Димон

Пролог. Где-то в неизвестном мире:

Когтистые женские пальцы сжали магический хрустальный шар, разглядывая в нём пухленького человека в смешном звёздном колпаке.

– И почему люди меня монстром называют? – вслух задумалась она. – Я уже две тысячи лет никого не убивала.

– Опять этот колдунишка кого попало вызывает, – вздохнула обладатель нечеловеческих рук. – Зачем ему демон сдался? Человек намного практичнее и интереснее, надо лишь подправить немного сильными заклинаниями. А эта нечисть только грубая сила, без капли фантазии.

– Ну, разочек бы призвал того кого мне надо, чтоб освободил меня, – с грустью продолжила монстр, – а потом бы получил своего магического раба. Но нет, и колдун не получает, кого хочет, и мне облом уже сотню лет. А сколько столетий до этого толстяка такие же неучи призывали кого попало? Даже среди магов появилось суеверие, что вытащить из параллельного мира демона может только очень могущественный колдун. Ха, не мешали бы мне, уже давно бы любой средний чародей призывал бы кого захочет и откуда вздумается.

Через несколько секунд послышался ещё один вздох:

– Две тысячи лет, почти тысяча иномирян и ни одного нужного. Ладно, попробую ещё разок.

Когтистая ладонь стала выписывать пасы в воздухе над магическим шаром и чешуйчатый губы зашевелились, шепча заклинание, корректирующее объект призыва.

глава 1. Вредный демон

Дмитрий Герасимчук ехал утром в электричке на дачу, работал он киномехаником в кинотеатре Мир. Почти по всему миру давно уже ввели карантин и кинотеатры не работали. Среднего роста, 42-х лет, немного переупитанной внешности, точнее 94 кг, с русыми волосами и карими глазами, он был одет в футболку и джинсы. Впрочем, так же просто была одета куча народу вокруг. Друг по игре говорил, что в Подмосковье запретили людям на дачи ездить – карантин. В Алтайском крае пока можно было ездить свободно. Пока. Но в гости к родственникам в такой обстановке Дима ехать не решался: в любой момент могли ужесточить карантин. Тогда фиг домой вернёшься.

Дача находилась не близко, в садоводстве «Космос». От города Барнаула до станции «Березки» ехать было примерно с час, и Димон решил слегка вздремнуть.

– О-о-ом, – раздалось с соседнего кресла, позади него, только закрыл глаза.

– О-о-ом, – гудел кто-то рядом, не давая уснуть.

«Ну, что за дурак?» – подумал Дима, он в девяностые годы немного листал книжки по магии, гипнозу и йоге (тогда это было модно). Так вот, в основном в книгах про медитацию говорилось, что надо медитировать в полной тишине, иначе можно заработать сдвиг по фазе. А в электричке в данный момент было не сказать, чтобы много народу, но и немало. С треть мест занято. Сильно не шумели, но потихоньку кто-то разговаривал.

«Может уже не в первый раз этот доморощенный йог медитирует? – пронеслась мысль в голове кинщика. – Поди уже давно сдвиг по фазе получил». (Кинщик – сокращённое слово киномеханик).

– О-о-ом, – гудел неизвестный дальше. Даже не было желания взглянуть на обладателя нудного голоса.

Дима вздохнул – подремать не получится, позвонил художнику.

– Привет, Жека, – обратился он. – Не в курсе, когда наш кинотеатр откроют?

– Привет, Димон, – ответил тот. – Да кто его знает, карантин вовсю. Сказали, что до августа отдыхать придётся точно.

– Понятно. Пока, – кинщик положил телефон в карман. Слегка закружилась голова. Закрыл глаза. «Давление, похоже, немножко прыгнуло», – подумал он.

– О-о-ом, – раздалось опять, но уже слегка приглушённо, как будто издалека. Видно из-за того, что шумело в голове.

– Блин, – вырвалось у Димы – достал нудный голос. Он открыл глаза и чуть не упал с сиденья электрички. Точнее чуть не упал с пенька, на котором сидел. Вокруг никакой электрички, никакой железной дороги и рельсов. Только лес вокруг: берёзы, да тополя. И метрах в десяти кусты выше пояса, а трава почти по колено. Сидел же ошеломлённый кинщик на пеньке, посреди полянки. Снял маску.

– Вот вредный демон, – раздался чей-то мужской голос за спиной. – Даже лицом ко мне не соизволил прибыть. А ну, развернись! – грозно приказал неизвестный.

– Ага, – ответил Дима, разворачиваясь, – к тебе передом, к лесу задом.

Перед кинщиком оказался толстый мужик в чёрной мантии, с дурацким колпаком со звездами на голове, невысокого роста. Точнее он был одного роста с Димоном, который сидел, а мужичок стоял.

– Что-что? – переспросил незнакомец. Часто заморгал глазами, с угольно чёрными зрачками.

– Да ничего, – ответил Дмитрий. – Проехали, я видно всё-таки уснул в электричке.

– А вот и нет, – довольно ухмыльнулся толстячок.

– Вечно прибывшие думают, что уснули, – тихо пробормотал он. – А этот упитанный портанулся, обычно тощие попадаются. Наверное, силы в нём немерено.

– Демон, тебя я вызвал себе на помощь – будешь моим верным слугой, пока не отпущу, – важно заявил новоявленный чародей.

– Ха, – усмехнулся Дима. «Толкиенист какой-то в моём сне, – решил он, – только я не хоббит. Может, коротышки потом к нам присоединятся?»

– Держи карман шире! – заявил фальшивый потусторонний монстр. – Да если я демон, а ты маг, то должен был начертить защитный круг, чтобы я тебя не сожрал.

– Защитный круг нужен только мелким колдунишкам, – презрительно ответил чародей. – Ты мне никакого вреда причинить не сможешь.

– Да? – переспросил Димон, отломил от пня, на котором сидел, кусок гриба и бросил в мага. Попал прямо в лоб. Колпак со звёздами съехал набок.

– Как ты посмел?! – возмутился толстячок, мгновенно побагровев от ярости и замахав руками. – Я величайший маг!

– Да я тебя, я тебя, – ролевик-коротышка какой-то игры закончил беспорядочно махать своими ручками, о чём-то задумавшись, затем заводил ими плавно по воздуху, выводя какие-то знаки в воздухе. Неожиданно появился огненный шар над его ладонями, с полметра в диаметре.

– Я тебя испепелю, – решил он.

– Значит, не будет у тебя слуги, – ответил Дима. – Просто хотел удостовериться, что ты не имеешь надо мной власти и я никакой не зомби, выполняющий твои приказы.

– В зомби могу превратить, если ты человек, – пообещал колдун. – Правда сначала придётся тебя убить, – чародей посмотрел на огненный шар. – Не так грубо, – незнакомец сделал неуловимый жест рукой, и огонь рассыпался на капли, которые плавно устремились к земле. Чуть не долетели до травы, растворившись в воздухе.