в руках. Заглядывала то тут, то там и дивилась, какие роскошные покои выделил мне принц. В моём родном доме ни одна комната не могла похвастать подобным простором и убранством, даже опочивальня папеньки. А он любил удобства и красоту.
Я с интересом изучила каждый уголок, только в туалетную комнату не стала заглядывать, уже успела на неё насмотреться чуть ранее, когда Марька смывала с меня лошадиный запах. Особенно я оценила полочку с маслами, разнообразие которых было таким – глаза разбегались!
Постояв и похмыкав возле огромного окна, где открывалась взору ярость грозового неба, я осмотрела огромную кровать с балдахином из небесно-голубого тюля. Погладила пальчиками столик из красного дерева, где уже остыл мой обед: воздушный мятый картофель с подливой, румяная говяжья вырезка, маленькие порции трёх разных салатов и чай с печеньем. И подошла к узкому шкафчику в углу комнаты.
Литература – моя страсть. Вдохнув аромат полевых цветов, что стояли в пузатой вазе на полке, я с наслаждением провела пальцем по твёрдым корешкам книг. Хотела взять одну из них, чтобы немного отвлечься и потратить время до ужина за чтением, как свет огонька свечи выхватил за вазой тёмный выступ, присыпанный опавшими лепестками цветов. Словно там что-то спрятали.
Осторожно сдвинув вазу и запустив руку в густую тень, я вытащила на свет потрёпанную временем книгу. Она оказалась очень старой – почти рассыпалась в руках, поэтому я старалась быть с ней осторожной, пока несла к столу. А когда села в мягкое кресло – с интересом осмотрела находку.
Увы, книга была сильно испорчена. Страницы пожелтели, кое-где не хватало листов, а буквы стёрлись и почти не читались, но мне хватило первых строк, чтобы узнать – это история о Боге Солнца и Богине Луны.
В детстве нянечка мне часто её рассказывала, но судя по толщине найденной книги – многое упускала. Поэтому я с нетерпением открыла первую страницу и принялась читать. Всё равно заняться нечем.
Начало было мне знакомым: Бог Солнца создал цветы, траву, деревья и мужчину, а Богиня Луны, увидев, как страдает всё живое под его палящими лучами, подарила миру воду, небо, ветер, а мужчине – женщину.
На следующий день Бог Солнца увидел, что кто-то изменил его мир. Он стал другим, а лёгкие облака мешали его рассмотреть и кружили перед ясным взором, точно пустоты. И сколько бы Бог Солнца ни пытался их разогнать – ничего у него не получалось. Небеса всё сильнее и сильнее затягивались белой пеленой, и тогда Светило впал в ярость.
Он попытался испепелить облака, а с ними и старый, испорченный мир, чтобы воссоздать его вновь, но от рек, озёр, морей поднялись тёмные тучи и защитили всё живое. Ночью же вода вернулась на землю росой и дождём. А днём всё повторилось.
И чем усерднее Бог Солнца пытался сжечь неугодный ему мир, тем больше воды испарялось. Но за ночь она не успевала вся опасть на землю, и вскоре небеса затянуло тяжёлое беспросветное полотно. Мир надолго скрылся от взора Солнца и Луны. Тогда же Бог и Богиня впервые встретились.
Богиня призвала Бога одуматься – он создал прекрасную часть мира, но одинокую. Одинокую, как он сам… Ведь земле нужно небо. Растениям – вода. Мужчине – женщина.
«Посмотри! – воскликнула Богиня. – Посмотри, как твой мир счастлив!»
Она разом обрушила облака дождём, и случилась в мире первая гроза. Небеса очистились, но Бог Солнца даже не взглянул на землю. Он смотрел только на неё – Богиню, ибо понял, что ему не хватало. Понял, почему он создал этот мир. И почему разозлился.
Бог был одинок, но теперь он нашёл ту, кто сможет развеять его тяжёлое и бесконечное одиночество. Нашёл свою женщину. И влюбился. Тогда Бог Солнца пал на колено перед своей Богиней и взмолился разделить с ним бремя вечности. А она согласилась, потому что сама давно за ним наблюдала и была восхищена его красотой, мощью и тёплом. Но Богиня взяла обещание с Бога, что больше он не будет пытаться разрушить созданный мир, и к следующей встрече люди станут любить светило больше, чем холодный блеск луны. Лишь тогда он получит то, чего так сильно желает. И Бог сдержал своё слово. А Богиня подарила ему счастье.
Я осторожно перевернула хрупкую страничку и под вспышку молнии прочла самую яркую в книге строчку: «И родился у Богини сын».
Да, и родился сын.
Любовь Бога и Богини оказалась прекрасной и печальной. Ради существования мира они редко виделись, и ещё реже касались друг друга. Иначе их страсть порождала бури, беспокоила моря и океаны, и земля страдала от разрушений и хаоса. Но время не погасило пыла влюблённых, ведь что такое десятки или сотни лет в сравнении с вечностью – лишь миг. И крепкая любовь принесла свой плод – дитя. Дитя, рождённое в день, когда над миром зажглось огненное кольцо.