Чтение онлайн

Б’сайннад ощутил то же самое и на миг потерял управление над «Гадюкой», но пришел в себя как раз вовремя, чтобы не дать машине врезаться в землю.

За барьером свет был совершенно иным, с охряным оттенком. Там, где всего миг назад альдари дышал прохладным воздухом Агариметеи, теперь его легкие опалил жар. Вокруг него с воем замедлялись и кружились «Рейдеры» и «Волновые змеи», а сзади резко затормозили дикие наездники, следом за ним вошедшие в потустороннее царство.

— Где мы? — спросил Б’сайннад, сбрасывая скорость.

Вопрос пилота убедил Нуаду в странности обстановки, подтвердив, что пейзаж и впрямь резко изменился. Впрочем, сама местность осталась прежней. Пирамида и ее окрестности были теми же, вот только лес сменился сухой пустыней, а небо затянули клокочущие пылевые облака, накатывающие на защитные экраны.

— Думаю, лучшие спросить, в каком мы времени… — прошептал Нуаду.

Внимание Иврайны переключалось между неподвижным Эльдрадом Ультраном, оглядывающим мерцающую пирамиду, и возобновившимся боем, что разгорелся по периметру могильного комплекса. Шипение сюрикенных катапульт и треск гаусс-пушек добавляли сцене дисгармоничный фоновый шум. Время от времени взгляд притягивала к себе золотая пирамида и колеблющиеся на ее поверхности руны, но провозвестнице никак не удавалось понять смысл сменяющихся письмен.

Позади Иврайны среди багровых воинов Иннеада стоял алый отряд клана Огненное Сердце, с интересом разглядывающий местность. Нуаду не сводил глаз с пирамиды, возможно, заново переживая момент ее пробуждения либо завороженный видом сооружения. Найалл и его провидец, Алиаса, о чем-то тихо переговаривались, пока вождь клана выпивал очередной поддерживающий эликсир. Снадобье практически не подействовало на слабеющего лидера, хотя Иврайна ощущала в нем трепетание и прилив психической энергии.

Иврайна перевела внимание на Эльдрада.

— Их можно расшифровать? — спросила она, зашагав в развевающемся платье по центральной площади, — единственная, кому хватило смелости обратиться к ясновидцу.

+Это учтивый способ спросить, могу ли я это сделать.+

— Они кажутся очень знакомыми, — произнесла Друткхала. — Эти надписи больше напоминают мне идеограммы друкари, чем руны рукотворных миров.

— Да. — Присутствующие встрепенулись, услышав Эльдрада. Его голос резонировал даже без усиления вещательным устройством в шлеме. Ясновидец кинул взгляд на Кровавую Невесту, и его глазные линзы засияли золотом. — Что в них говорится?

— Я не могу их прочесть, — призналась Друткхала.

— Попробуй догадаться.

Кровавая Невеста покачала головой:

— Не могу. Для меня этот текст бессмысленный.

— Однако он был написан альдари, пусть и в древние времена.

— У нас нет времени на эту занимательную, но бесцельную беседу, — заявил Визарх, кивнув на разыгравшийся неподалеку бой. Иврайна заглушила поступающие в вещательную бусину сведения, но все равно живо могла представить, как каналы связи полнятся приказами и докладами тех, кто бился насмерть у границы хранилища. Ее сородичи умирали, и души их оставались заключенными в темнице хладеющей плоти — антипсихические обереги некронтир были достаточно мощными, чтобы удержать душу в ее физическом воплощении. Гудение, исходящее от вражеских солдат, когда они переносились в склепы воскрешения, походило на отчетливые и внезапные всплески помех, хоть некронтир и не имели душ.

Она снова сосредоточилась на рунах. Желание узнать, что же находится внутри, было почти невыносимым, как и тревожность из-за своего неведения.

— Почему здесь текст альдари? — спросил Нуаду. — Зачем некронтир использовать язык наших предков?

— Незачем, — ответил Эльдрад. — Но можно сказать, что наши предки пользовались языком некронтир или возникшим от него наречием.

— Но ты ведь сказал, что это определенно руны альдари, — указала Иврайна. — Не протоязык, общий для Старейших. Стиль написания древний, но точно нашего народа.

— Тогда, возможно, если мне дадут подумать, я смогу распутать этот лингвистический узел, — проворчал ясновидец, отступив от остальных с воздетым посохом, чтобы его мерцающее навершие озарило письмена. Время от времени он поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, словно читая руны наискось.

— Когда мы были здесь в последний раз, Нуаду прикоснулся к пирамиде, — сказала Друткхала, приблизившись к своей госпоже сзади и встав рядом с ней. Она кинула на наследника клана вопросительный взгляд. — Может, ему повторить?

— Только не я! — ахнул дикий наездник. — Разряд отбросил меня через всю площадь, и у меня до сих пор кости болят.

— Но она отреагировала? — Эльдрад стремительно зашагал к Нуаду, указывая на него пальцем. — Ты возложил плоть на поверхность?

— Ладонь, — подтвердил он, сопроводив слова жестом. — На сам рунический металл.

— Интересно, — обронил ясновидец, вновь повернувшись к рунам.

Иврайна следила за его взглядом, пока он осматривал крутые склоны сооружения, но значение рун оставалось для нее столь же непонятным, как и странное стрекотание призраков, что напали на их временный лагерь.

— Ладно, — сдался Нуаду, сгорбившись и зашагав к пирамиде. — Я сделаю это.

Эльдрад посохом Ультамара преградил путь дикому наезднику, когда тот уже собирался пройти мимо.

— Пока не надо, — произнес ясновидец. — Возможно, хранилище пробуждает не столько физическое прикосновение, сколько то, что оно переносит твой дух внутрь нуль-поля некронтир. Мне это совсем не нравится, однако моя душа не так скованна смертной оболочкой, как твоя.

Он оттолкнул Нуаду на несколько шагов назад, а затем полностью повернулся к пирамиде и воздел перед собой обеими руками посох. Вокруг его шлема-призрака образовалось золотое сияние, и Иврайна почувствовала слабейшую задержку психической энергии. Она перевела взгляд с провидца на объект его внимания, отчаянно ища хоть какую-то реакцию на его пси-зондирование.

— Вот! — возглас Нуаду заставил всех встрепенуться, за исключением Эльдрада, который стоял так же неподвижно, как кристальные провидцы в куполе рукотворного мира.

Наследник клана указал на камни в основании пирамиды — точнее, на покрывающие их руны.

Идеограммы действительно засияли в ответ, хотя поначалу Иврайна приняла это всего лишь за отражение света самого Эльдрада. На ее глазах отблеск невероятным образом стал ярче и начал перескакивать с одной руны на другую, поднимаясь по стене пирамиды и растекаясь по остальным ее граням. Между рунами заплясали искры, красные и серебряные, черные и зеленые, своими скручивающимися потоками формируя очертания рун в послеобразах перед глазами.