Чтение онлайн

— Просто чтобы посмотреть… картинки.

— Фотографии? Эм. А… ты… ты умеешь читать?

Прежде она не думала об этом, но… раз его бросили в таком раннем возрасте, то, возможно, он вообще никогда не учился читать. Может быть, он никогда не ходил в школу.

— Пожалуйста, не смущайся, — сказала она, когда Лукас не сразу ответил. — Ты можешь научиться. Я могу научить тебя, если хочешь.

Ей понравилась эта идея. В голове сразу возник образ: они склонились над книгой, их головы почти соприкасаются…

Но Лукас недоверчиво сузил глаза, и Харпер пожалела, что так быстро разрушила хрупкое, только начавшее зарождаться между ними доверие.

— Немного умею. — Слова прозвучали странно разрозненно, словно Лукас не хотел их произносить.

Она покачала головой.

— О…

— Я ничего не знаю о мире. Я подумал, что журнал поможет понять.

Харпер перевела дыхание.

— Ясно. — Она склонила голову набок. — Что ты узнал из него?

Он растерянно улыбнулся и поднял брови, проводя рукой по своим густым, взъерошенным волосам. Он сам их подстригал. Без зеркала. Немного дикий вид в сочетании с мальчишеским выражением его мужественного лица заставили её сердце подпрыгнуть.

— Что там много еды. Почти на каждой странице была фотография, где продавалось что-нибудь съедобное.

Харпер улыбнулась. Она могла только вообразить, что он чувствовал, разглядывая картинки, учитывая, что многие годы он ел только рыбу, мясо… и то, что мог добыть в лесу.

— Ты хочешь попробовать что-то новое?

Он выглядел неуверенно.

— Понятия не имею. Может быть, пицца. Люди, которые его ели, выглядели счастливыми.

То, как он неправильно это произнес, сохраняя при этом совершенно серьезное выражение лица, рассмешило Харпер.

— Тогда я принесу тебе пиццу. Нужно будет добавить её в список покупок.

Лукас некоторое время смотрел на неё, вопросительно склонив голову набок.

— Зачем ты приехала сюда, Харпер? Это потому, что ты помогаешь полиции?

— Нет, я не работаю на них или что-то в этом роде. У меня есть свое дело, как я тебе уже говорила — сопровождаю любителей природы по диким местам. А сейчас я помогаю агенту Галлахеру проводить некоторые поиски в наших лесах и по возможности отвечаю на возникающие вопросы. Честно говоря, Лукас, ты, наверное, лучше меня сможешь помочь агенту выяснить, кто убил Исаака Дрисколла.

Он посмотрел ей за спину, в окно, расположенное на дальней стене.

— Мне всё равно, кто убил Исаака Дрисколла. — Он встретился с ней взглядом, и что-то вспыхнуло в его глазах: ненависть.

Харпер была ошеломлена.

— Мне показалось, ты говорил, что вы с ним были едва знакомы?

Огонь в глазах Лукасах начал постепенно угасать, пока полностью не растворился в синеве его глаз, оставив лишь безнадежность и легкую грусть во взгляде.

— Я не понимаю, Лукас…

Он посмотрел на неё.

— Дрисколл был обманщиком. Подлецом. Теперь, когда его нет, моя жизнь станет трудней, но я точно не буду скучать по нему.

 «Сообщил ли он об этом агенту Галлахеру или признался в этом, потому что стал немного доверять ей?» — подумала Харпер.

— Если у тебя есть информация, которая может привести к…

— Нет, — отрезал Лукас, ясно давая понять, что не желает продолжать данный разговор.

— Если окажется, что тебе нельзя больше оставаться на этой земле, в этой хижине, где ты будешь жить?

Лукас помолчал, а затем просто пожал плечами, словно его нисколько не волновала перспектива стать бездомным.

— Я выживу.

Выживание в одиночку звучало как что-то очень мрачное, печальное и безумно одинокое.

«Неужели он собирался просто найти… пещеру или что-то в этом роде? Я не могу этого допустить».

Харпер нервничала. Она чувствовала, что Лукас был добрым. И чем больше проводила с ним времени, тем больше в этом убеждалась. Но нельзя было отрицать, что он хранил не одну тайну. И она не позволит какому-то сексуальному притяжению помешать ей задавать вопросы, на которые, как она чувствовала, требовались ответы, если она действительно собиралась стать… эм… «связным».

Харпер нервно прикусила щеку, наблюдая, как Лукас смотрит на противоположную стену отсутствующим взглядом, очевидно, думая о чём-то своём.

— От всякой беды есть два лекарства — время и молчание.

Лукас напрягся, его взгляд метнулся к Харпер, глаза вспыхнули, словно он узнавал эти слова, эту фразу. Мгновенно спохватившись, он отвел взгляд и когда снова посмотрел на Харпер, его лицо ничего не выражало. Но она успела заметить. Его осведомленность не ускользнула от неё. Он не был достаточно быстр, чтобы сориентироваться и спрятать свои истинные эмоции от неё.

— Лукас, ты умеешь читать. Ты читаешь не хуже других. Почему ты солгал?