Чтение онлайн

– А вы понимаете, что она с этим не смирится. С ней все будет в порядке. Рождение ребенка – естественный процесс, не так ли? У нее есть акушерка.

– Которая не принимала родов двадцать пять лет. К тому же никто не застрахован от осложнений.

– Не будет никаких осложнений. Мириам и не думает о них. Так или иначе, Джулиан грозят куда большие осложнения, физические или психические, если ее силой заставят лечь в больницу. Она ненавидит Правителя и считает его преступником. Он убил брата Мириам, может, сейчас он убивает Гаскойна. Ее ужасает мысль, что он причинит зло ее ребенку.

– Это же смешно! Не может быть, чтобы вы или она верили в это. Вот уж чего ему надо меньше всего! Как только он получит ребенка, его власть возрастет до небывалых размеров, и не только в Британии, но и во всем мире.

– Не его власть, а моя. Меня не беспокоит вопрос о безопасности жены. Совет не причинит вреда ни ей, ни ребенку. Но я, а не Ксан Липпиат, представлю миру своего ребенка, а уж потом мы посмотрим, кто будет Правителем Англии.

– И каковы же ваши планы?

– Что вы имеете в виду? – В голосе Ролфа звучало подозрение.

– Ну, должны же у вас быть какие-то планы на тот случай, если вам удастся вырвать власть у Правителя.

– Я не собираюсь «вырывать» власть. Люди сами отдадут ее мне. Им придется это сделать, если они хотят, чтобы Британию вновь заселили люди.

– Ах вот оно что! Люди сами отдадут ее вам. Что ж, вероятно, вы правы. Что дальше?

– Я назначу свой собственный Совет, но без Ксана Липпиата! Липпиат уже получил свое.

– По-видимому, вы сделаете что-то для умиротворения острова Мэн.

– Вряд ли это дело первоочередной важности. Страна не поблагодарит меня, если я напущу на нее банду преступных психопатов. Я дождусь, пока их число уменьшится естественным путем. Эта проблема решится сама собой.

– Такой же точки зрения придерживается и Липпиат, – заметил Тео. – Но она вряд ли доставит удовольствие Мириам.

– А я и не собираюсь доставлять удовольствие Мириам. Ей предстоит выполнить свою работу, за которую ее ждет соответствующее вознаграждение.

– А «временные жители»? Вы планируете улучшить их положение или вы намерены положить конец иммиграции молодых? В конце концов, они нужны и в их собственных странах.

– Я буду это контролировать и следить, чтобы с теми, кого мы все-таки впустим в страну, обращались со всей справедливостью и твердостью.

– Представьте, Правитель считает, что именно так он и поступает. А как насчет «успокоительного конца»?

– Я не собираюсь лишать людей права убивать себя так, как они считают наиболее удобным.

– Правитель Англии согласился бы и с этим.

– Но я могу сделать то, чего он не может, – возразил Ролф, – я могу стать отцом нового народа. У нас в компьютере уже заложена информация обо всех здоровых женщинах от тридцати до пятидесяти лет. Из-за годной к оплодотворению спермы возникнет страшная конкуренция. Очевидно, есть опасность смешения разных «пород» людей. Вот почему придется проводить очень тщательный отбор для получения наивысших показателей физического здоровья и интеллекта.

– Правитель Англии целиком за это. Именно таков его план.

– Но у него нет спермы, а у меня есть.

– Есть одно обстоятельство, которое вы, очевидно, не учитываете, – заметил Тео. – Все будет зависеть от того, кого родит Джулиан, не так ли? Ребенок должен быть нормальным и физически здоровым. А если она носит чудовище?

– Почему он должен быть чудовищем? Почему бы ему не быть нормальным, нашему с ней ребенку?

