Для прессы
Шрифт:
хочу настаивать…
Он так привык к ее отказам, что, хотя она сейчас полностью показывала свое
желание и была готова двигаться дальше, он все равно колебался. Ему не хотелось
настаивать, подталкивая ее слишком сильно. Но он хотел ее. Это было видно по его лицу.
И все же, как бы ужасно она себя не чувствовала, думая в тот момент о Брейди, все
равно все сходилось только к одному: причина по которой она не двигалась дальше.
Брейди. Она по-прежнему была зациклена на Брейди. Она прижалась к груди Хайдена и
попыталась не думать о нем, но его образ перед глазами становилось еще сильнее.
Она была не готова.
Глава 6
На доверии
«Привет, красотка, ты уже вышла из аудитории?»
На экране телефона появилось сообщение от Хайдена, как раз когда Лиз закончила
собираться. Она закинула на плечи свою сумку и развернулась уходить. Она была рада,
что по пятницам у нее были только первые пары.
«Только вышла».
«Ланч? Я голодный и соскучился».
На лице Лиз появилась улыбка. С той ночи, когда она потеряла контроль от него,
она заметила, что в ней что-то изменилось. Даже не смотря на то, что они встречались уже
четыре месяца, она чувствовала, как в ее животе порхали бабочки: как в начале
35
отношений, когда все, чего тебе хочется - это все свободное время проводить с этим
человеком, и только от одной мысли о нем, ты начинаешь улыбаться…да, именно это с
ней и происходило.
Если Хайден и заметил эти перемены в ее поведении, то он ничего не говорил, он
несомненно отвечал ей взаимностью. Между ними до сих пор не было секса, но у нее
больше не было нежелания этого. Она уже достаточно долго ждала, и теперь ей просто
хотелось найти подходящий момент. Ей не хотелось просто зайти в его спальню и сказать:
«Трахни меня». Хотя она не могла представить, чтобы Хайден стал жаловаться на это.
«Да. Хочу есть. Куда ты хочешь пойти?»
«Домой…»
Лиз расплылась в улыбке. Блин. Ее было легко рассмешить. Ей нужно было
поработать над этим, но она знала, что не могла этого контролировать.
Пока она печатала ответ, пришло еще одна сообщение, на этот раз от Джастина.
«Привет, только что приехал в город. Извини за опоздание. Наша встреча сегодня
в силе?»
Она абсолютно забыла, что сегодня приезжал Джастин. Она даже забыла
рассказать об этом Хайдену. Вероятно, ей следовало позвонить ему, чтобы предупредить.
«Да. В «Вершине» (*полное название ресторана «Вершина холма» ) ?»
«Конечно».
Лиз нашла в телефоне номер Хайдена, и нажала звонок. Он тут же ответил.
— Привет. Я сейчас выхожу из редакции. Где мне тебя встретить?
— Привет. На счет этого…— неловко произнесла она.
Она даже не знала, почему позволяла себе из-за этого чувствовать себя неудобно.
Это был просто Джастин. Между ними никогда не было ничего романтического. И
определенно теперь тоже. Тем не менее, разговаривая с Хайденом, она нервничала.
Она вспомнила, как говорила Брейди о Джастине. Он стал безумно ревновать. В
тот момент их отношения не заходили дальше секса, но эта ревность пугала ее даже тогда.
Это всплыло позже, после того, как она рассказала ему, что они с Хайденом едут в
Вашингтон. Лиз закрыла глаза и отогнала эти воспоминания, но в голове сразу всплыли
все аргументы на счет Хайдена.
«Это не имеет никакого значения! Разве ты не слышишь меня? Он не ты! Это не
соревнование, Брейди. Здесь нет места для ревности».
Нет. Она не хотела пускать его в свои мысли. Она уже последнее время о нем не
вспоминала. Она глубоко похоронила его там, куда никто не мог добраться. Это было
самое безопасное место для него. Она ненавидела моменты, когда жизнь ей о нем
напоминала, а ее решимость давала трещины.
«Потому что единственное, что я чувствовала, когда он поцеловал меня – это
радость от того, что мы не прятались. Я не хотела, чтобы это был Хайден. Я хотела,
чтобы это был ты. А если это не ты, тогда это для меня ничего не значит».
А если это не ты, тогда это для меня ничего не значит. Боже…она заставила себя
подумать о чем-то другом. Она думала о Хайдене, и заполняла трещины воспоминаниями
о его улыбающемся лице, его нежных поцелуях, его внимании, преданности и
совершенстве.
Это все пронеслось за считанные секунды, но казалось, что прошла вечность, когда