Чтение онлайн

Я хотела объяснить, что не в силах держаться крепче, но страх лишил меня голоса. События прошлого стали проноситься перед глазами, как кадры киноленты. Так мало кадров, я еще слишком молода, чтобы умереть. Кто-то крепко схватил меня за руки. Еще миг — и я взлетела над пропастью, а затем приземлилась на спину. Что-то влажное коснулось подбородка — это Хлоя энергично вылизывала мне лицо.

Глава 37

— Ты в безопасности. Можешь не волноваться.

Мне никак не удавалось прийти в себя. Окружающие деревья плыли перед глазами, во рту стоял металлический привкус, по губам текла кровь. Только сейчас я поняла, что человек, который склонился надо мной, — это не Лемми, а Вер. Он был очень сердит.

— Что, черт побери, ты здесь делаешь? Ты ведь могла погибнуть! — Вер сунул мне в лицо что-то белое. — Ты поцарапала нос. Прости. Я должен был вытащить тебя как можно быстрее. Я не смог сделать это более аккуратно. Зачем вообще ты полезла на этот откос?

— Не ожидала, что придется взбираться так высоко, — сказала я, с трудом отдышавшись.

Хлоя продолжала вылизывать мое лицо. Я отвернула голову и прикрыла лицо руками. Мы находились на самой вершине холма. Пьянящее ощущение жизни переполняло меня. Колени дрожали. Я села.

— Ты могла сорваться вниз и погибнуть, — снова упрекнул меня Вер. — Неподалеку есть хорошая дорога. Что заставило тебя карабкаться по почти отвесной стене?

Из ранки на носу снова потекла кровь.

— Можно я снова воспользуюсь твоим платком? — спросила я с дрожью в голосе.

— Да, конечно. — Вер казался встревоженным. — Успокойся, — он обнял меня за плечи, — все уже позади. Я больше не буду ворчать.

Вер похлопывал меня по плечу — так жокей на ипподроме успокаивает испуганную лошадь. К своему удивлению, я обнаружила, что прикосновения Вера доставляют мне удовольствие.

— Я шла за Лемми, а когда поняла, что не могу его догнать, было уже слишком поздно. Я успела позабыть, как сильно боюсь высоты. Кажется, я снова попала в дурацкую ситуацию.

— Не думаю, что эту ситуацию можно назвать дурацкой, скорее, опасной. Я сам много раз попадал в подобные ситуации. Ты уже пришла в себя, сможешь встать?

У меня еще кружилась голова, но с каждой минутой становилось все лучше. Я сделала глубокий вдох. Если не брать в расчет расцарапанный нос, то я уже чувствовала себя вполне сносно.

— Попытаюсь, — ответила я. — Мне повезло, что ты оказался рядом.

Мысль о том, что могло бы произойти, заставила меня вздрогнуть.

— Не желаешь пройтись со мной и посмотреть руины аббатства? С тех пор как я вернулся домой, было все недосуг. Знаю, что это зрелище не из приятных.

Мы по лесной тропе направились в сторону Споукбендерского аббатства. Солнце выглянуло из-за туч. Капли росы сверкали на траве, как драгоценные камни. Птицы звонко щебетали. Где-то, невидимая за густой листвой, куковала кукушка.

— Как прекрасно! — воскликнула я.

Нос уже перестал кровоточить. Меня переполняло чувство восторга: как здорово жить!

— Посмотри! — Вер указал на растение с крохотными алыми цветками, которое росло на опушке. — В Гималаях я видел холмы, сплошь покрытые цветущими рододендронами, ковры из эдельвейсов в Альпах, поля цветущих лилий в Африке, но ничто на свете не сравнится со скромными цветами родины. А вот и Лемми!

Лемми бежал в нашу сторону, высоко размахивая руками и неуклюже выбрасывая ноги.

— Только не ругай его, — попросила я.

— Я и не собирался. В этом нет никакого смысла. Он ведь не понимает, что ты не можешь того, что ему кажется естественным. Привет, Лемми! Ты нашел траву, которая мне нужна?

— Да, конечно. Лемми покажет тебе. Очень редкая трава. — Лемми уставился на меня. — Кровь. Поцарапала нос?

— Ничего страшного. — Нос ужасно болел, но я не хотела, чтобы Лемми, как в прошлый раз, приложил к ране паутину. — А как же твой дом?

— Лемми ничего не забыл. Заходи в гости. — Лемми поклонился и отсалютовал, словно Лоуренс Оливье в роли Ричарда III.

Вер опустил руку на плечо Лемми.

— Выпрями спину, опусти плечи, расслабь руки.

Лемми покорно выполнил все так, как сказал Вер. Теперь его походка почти не отличалась от походки обычного человека. Будь на нем одежда, никто бы не заметил его странностей. Лишь глубокие черные глаза, которые избегали встретить чужой взгляд, могли его выдать.

Руины Споукбендерского аббатства производили гнетущее впечатление. Мы вошли внутрь через массивные дубовые двери, которые выдержали непогоду, нашествия мародеров и вандалов. Дом встретил нас голыми стенами, на которых кое-где еще висели клочья обоев. Дорогие изразцы были сорваны с каминов, окна разбиты. Потолок в гостиной провалился. Прекрасный, семнадцатого века орнамент разбился вдребезги, его осколки лежали на прогнившем паркете. Лемми неотступно следовал за нами. Очевидно, из-за открытого неба над головой он полагал, что находится не в помещении.

— В последнее мое посещение эта комната была еще в сносном состоянии, — сказал Вер, когда мы очутились в трапезной. — Прекрасные фрески украшали стены, а пол был выложен плитами белого и черного мрамора. Стены постепенно разрушались, но комнаты внизу можно было сохранить, — Вер провел рукой по красиво изогнутой бронзовой ручке. — Я мечтал когда-то спасти аббатство. К сожалению, теперь слишком поздно, ничего нельзя вернуть. — Вер глухо застонал. — Нельзя было этого допускать. Это непростительно. Я должен был вернуться гораздо раньше.

— Пойдем домой, — произнес молчавший до этого Лемми.

— Хорошо, давайте уйдем отсюда.

Мы прошли через разграбленную библиотеку и вышли из дома.

— Посмотри на этот лишайник, — Вер опустился на корточки и стал рассматривать ярко-оранжевое пятно. — Знаешь, для того чтобы лишайник образовал круг диаметром десять сантиметров, необходимо не менее ста лет.

Лемми исчез, нырнув в отверстие в стене. Мы последовали за ним. Перед тем как покинуть аббатство, Вер бросил взгляд на оранжерею. Металлический каркас еще был цел, но все до единого стекла были разбиты. За оранжереей находился питомник. Вер тщательно исследовал густые зеленые заросли.