Чтение онлайн

Джули взяла визитку и улыбнулась, снова многообещающе.

— Конечно, лейтенант Колтон.

Он встал, сунул бумажник в задний карман и взял свой кофе.

— Спасибо, мисс Маккол.

Он не протянул ей руку, следовало бы, но он получил от неё всё, что хотел, и сомневался, что она может рассказать что-то ещё. Теперь ей лучше уяснить границы его дружелюбности.

Она не поняла намёка.

— Зовите меня Джули.

К облегчению Колта, у него не будет возможности называть её хоть как-то.

Он просто улыбнулся и махнул рукой на дверь, пропуская Джули вперёд. Разговор закончен.

Она пошла вперёд намеренно медленно, продлевая время с ним и, что вероятно, оттягивая возвращение к работе. Колт понял: она хотела, чтобы он видел её задницу, пока она идёт. Он посмотрел и едва не рассмеялся. Он два года смотрел на задницу Феб в баре. Джули Маккол? Никакого сравнения.

Поднявшись по лестнице он ещё раз её поблагодарил, повернулся и кивнул Дэйву. Дэйв сидел в своём кабинете с клиентами, на которых перестал обращать внимание, как только увидел Колта. Пока Дэйв не успел извиниться перед клиентами и рвануть к нему, Колт махнул ему рукой и вышел.

Он шёл к дому Эми и размышлял о её беременности, о том, что она родила ребёнка и отдала его на усыновление. Он не знал, когда это произошло, но он выяснит. Она работала в банке, значит, это было после школы, возможно, когда Денни Лоу учился в Северо-Западном университете или даже позже, когда Денни женился на Мари. Колт помнил, что Денни, как и большинство детей, чьи родители оставались в городе, приезжал на летние каникулы и просто навестить их, пока не переехал сюда вместе с Мари. Это могло случиться в любое время.

Женщины отказываются от детей по многим причинам, но Эми не относилась к таким женщинам, если много лет спустя она плачет из-за этого. Она застенчивая, но милая и ответственная, она близка со своими родителями, она наверняка стала бы хорошей матерью. Что-то вынудило её отказаться от ребёнка, и Колт беспокоился, что это что-то не было хорошо для Эми.

Если это то, о чём он думает, то Денни её изнасиловал или ухаживал за ней, а потом вынудил заняться жёстким, ненормальным сексом. Но тогда Колт ни хрена не понимал, каким образом это связано с Феб и её реакцией на него и Эми. Разве что Денни называл Эми Фебрари и требовал, чтобы она звала его Алеком. Тогда понятно, почему это привело Эми в ужас, так что она долго молчала. Достаточно сильно, чтобы ей потребовалось какое-то время, чтобы набраться смелости, прийти в бар и приготовиться рассказать, но в нужный момент она утратила решимость и удрала.

И всё же ничего из этого не объясняло такой резкой реакции Феб, когда она увидела Эми с Колтом.

Добравшись до дома Эми, Колт увидел, что её машина по-прежнему на подъездной дорожке. Он постучал, подождал и постучал ещё раз. Потом ещё раз. Ничего, и на этот раз никакого движения за шторами. Он простоял там достаточно долго, осматривая тихий район и дав возможность местным жителям увидеть его у двери Эми. Он внимательно осмотрел окна ближайших домов, возможно, кто-то наблюдал за ним, тогда бы у него появилась следующая ниточка, он готов был принять всё. Он стоял достаточно долго, ожидая, пока кто-нибудь выйдет к своей машине или подойдёт к нему и поинтересуется, что ему нужно.

Ничего.

Тогда он отправился на охоту. Постучал в несколько дверей по обеим сторонам от дома Эми и через улицу.

Никого не оказалось дома.

Он сдался и направлялся обратно в участок, когда зазвонил его телефон. Он вытащил его из кармана и посмотрел на экран. Звонила Феб.

Несколько дней назад, когда Морри дал ему её номер и Колт занёс его в свой телефон, он не был уверен в том, что при этом чувствует. Сейчас у него не осталось никаких сомнений насчёт своих чувств по поводу номера Феб в его телефоне.

Он открыл телефон и поднес его к уху.

— Феб.

— Список готов. Мама занесёт его в участок, после того как мы придём в бар.

По её голосу он понял, что всё это ей не нравилось.

Вот почему он постарался ответить как можно мягче:

— Хорошо, милая.

— Ты звонил в «Коста»?

Он понял, что ей безумно хочется в «Коста», но с другой стороны, Феб всегда любила поесть. И до сих пор любит. За последние два года он много раз видел, как она, Морри, Руфи или Дэрил уходили и возвращались с пиццей от Реджи или с едой от Фрэнка, или иногда прибывала доставка из «Шанхайского салона». Питаясь одним салатом, не станешь обладательницей таких форм, как у неё, которые он теперь видел и трогал. Картина того, как этим утром она соскользнула с его кровати и встала во весь рост, была приятно выжжена у него на сетчатке, и он очень надеялся, что она никогда не потускнеет.

— Ещё нет.

— По вторникам у них много народа.

У них много народа каждый день.

— Малыш, я позвоню.

— Если они начнут вешать тебе лапшу на уши о том, что все столики заказаны, напомни им о своём звании полицейского детектива, — посоветовала она.

Он подавил смешок и улыбнулся в телефон.

— Мы так не делаем.

— Колт, ты зарабатываешь тем, что выезжаешь смотреть на трупы, должна же быть хоть какая-то польза от этого значка.

— У нас будет столик, — сказал он. Так и будет. «Коста» находился в другом городе, но Ставрос Коста давно знает Джека и Джеки, а также Феб, Морри и Колта. Они все вместе ходили туда много лет: на дни рождения Феб, на их с Феб первое официальное свидание, оба раза, когда Колт попал в список лучших игроков школьных команд в стране, когда они выигрывали групповые и региональные соревнования, когда Джеки выиграла пятьсот долларов в лотерею. Ставрос знал всё про Феб и Колта. Если Колт позвонит и скажет, что они с Феб придут на ужин, Ставрос сделает для них стол собственными руками, если придётся.

— Хорошо, — сказала Феб.

— Как твоя голова? — спросил Колт.

— Моя голова?

— Да, ещё не утомилась от кучи мыслей?

Мгновение она молчала, а потом он услышал её тихий, хриплый смех и почувствовал, как этот смех прошил его внутренности и добрался до члена.

— Нет, ещё нет.

— Хорошо.

— Мне ещё надо в душ.

Она оставляла его с приятными мыслями, нужно будет найти способ поблагодарить её позже.

— Хорошо, до встречи.

— До встречи.

Он шёл по тротуару и уже видел участок, когда заметил Салли, который провожал родителей Мари Лоу к машине, припаркованной на улице. Он пожал руку матери и легонько похлопал отца по спине. Их горе заставляло Салли нервничать, и он не пытался это скрывать. Иметь дело с жертвами — целое искусство. Нужно выказывать сочувствие и в то же время профессионализм. Нужно дать понять, что их горе имеет значение, и одновременно показать, что найдёшь виновных.

Иметь дело с жертвами — самая трудная часть работы, неважно, украли у них магнитолу из машины или изрубили топором дочь до неузнаваемости. У всех у них такой потерянный взгляд, словно их вера в хорошее пошатнулась. Разница в одном: если у тебя украли магнитолу, то ты купишь новую и будешь жить дальше. А дочь ничем не заменишь.