Для Тебя
Шрифт:
– За последний месяц нас семь раз проверяли различные инстанции, на нескольких моих топов заведены уголовные дела. Дела сфабрикованы. В прессе появилось компрометирующая информация на некоторых людей, связанных с финансами и предприятием в целом. На рынке резко увеличилось число сделок с мелкими пакетами наших акций. Мои юристы проверяли, это фирмы-однодневки. Приходят заказные письма с пустыми бланками или какой-то ерундой.
– Зачем? – изумилась Кейт.
– Для создания видимости перед законом о соблюдении формальностей, непосредственно перед захватом.
Кейт поразилась и напугалась одновременно. Она, конечно, читала о рейдерских захватах, но никогда не представляла, что это может случиться с компанией отца. Мысли теснились в голове. Они могут все потерять? Отец не переживет. Но чем она могла помочь?
– И что дальше? Что ты будешь делать?
– Пока нет доказательств, я не могу ничего сделать. Конечно, кое-что я предпринял. Например, мы разнесли активы по разным предприятиям, выкупили все долги. Но как ты сама понимаешь, денег на покупку акций, чтобы предотвратить их распыление, нам физически не хватает. И кое-что мы сделаем прямо сейчас.
Он протянул удивленной Кейт бумаги.
– Что это? – спросила она, ошарашенно читая бумаги.
– Документы о переходе к тебе права собственности на несколько моих заводов. На днях мы заключили контракт с фирмой, которая принадлежит Максу, и они у него будут обременены сильной кредиторской задолженностью.
– Зачем? – Кейт вытаращила глаза на отца, с трудом понимая услышанное.
– Поубавить у рейдеров прыти. Подпиши.
Кейт послушно взяла бумаги и проставила, где видела галочки, подпись.
– Я не понимаю, ведь не собирается же он нас купить.
– Поэтому и идет захват. Может быть даже с целью ослабить предприятия и не дать выйти на тендер, потому что при получении заказа мне хватит финансов для сопротивления и достойной сдачи.
– Как?
– Клин клином, – Джон взял документы и устало посмотрел на любимую дочь. Под его глазами пролегли синяки от бессонных ночей и многочасовой напряженной работы. – Кейт, будь осторожна. Я не думаю, что тебе грозит что-то конкретное, иначе бы ты давно ходила с охраной, но все-таки…
Кейт прикусила нижнюю губу и потупила взгляд, не собираясь расстраивать отца новостью, что она уже натворила дел. Стоит Джону узнать, что она неофициально, но работает в компании Роджера Родлера…
Даже представить страшно, что с ним будет. Так ведь и до инфаркта недалеко. Оставалось только надеяться, что семь дней, или даже меньше просто пройдут и все забудется. И, как говорит Энджи, никто ничего не узнает. Теперь нужно срочно позвонить и предупредить ее.
– Ты сказал, что захват не самое плохое. А что тогда?
– Я вовремя не спохватился, – лицо отца посуровело, взгляд остыл. – На сегодняшний день на рынке почти пятьдесят процентов акций в свободном доступе. По пять процентов у вас с Максом и тридцать у меня. Десять процентов, а может и больше, уже принадлежат рейдеру. Понимаешь, как плохо.
– Когда у тебя появятся доказательства, что будешь делать?
– Сяду за стол переговоров, – он закрыл документы и посмотрел на притихшую дочь. Зазвонил сотовый высвечивая незнакомый номер.
– Может тебе чаю заварить? – спросила она, почти выйдя за дверь.
Отец поднял голову, понимающе улыбнулся и благодарно кинул. В такие моменты Кейт очень напоминала ему ее мать. Ласковую, нежную, безумно притягательную в своей женственности. Он помнил ее даже столько лет спустя.
Часть 3
Кейт решила, что и пара бутербродов не помешает, неизвестно ведь, когда он теперь поест, а работать будет допоздна. Она вышла из кабинета, размышляя об услышанном. Для отца его заводы дело жизни. Если он их потеряет, то не выдержит. В конце концов, рейдерство – все равно, что мародерство. В душе Кейт поднялось возмущение. Стоило начать вспоминать про Родлеров, как ее переполняли эмоции.
Все случилось неделю назад. Кейт закончила университет и только вернулась домой.
В тот летний день в аэропорту ее встречала Энджи, подруга детства, рыжеволосая бестия с пышными формами, с россыпью веснушек по телу. Они с Кейт дружили с пятилетнего возраста, и даже расстояние в половину земного шара не могло этого отменить.
После душевных объятий они отправились домой, основательно нагрузив такси чемоданами, набитыми шмотками, подарками и прочей мелочью, под бесконечную болтовню о том, чем стоит заняться этим летом. Энджи, работавшая младшим секретарем в компании «Литье Корпорейшн», прекрасно совмещая заочное студенчество с работой и бурным романом с Алексом Блейком.
Возможно, они бы осуществили свои планы, но через пару вечеров стоянка у ресторана «Сенкевич» на набережной Иртыша полностью была оккупирована дорогими машинами. Ряд новейших тюнингованных «Мерседесов» и «БМВ», спортивных «Ягуаров», «Бентли» и «Порше» отражали свет уличных фонарей начищенными до блеска бамперами и капотами. Ресторан арендовало семейство Родлеров для частной вечеринки. Золотая молодежь города пила, танцевала и, приветствуя себе подобных, общалась меж собой, красуясь модной одеждой лучших мировых брендов перед случайными прохожими.
Кейт в душе закипала. Если бы не просьба отца, ноги бы ее не было на этом сборище ценителей дорогих сортов вин и элитного ледяного шампанского, завезенного специально под заказ будущей невесты в честь помолвки. «Любят эти Родлеры громкие сборища» негодовала она, разыскивая Макса. Тот как сквозь землю провалился, растворившись в толпе людей, заполнявшей оба уровня ресторана, и казалось, что их с каждым часов становится все больше.
Она всегда ревновала брата к Лейле, но когда та бросила его, Кейт совсем ее возненавидела. Макс оказался лишь временным развлечением, проходящим романчиком. Верным псом, по первому свистку готовым нестись на край света и служить. А когда Лейла объявила, что выходит замуж, он опустился на колено и преподнес свое золотое кольцо. Ему отказали. Все проехали. Забыли.