Чтение онлайн

На следующий день Киллиан ждал меня, как преданный спаниель, на его обычной каменной скамье. Это было странно – мое сердце радовалось его улыбке. Я была действительно рада видеть его улыбку. Я начинала любить Киллиана. Он был полностью безответственным и плохо влиял на меня, но все же он был хорошим.

Я немедленно хотела спросить его о Кьяране – теперь у меня оставалось десять дней, а Кьярана нигде не было – но затем я вспомнила душевный разговор с Эойф во время круга Старлокета. Насколько настойчивой я могла быть, чтобы он не отвернулся от меня и не начал подозревать? Я решила действовать в зависимости от обстоятельств.

Он потер руки, когда увидел, что я шла к нему с Робби и Бри.

– Что будем делать сегодня вечером?

– Все, что не включает алкоголь, – сказала я. Я подумала о своей клятве сегодня вечером учиться, но потом решила, что спасение Старлокета важнее, чем заучивание целого списка президентов.

Так или иначе, будет много времени учиться после Имболка.

Киллиан закинул назад свою голову и рассмеялся.

– Мы еще должны научить тебя увеличить скорость, – сказал он.

Даже в таком похмельном состоянии мы все стремились хорошо провести время, что, казалось, обещало присутствие Киллиана, и уже спустя полчаса мы сидели в зале дома Бри. Я попыталась сесть рядом с Киллианом, желая узнать, передал ли он мое сообщение Кьярану.

Мы все высмеивали ужасный CD французской поп-музыки Бри, когда зазвонил дверной звонок.

Когда Бри вернулась в зал, за ней следовали Скай Эвентайд, Алиса Сото, и Саймон Бэйкхауз, который тоже был в Китике. Дженна и Саймон недавно начали встречаться. Скай посмотрела на Рейвин, которая склонилась к Киллиану, предлагая ему откусить маленький напудренный пончик.

Киллиан посмотрел на прибывших и приветливо улыбнулся, облизывая сахар с губ. Бри, как хорошая хозяйка, представила его. Саймон вежливо улыбнулся.

– Я помню Скай, – сказал Киллиан шелковистым голосом, улыбаясь ей в глаза. Скай сузила свои так, что они стали похожи на разрезы обсидиана. Она была одета в облегающую черную одежду, которая резко контрастировала с ее светлыми, как лунный свет, волосами. Она повернулась, чтобы посмотреть на Рейвин, у которой было скучающее выражение на лице.

Саймон сидел рядом с Дженной, положив руки ей на колено, и она улыбнулась ему. Мэтт, стоя на другой стороне комнаты, выглядел так, словно только что съел лимон. Алиса казалась неуклюжей и очень молодой. Она взгромоздилась на край кушетки, и я удивилась, почему она приехала. Это же не был официальный круг.

– Так! – громко сказала Бри. – Кто что будет пить? У меня есть сельтерская вода, сок, сода или я могу сделать кофе или чай.

– Как насчет капли виски? – спросил Киллиан. Только тот, кто знал Бри так же, как я, мог сказать, что она была смущена его открытой просьбой.

– Прости, – сказала она. – Комната со спиртным заперта.

Киллиан засмеялся.

– Заперта или не заперта – для ведьмы это неважно.

Но Бри трудно было уговорить.

– Извини, – сказала она снова, с чуть большим предупреждением в голосе.

Мой взгляд упал на Итана, было видно, что ему намного легче. Шарон протерла его шею под длинными завитками. Она слегка улыбнулась и поцеловала его. Я была рада за них обоих.

Только Бри была настолько классной, что могла сказать, что не хочет пить, и не была при этом похожа на девочку-скаута. В миллионный раз я восхищалась ее уверенностью в себе.

Мы говорили. Мы слушали музыку. Мы смеялись над историями Киллиана и рассказывали некоторые из своих.

Когда село солнце, Бри зажгла ладан и свечи. Ее зал стал слабо освещенным, экзотическим, магическим местом. На обед мы заказали пиццу, и те, кому нужно было предупредить родителей, позвонили им. Я поговорила с Эйлин, чтобы сообщить ей, где я буду.

В восемь часов я снова вспомнила свое намерение зубрить книги сегодня вечером. В школе мистер Албан напомнил нам об английском сочинении, которое должно быть уже скоро. Мои оценки немного ухудшились в этом семестре – мне надо было их исправить. Я просмотрела на Киллиана, которому, казалось, нравилось играть со Скай и Рейвин.

Я украдкой подошла к нему и коснулась его плеча. Он потянулся ко мне, улыбаясь, и я наклонила свое лицо так, чтобы говорить тет-а-тет. Он наклонил свою голову ко мне, и я почувствовала себя двуличной, как будто использовала его.

– Я гадала, связался ли ты с нашим отцом, – прямо сказала я. Его темные глаза встретились с моими, и я впервые заметила, что их уголки слегка наклонены, как у меня.

– Еще нет, – он сказал это так тихо, чтобы только я могла услышать. – Ты больше стремишься его увидеть, чем я.

Я не знала, какой вывод из этого сделать и все еще обдумывала свой следующий шаг, когда Киллиан встал, чтобы взять другую банку соды. Черт.

Время уходило, но все же я решила, что подталкивать Киллиана – плохая идея. Эойф предостерегала меня, и я не хотела, чтобы он стал подозрительным к моим действиям – он был уже и так достаточно уклончив. Я неохотно встала на ноги.

– Мне пора, – сказала я, пытаясь вспомнить, куда я дела свое пальто.

– Нет, нет, сестренка, – запротестовал Киллиан. – Вечер едва начался, как и наши жизни. – Он рассмеялся, и я почувствовала, как мое тело напряглось от расстройства.

– Я лучше пойду и поучусь, – сказала я, снова чувствуя себя неудачницей. По крайней мере, я могу контролировать свои школьные проблемы. Не было никакого шанса, что я закончу этот вечер в пабе на краю города с книжкой с истории в руках.

– Останься, дорогая, – вкрадчиво сказал Киллиан, и внезапно его голос стал похожим на бархатную ленту, которая обвилась вокруг моих запястий, удерживая меня на месте. Возможно, моя учеба могла подождать. – Останься, и я покажу тебе особенную магию.

Хорошо, хотя бы на это стоило посмотреть. Я снова села.

Он усмехнулся в восхищении и жестом приказал остальным:

– Сядьте в круг. Когда мы сели в круг, Киллиан потер руки, как будто выступал на сцене. Скай, сидящая рядом с ним, выглядела так, как будто ей приятнее было бы съесть стекло. Киллиан сложил руки чашечкой и подул на них, (я была уверена, что это только для эффекта) затем сделал небольшой, потрескивающий шар ведьмовского огня и запустил его в Скай. Пораженная, она поймала его руками, и он превратился в блестящий розовый шар.