Дисконект. Отключи меня от сети
Шрифт:
— Что я должен сделать?
Эффект был достигнут, потому что на его очаровательных домашних портках образовалось весьма интересное пятно, а сам наркоман, толкающий дурь, оказался просто очередной тряпкой, которая посмела продать чужую жизнь.
— Иди в участок и дай признательные показания. Мы предоставим защиту, и Джонсон до тебя не доберется. Но твоя жена… Можешь забыть о том, что таковая была. Будешь с диваном трахаться. Одевайся! Я тебе такси до участка вызову.
Мои методы работы нельзя назвать нормальными. Меня изменила жизнь, которую я увидела, и смерть, которая обвенчала своей болью. Нет такого преступления, которое бы не совершили ради денег. Всегда на кону стояли именно они.
В этот день, я могла вздохнуть наконец, с облегчением. Потому что стояла у машины, и опираясь о капот, смотрела на то, как тварей, которые именовали себя родителями, выводили в наручниках из участка. Но самым приятным моментом стала картина того, как из здания школы, которая находилась через дорогу, выводили мистера Джонсона. Сын будущего сенатора? Мне плевать какие привилегии и сколько денег у таких тварей. А всё потому что я увидела этот взгляд.
Мелинда вышла из черного входа участка и повернула голову в сторону улицы, где в полицейскую машину сажали Эрика Джонсона. Девушка смотрела долго и таким взглядом, словно в этот день у нее праздник. На хрупком овальном личике играла вялая улыбка, а по щекам текли слезы.
Она плавно перевела взгляд и посмотрела в мои глаза, замерев. Глубокий омут карих глаз безошибочно понял кто я, потому девушка повернулась ко мне полностью, и проигнорировав слова психолога из сопровождения, пошла в мою сторону.
— Вы тот светлый ангел? Я видела вас в его доме во время задержания…
— Нет, ты меня с кем-то перепутала.
— На вас была маска, мисс. Но ваш цвет волос мне запомнился, как и взгляд. Вы пришли за мной тогда, — на девочке оказалась пошарпанная джинсовая курточка, и такие же джинсы, но свитер…
Мне хотелось, чтобы Мелинда не носила старых обносок матери, поэтому я обошла тачку и открыла багажник под её пристальным взглядом.
— Подойди сюда, — посмотрела на неё и кивнула, — Вот!
Протянула ей руку, в которой был зажат красный теплый свитер, который я обычно не носила, но когда куда-то ехала брала с собой, на случай если погода разгуляется. Он был новым, и мне хотелось, чтобы у девушки осталось что-то от меня.
Не знаю почему, однако это стало слишком необходимо, чтобы откинуть такое чувство. Словно внутри так и скребло не бросать её, а помочь.
— Спасибо… — глаза девушки загорелись, и Мелинда тут же выхватила свитер, прижавшись к нему лицом.
"Она разбита. В свои семнадцать эта девочка уже тяжело больной психически человек. Её жизнь… предрешена, а всё по вине больной твари, которая тоже была человеком, но на его болезнь все закрывали глаза, пока он не уничтожил чужую жизнь…"
— Тебе… — я невольно улыбнулась и ощутила, что даю волю чувствам, поэтому взяла себя тут же в руки, — Тебе нравится, Мелинда?
— Очень! Спасибо, ангел! — девушка бросилась мне в объятия и тихо прошептала, — Я знаю, что ты ангел. Как в том фильме про девушек, которые спасают мир. Чарли. Я буду называть тебя ангел Чарли.
Я приобняла девушку и посмотрела поверх её головы. Там, вдалеке рядом с участком, стоял Джон. Он смотрел на нас не отрываясь, а когда наши взгляды встретились, кивнул, и я отстранилась от Мелинды. Пригладила её каштановые волосы и тихо сказала:
— Чтобы не случилось, Милли, помни — только одинокие люди, пережившие самые страшные моменты, но выжившие и после них, могут подарить тепло другим и помочь. Потому что только они знают цену такой боли.
— Я стану помогать таким же как я! — уверенно и совершенно серьезно произнесла девушка, чем удивила меня, — Я буду бороться…у меня… У меня ведь выйдет?
— Да… — я ответила и кивнула ей на женщину, которая очевидно пришла забрать Мелинду и увезти в клинику, — Ты очень красивая. Помни, что ты очень красивая…
— Но мне… стыдно…
— Обрати это в свое оружие. Стыдиться не плохо, тем более когда не ты виновата. Хуже всего потерять стыд и совесть. Это то, что превращает человека в животное.
Я провожала девушку взглядом, а узел в груди исчезал. Ей предстоял огромный и очень трудный путь — забыть весь тот ужас, который она пережила, и вернуться к нормальной жизни.
— Ты была на волоске, Холл!
Пока я продолжала смотреть в спину Мелинде и на то, как она садится в карету неотложной помощи, Джон встал рядом со мной и тяжко вздохнул.
— Ты постоянно мне это говоришь, Джон.
— Ты ещё слишком молода, чтобы так рисковать, Тереза. Этот человек слишком опасен. И если бы он знал, что мы вылезем из своего бункера и сами приедем, мог и убить тебя! И никто бы не догадался что это он! Его бы даже не посадили за это, потому что тебя, мат твою, не существует!
— Спасибо, что напомнил о том кто мы! — зло прошлась по напарнику взглядом, и захлопнула багажник.
— Дура! Его не вернуть! А тебе нужно жить! Зачем такая баба, как ты хоронит себя живьём?! Посмотри на себя!
— А что со мной не так?!
Мы сели в машину, и Джон тут же ехидно добавил:
— Ты превратилась в мужика. После того, как ты прилетела два года назад из Багдада, я тебя не узнаю! Ты поставила на себе крест и решила вообще умереть, если под пулями не получилось?