Дежавю
Шрифт:
Филлис проснулась посреди ночи от непонятных звуков наверху. Вооружившись зонтиком-ружьём – мало ли, может, удастся напугать грабителя, – она медленно поднималась на второй этаж.
Оглянулась на входную дверь, та закрыта, свет включать не стала, дом можно осмотреть и утром. Даже если что-то украли, ей уже было не до того. Этот дом опустел чуть раньше, он будто тоже умер вслед за хозяином. Эти стены, мебель и предметы – всё покрылось посмертным холодом, всё померкло без него. И она, наверное, уйдёт отсюда, как только найдёт куда.
Филлис осторожно ступала по лестнице, в своих мягких домашних тапках и сорочке, скосившейся набок – господи, как же не хотелось ей умирать вот в таком несерьёзном виде. Ну что уж теперь. Как найдут, так найдут. Шум доносился из кабинета мистера Кларка. Филлис прошла на цыпочках, тихо припала к стене и, заглянув через тусклый свет дверного проёма, увидела знакомую тень.
В кабинете шумела Анна, разворошив все бумаги и газеты, научные журналы и статьи. Она склонилась над столом и перечитывала что-то под призрачным светом настольной лампы. Свет витражного калейдоскопа от разноцветного абажура играл на соседней стене.
– Подойди сюда, Филлис, – скомандовала она.
Филлис, приставив имитацию ружья к стене, пошла к хозяйской дочке.
– Что такое, мисс Кларк? Не спится? Может, молока с печеньем или ромашковый чай…
– Ты видишь это? – Анна раскладывала статьи и журналы. – Это всё писали о нём, 2023, 2025, 2027-й и недавно. Это всё статьи о его открытии, о его лекарстве!
– Мистер Кларк так много работал, – всхлипнула женщина.
– Мёртвые не могут работать, Филлис!
Филлис на миг отшатнулась, она хотела что-то сказать, но только слёзы подступили к горлу и запершило в носу. Как ей жаль было несчастную Анну, она и не думала её переубеждать. Наверное, это какая-то реакция на смерть, защитный механизм, может быть, или что-то ещё…
6 глава
– Добрый вечер, дорогие друзья! С вами опять я, Мэтт Грегори, сегодня пятница, и, значит, вы снова на шоу «Паранормальная реальность»!
Табличка: «Аплодисменты».
– Как часто мы встречаемся с паранормальным? Раз в десять лет, раз в четверть века? Раз за всю жизнь?
А вот наш первый герой встречается с такими явлениями каждый божий день. Поприветствуем…
«Аплодисменты».
– Сейчас выйдет этот ботан с полтергейстом, после него сразу ты.
– Хорошо.
Я был в гримёрной одной из телестудий города.
– Целую вечность тебя не видел! Сколько лет прошло – десять, пятнадцать?
– Двадцать.
– Двадцать! Не может быть! Скажи мне, куда летит время?
– Без понятия, в чёрную дыру?
– Точно, точно! Мы, кстати, делали шоу про чёрные дыры, ты смотрел? А? Сценарий-то я написал! Ну, каково?
Рон крутился возле меня, пока какая-то женщина с кистью в зубах напудривала моё лицо огромным спонжем.
– А это обязательно всё? – покосился я свободным глазом на Рона, веко второго она натянула.
– Ты бликуешь, – сказал Рон.
– Что?
– У вас очень жирная кожа. – Гримёрша вытащила кисть изо рта и начала шлёпать ею по моим щекам.
– А это зачем?
– Вы очень бледный.
– Значит, ты всё ещё работаешь в той газете? – покачивал головой Рон, поглаживая ровную, как по линейке начерченную, бороду.
Примерно так же люди смотрят на вдовцов, вот с тем же выражением лица: «Ммм… так, значит, теперь ты один?», или на обанкротившихся брокеров: «Значит, ты таки прогорел?», или на погорельцев каких-нибудь: «Значит, дом был не застрахован?».
Этот взгляд нескрываемого сочувствия с плохо скрываемой радостью нельзя спутать ни с чем.
– Нет, ты не подумай, – приблизил он ко мне своё гламурно-загорелое лицо, – ничего такого.
Чего тут думать, и так всё было понятно по его самодовольному виду.
Рон был середняком на нашем курсе, не то чтобы я учился лучше, но дело не в этом. А в том что сразу после университета он устроился помощником режиссёра в одну небольшую рекламную компанию. Режиссёр этот через год ушёл на большое телевидение и взял Рона с собой. Он работал сценаристом разных шоу, а ещё занимался подбором тем и «актёров», которые эти темы будут поднимать.
– Что уж там у тебя? – посмотрел он в свои цветные листы. – Эффект Манделы, хм, интере-е-сно. Хорошо, что ты не стоишь на месте, а знаешь, – он указал на потолочный светильник, – поднимаешься вверх. Вверх, вверх, только туда, парень!
– Чего? – я чихнул от пудры.
Тётка с кистями никак не унималась.
– Если хочешь, я могу замолвить за тебя словечко, и тебя возьмут к нам. Мы, конечно, ещё посмотрим, как зайдёт эта тема, но сценарий ты хорошо прописал.
– Какой сценарий? – не понял я.
– Знаешь, когда ты мне позвонил, я понял – это она! – он хлопнул по своим бумагам.
– Кто она?
– Тема моего нового эфира!
– Да, спасибо, что позволил прийти.
– О чём речь?! Мы же друзья!
Мы никогда ими не были, ну да ладно.
– Да, – согласился я.
Я просидел в интернете сутки, я искал всё об изменённой реальности и нашёл. Нет, не про Питера Кларка, о его двух смертях не было ни слова, по крайней мере о первой, о второй уже кто-то успел написать. Дело не в нём, а в других. А других случаев было немало. И называлось это всё эффектом Манделы.
– Ну перестань, Мари, – отодвинул он гримёршу, – теперь он похож на какую-то девку. Ну чего ты смотришь? Убери немного.
Она взяла огромную салфетку и стала промакивать ею моё лицо.
– Да, так лучше, – сказал Рон, – и лоб, вот здесь, отлично.
– Зачем меня вообще нужно красить?
– Ходить со своим лицом неприлично! – Они переглянулись с гримёршей. – Это прям моветон, фу-фу-фу! Ты пугаешь людей. Знаешь, какое сейчас разрешение? Каждая пора на лице видна. А у тебя широкие поры.