Чтение онлайн

Марина согласно закивала, впрочем, особо не вслушиваясь. Вопрос она задала, чтобы выяснить, как проводят выходные дни замужние женщины. Ответ ее вполне утешил. А что, Вячеслав Николаевич ей тоже наверняка позвонит. И поздравит.

— А вы, Алексей Максимович, чем займетесь? — поинтересовалась Вера Васильевна у единственного мужчины в отделении. — Поздравляете кого-нибудь?

— Маму, — усмехнулся Алексей Максимович. И вдруг заметил, что про Ленку даже не вспомнил.

Они еще немного посидели, поговорили о всяких пустяках.

— Что ж, доктора… Теперь побыстрее все сделать и отправляться домой. Главное — назначения, — еще раз напомнила заведующая. — Я еще побуду какое-то время после вас.

Торопиться Вере Васильевне было некуда. Муж мог позвонить и на мобильный. А мог и не позвонить. Сын, опьяненный поступлением в институт, наверняка гулял в какой-нибудь компании. Вере Васильевне оставалось только тренировать собственную выдержку. Правда, еще была кошка. Но она вполне могла некоторое время обойтись без хозяйки. Так что заведующая с полным пониманием отпускала молодых докторов. Им-то наверняка есть куда идти в предпраздничный вечер.

А молодые доктора тоже не торопились: Марине Валерьевне нужно было убить еще часа полтора — Вячеслав Николаевич раньше не освободится; Алексей Максимович удивлялся своему хорошему настроению, но домой уходить боялся, поскольку вечер с телевизором вполне мог вернуть ему прежнюю депрессию.

Но вот у Марины мобильный пропищал эсэмэску. Она теплее, чем обычно, попрощалась с коллегой и убежала.

Алексей Максимович немного подумал и решил отнести истории болезни на пост медицинской сестры. Заодно посмотреть, вернулся ли к Зоеньке обычный цвет лица. На посту никого не было. Алексей прошел мимо процедурной — там хозяйничала Галина Марковна. Озадаченный, он заглянул в сестринскую — Зоенька сидела в потертом больничном кресле и тихо рыдала.

— Что случилось? — спросил Алексей Максимович.

— Ой, извините… — Зоя шмыгнула носом, по-детски размазала слезы по щекам. — Все в порядке.

— Я вижу. А случилось-то что? Плачешь почему? Обидел кто-нибудь? Сейчас всех выпишем! — пошутил он.

— Нет, никто не обидел. — Зоя дисциплинированно встала.

— Да сядь ты! Случилось-то что?

— Я… Я сережку потеряла. И найти не могу.

— Вот тоже горе нашла! Я уж думал, что случилось.

— Они знаете какие красивые были! Золотые. Вот… — Зоя разжала кулак и снова заплакала. — А теперь только одна осталась.

Алексей вдруг понял, что нужно сделать. Он достал коробочку, которую утром так и не смог оставить дома.

— Возьми. Да бери скорее!

Зоя открыла коробочку:

— Что вы! Это же очень дорогой подарок. Зачем?

— Бери! Для меня это всего лишь неприятное воспоминание. Я их купил и теперь не знаю, куда девать.

— Но это же…

— Не спорь, пожалуйста. Просто надень.

— Я не могу.

— Еще как можешь! Давай надевай скорее. Это тебе дежурить, а я домой хочу!

Неожиданный аргумент подействовал. Зоя аккуратно вдела сережки.

— Вот! Тебе очень идет. Завтра будешь самая красивая.

— Спасибо.

— А ты как празднуешь? — уже от двери спросил доктор.

— Никак. Приду с дежурства, и все.

— А молодой человек? — не поверил Алексей Максимович.

Зоенька отрицательно покачала головой: красивые сережки, очень красивые, но их даже и показать некому. То есть можно Галине Марковне. Но что она придумает по этому поводу, страшно даже представить.

— Ясно. Ты плакать прекращай, на дежурстве как-никак!

— Хорошо. — Зоя послушно вытерла слезы. — Я на пост пойду.

— Это правильно.

Перед уходом Алексей Максимович заглянул к Вере Васильевне. Она беседовала с пациентом, но пригласила врача войти.

— Алексей Федорович, от вас алкоголем пахнет, — сообщила она больному.

— Не без этого, — согласился пациент.

— Но вы ведь на госпитализацию пришли. Да еще в предпраздничный день…

— Пришел.

— А выпили зачем?

— Так ведь у внука день рождения. Три года. Надо ж было отметить! Внук ведь!

— Вы знали, что вам в больницу ложиться?

— А как же! Конечно, знал!

— А в больницу только трезвых кладут.

— Так и я почти трезвый.

Вера Васильевна, на взгляд Алексея Максимовича, проявляла нереальное терпение.

— Вы выпили. Хотя знали, что вам предстоит госпитализация.

— Ну извините. Я больше не буду. — Кажется, до мужика дошло, что он сделал что-то не так.

— Хорошо. Придете в понедельник. — Вера Васильевна явно обрадовалась возникшему взаимопониманию.

— Нет, мне сегодня лечь надо.

— Сегодня не получится.

— Почему? Я же извинился!

— Потому что вы выпили.

— Я же объясняю, у внука день рождения. Праздник.

— То есть внук говорил: давай, дед, выпьем, а то я подумаю, что ты меня не уважаешь? — Вера Васильевна начала сердиться.

— Нет, он так не говорил.

— Внука нужно было в парк сводить, в кино или еще куда-нибудь. А то, что вы бутылку водки выпили, — для него не праздник.

— Наверное, — задумался дед.

— Вот и хорошо. Придете после праздников. Совершенно трезвый. И мы вас положим.

— А сегодня никак?

— Сегодня никак, — твердо ответила Вера Васильевна.

— Эх доктор… А я думал…

— Не нужно ничего думать. Приходите в понедельник.

— Ну и ладно. — Обиженный пациент вышел, хлопнув дверью.

— Долго вы с ним беседовали… — посочувствовал Алексей Максимович.

— Минут пятнадцать точно. А почему вы до сих пор домой не ушли?

— Да так. Истории всякие, с пациентами поговорить. Не уходится.