Чтение онлайн

— И что ты предлагаешь? – мрачно спросил Эрик.

— А если послать не человека? Если записку. Давай отправим записку мне, накануне той бойни, где погибли сто пятьдесят человек.

— Сев, прошлое нельзя изменить, это невозможно! – Крис забегал по комнате. — Все, что мы пытались здесь изменить, мы уже изменили. Это неизбежно. Все эти смерти неизбежны.

— Я бы не настаивала, — наконец подала голос Шайена.

— О, началось, — Крис закатил глаза.

— Северус, смотри, — она взяла перо и поставила его на пергамент. – Время – это река, и она течет от прошлого к будущему. Всегда и только так. Никогда иначе.

— Но русло реки можно менять, — Северус плохо разбирался в подобных вещах, но впервые за эти полные безнадеги дни перед ним замаячила надежда.

— Можно, даже не само русло. Мы и наши потуги здесь – это даже не камень, брошенный в эту реку, это песок. Можно создать другой рукав, например. Река как текла из прошлого в будущее, так и течет, и ей все равно, что возник новый рукав. Поэтому все эффекты бабочки и тому подобная ересь – это фантастика, — Шайена пририсовала к волнистой линии ответвление.

— А что будет происходить с этим вариантом, где мы находимся сейчас? – теперь уже проявил нетерпение Эрик.

— Может начать развиваться параллельно, но вряд ли. Скорее всего, отпадет, — и Шайена заштриховала предыдущий рисунок. – Это будет значить, что, если нам что-то удастся изменить, что приведет не к таким катастрофическим последствиям, то мы не встретимся в этом качестве, и ничего не будем помнить.

— Все бы за это отдал, — Эрик выхватил из рук Шайены перо и пергамент. – Что писать?

Целью переброса записки был выбран день накануне первой бойни, устроенной Пожирателями смерти.

— Здание находится в зоне, — сообщила Шайена.

Северус увидел самого себя, только несколько моложе, чем он был сейчас. Он яростно о чем-то спорил с рыжеволосым молодым парнем.

— Кто это? – Крис посмотрел на парня с любопытством.

— Фабиан Пруэтт, — Северус сам не ожидал, что увидеть живого Фабиана будет настолько больно. – Мы были напарниками, пока он не погиб. И, Чарльз, я помню этот момент. Я сейчас уйду. Так что давай быстрее.

— Я стараюсь, — пропыхтел Чарльз.

— Я сейчас уйду, Чарльз!

Записка материализовалась на столе в тот самый момент, когда Северус вышел.

— Не трогай, ее, Фаб, она предназначается мне. Не трогай ее, — Снейп закусил губу.

Фабиан бросил взгляд на кусок пергамента, а затем поднял его и принялся читать.

Сегодня Пожиратели смерти готовят массовую акцию на границе Косого и Лютного переулков.

Дальнейшее Северус наблюдал с полузакрытыми глазами. Фабиан бросился по наводке как гончая, прихватив с собой брата.

По тому адресу, куда привела их записка, они столкнулись с пятеркой самоуверенных личностей.

— Авада Кедавра, — тот луч, который убил Фабиана, вылетел из палочки Долохова.

Кто именно убил Гидеона не было видно отчетливо, но все находящиеся в переулке Пожиратели были без масок. Впервые их удалось зафиксировать, включая момент, когда Рудольфус Лестрейндж выпустил в небо Черную метку.

— Мы их убили, — Чарльз был бледен. Эрик опустил дрожащие руки, в которых был зажат аппарат для колдографий.

— Нет, — Шайена опустила руки. Она так все время и просидела, закрыв лицо руками. – Они все равно погибли только через день. Мы просто ускорили их гибель.

— Они все без масок, а это удача. Я, если честно даже на это не рассчитывал. А еще у нас есть доказательства, - он потряс камерой. — Колдографии нельзя подделать, и это делает доказательства железобетонными. Нам даже не придется объяснять, где мы их взяли. Сейчас мы владеем информацией по пятерым, а с женой того козла, что запустил Метку, шестерым, остальные – дело техники. Кто-то из них все равно расколется. Несмотря на гибель парней, мы справились.

— А как же Гермиона? – Северус отложил пергамент, на который вписал всех пятерых довольно известных личностей. – Она ведь умрет.

— Не сходи с ума, — Эрик покачал головой. – Она уже умерла, ты был при аутопсии не так давно.

Он вышел из кабинета, чтобы задействовать все ресурсы для поимки преступников.

Чарльз и Шайена вышли за ним. Экраны погасли, и в комнате остались только Крис и Северус.

— Я не могу этого сделать, ты умрешь, — спокойно ответил Крис в ответ на невысказанную просьбу Северуса. – Даже, если случится чудо, и ты выживешь, ты должен будешь умереть до того момента, когда появишься в Хогвартсе.

— Почему?

— Потому что изменить русло реки окончательно, чтобы она не повлияла на будущее, которое ты возможно сумеешь создать, можно только в этой точке. До этого момента эти две отводки будут течь параллельно. И да, битвы в Хогвартсе не избежать. Можно только минимизировать потери. А еще, мы не встретимся, все забудем, и тебя могут пригласить на аутопсию собственного тела.

— Забавно.

— Обхохочешься. Сев, ты не будешь помнить ее, — Крис кивнул на экран. – Я не знаю, почему ты в нее так вцепился, я же вижу, что это ни влюбленность, ни что-то большее, просто она стала для тебя каким-то символом. Но ты не будешь ее помнить, понимаешь? Как только детектив ОССМ войдет в Хогвартс, другой Северус исчезнет. Это неизбежно, пойми.

— Ну и что? Крис, ну и что, что я не буду ничего помнить, что в этом такого?

— Да то, чудак, что все остальные-то будут тебя помнить. Тебя теперешнего, который решил что-то поменять в этой истории.

— Крис, этот гад возродится. А те, кого Эрик поймает вполне смогут избежать наказания. По сути ничего еще не закончилось. И да, я умею оперировать цифрами войн, приходилось. Да мне будет хреново, но сам говоришь, что в итоге я все забуду.

— Знаешь, а давай, не каждый день подопытная мышка сама рвется в эксперимент. Раздевайся. Трусы можешь оставить. Надеюсь, тебе будет куда пойти.