Мгновенное чувство уязвимости и тайного страха, наконец-то осознанного и высказанного вслух, вызвало у Тео секундную вспышку сочувствия. Не настолько сильного, чтобы ощутить себя товарищем Ролфа, но достаточного, чтобы удержаться и не сказать того, что было у него на уме: «Может быть, для вас куда большим счастьем будет, если ребенок родится ненормальным, уродом, идиотом, чудовищем. Если же он родится здоровым, вы на всю оставшуюся жизнь превратитесь в экспериментальное животное для выведения потомства. Неужели вы думаете, что Правитель добровольно отдаст свою власть – даже отцу нового племени? Может, им и нужна ваша сперма, но у них ее будет достаточно, чтобы населить Британию и полмира, а затем выбросить вас за ненадобностью. Именно это и случится, как только Правитель увидит в вас угрозу».

Но Тео промолчал.

Из темноты появились три фигуры. Первым шел Льюк, позади – Мириам и Джулиан, держась за руки и осторожно ступая по неровной обочине. Ролф сел за руль.

– Хорошо, – сказал он, – поехали. С этого момента машину веду я.

Машина рывком тронулась с места, и Тео понял, что Ролф будет вести слишком быстро. Он взглянул на него, раздумывая, стоит ли лезть с предупреждениями, потом понадеялся, что дорога вот-вот улучшится и надобность в предупреждениях отпадет. В молочно-белом свете фар дорога казалась покрытой огромными прыщами и походила на жуткий, неземной, скорее лунный ландшафт, близкий и вместе с тем таинственно-холодный и бесконечный. Ролф уставился в лобовое стекло со свирепой напряженностью автогонщика, выкручивая руль при неожиданном появлении из темноты каждого нового препятствия. Дорога с ее рытвинами, выбоинами и буграми представляла немалую опасность и для осторожного водителя. А с таким лихачом, как Ролф, машина подпрыгивала и кренилась, бросая из стороны в сторону троих пассажиров, едва втиснувшихся на заднее сиденье.

Мириам с трудом высвободилась и, наклонившись вперед, попросила:

– Полегче, Ролф. Сбавь скорость. Это опасно для Джулиан. Ты что, хочешь, чтобы у нее начались преждевременные роды?

Мириам говорила тихим, спокойным голосом, но ее непререкаемый авторитет оказал немедленное действие. Ролф тут же снял ногу с педали газа, но было уже слишком поздно. Машина содрогнулась и подпрыгнула, вильнула в сторону и, потеряв управление, в течение трех секунд крутилась на месте. Ролф со всей силой ударил по тормозам, и «рено», дернувшись, остановился.

– Проклятие! Прокол переднего колеса! – чуть не задыхаясь, проговорил он.

Во взаимных обвинениях не было смысла. Тео отстегнул ремень безопасности.

– В багажнике есть запасное колесо. Давайте уберем машину с дороги.

Они выбрались из машины и стояли в темной тени живой изгороди, пока Ролф откатывал «рено» на травянистую обочину. Они находились, вероятно, милях в десяти от Стратфорда. Тео рассматривал открытую холмистую местность. По обеим сторонам дороги тянулись неухоженные живые изгороди из высоких спутанных кустов с рваными просветами, в которых виднелись борозды невспаханного поля. Джулиан, закутанная в накидку, стояла спокойно и молчала, словно послушный ребенок, которого взяли на пикник и теперь он терпеливо ожидает, когда взрослые уладят какое-то мелкое недоразумение.

Голос Мириам был ровным, но в нем все же прозвучала нотка тревоги.

– Сколько это займет времени?

– Минут двадцать, а может, и меньше, если повезет, – оглянувшись, ответил Ролф. – Но безопаснее находиться на обочине, там нас не будет видно. – И, не вдаваясь в объяснения, он бодро зашагал вперед, а они остались ждать, глядя ему вслед. Меньше чем через минуту он возвратился. – Ярдах в ста впереди ворота, от них идет проселочная дорога. Похоже, она ведет к небольшой рощице. Там будет безопаснее. Видит Бог, эта дорога практически непроезжая, но если мы смогли по ней проехать, смогут и другие. Нам нельзя рисковать – вдруг какой-нибудь дурак остановится и предложит свою помощь.