Чтение онлайн

Капитан насмешливо присвистнул:

– Ваше место, старики, на печке, а не на ратном поле! – Повернулся к ним спиной.

– Ах ты щенок! – разгорячились лучники. – Напялил немецкий кафтан и уже думает, что он – генерал!

– Еще посмотрим на него в бою! – сказал крестьянин, что привел в лагерь всю свою семью, и выпятил грудь колесом: – А вы что толпитесь, будто бараны? А ну-ка, становись по одному!..

Лучники вытаращили на него глаза.

– Да ты в своем уме? Чего кричишь на нас?

– Кричу, потому что я ваш командир! Или, может, не нравлюсь?… А зовут меня Тодикэ. Вот так!..

Те, кому посчастливилось получить оружие, изучали приемы штыкового боя. Другие приставали к русским офицерам:

– Дайте и нам ружья…

Один из крестьян вложил русскому солдату в руку деньги:

– Продай мне хоть шпагу, друг!

– Да я тебе задаром бы все отдал, – засмеялся солдату – даже рубаху последнюю. Но шпагу… Бригадир меня за нее повесит!

Проходивший мимо Петр, услышав эти слова, одобрительно улыбнулся.

Капитан Декусарэ вместе с Илие Арборе обходил строй обнаженных по пояс деревенских парней.

– Мне не нужны простофили, растяпы и мокрые курицы! – приговаривал он, отбирая самых крепких и ловких на вид.

За ним по пятам, не отставая ни на шаг, следовала родика.

– Одно только слово, капитан!

– Бабам здесь нечего делать, боярышня.

– Одно слово – и я уйду!

Отобранные капитаном парни отходили налево, одевались.

– А мы? – забеспокоились остальные.

– За вами придет пехотный капитан, – бросил в ответ Декусарэ.

Отобранные парни были один к одному – и по стати, и по силе. Илие Арборе выстроил их в колонну.

– Вооружи и обеспечь конями, – приказал капитан.

– Коней больше нет.

– Найди.

Родика прошла в дубовую рощицу, что была неподалеку. Обернулась, посмотрела на оставшегося позади капитана и разразилась слезами.

Илие Арборе проводил ее взглядом.

– Поимей ты жалость, капитан! – сказал он Декусарэ. – Не видишь разве, как она мучается?

– Мучается? – усмехнулся капитан. – Вот и хорошо, И я когда-то мучался. Оставь меня в покое и занимайся своим делом!

Илие Арборе сделал поворот налево кругом, подошел к колонне парней и увел их. А Декусарэ тут же направился в рощицу, к Родике.

Плечи девушки вздрагивали от рыданий. Капитан отломил ветку от дерева и кашлянул:

– Ну что? Не говорил я тебе, что никуда от меня не Денешься?

Девушка зарыдала еще горше.

– Ладно, перестань! – уже мягче сказал капитан. Наклонившись, он обнял Родику за талию. – Один поцелуй – и все пройдет!..

Родика отпрянула от него.

– Не до поцелуев мне теперь!

Капитан хотел было рассердиться но, заглянув пристальнее в глаза девушки, раздумал. Понял: дело серьезное.

– Что с тобой?

Родика спрятала лицо в ладони.

– О-о-о!..

– Что случилось? Отец тебя из дома выгнал?

– Мне стыдно… Стыдно вам говорить! – простонала Родика. – Мне стыдно смотреть людям в глаза!..

– Да что случилось-то? Скажешь ты или нет?

– Такой позор!.. Лучше умереть…

Капитан опустился на колени, погладил ее по голове.

– Ну, прошу тебя…

– Бояре… Изменники… Бежали к туркам…

– Кто?

– Мой отец среди них…

Зной не спал и с наступлением ночи. В шатре везиря было душно. Двое арапчат обмахивали Балтажи-пашу опахалами.

Йордаки Русет и Антиох Жора опустились перед везирем на колени и поцеловали полу его халата.

– Говорите! – приказал Балтажи-паша.

– Поняв, сколь вероломно поведение господаря… – начал ворник.

– Короче! – прервал его везирь. – Ибо ночи летом коротки, а дни – длинны. Завтрашний день будет длиннее всех. И тяжелее. Нужно оставить время для отдыха. Сколько вас?

– Почти половина всех бояр дивана. И около трехсот наемников.

– Хорошо! – удовлетворенно произнес везирь. – А гяуров?

– Русских? – переспросил Антиох Жора.

– Около пятидесяти тысяч, – ответил Йордаки Русет.

– Я насчитал почти сотню повозок с ранеными, – добавил Антиох Жора.

– Русские войска голодают, – сказал ворник. – К тому же утомлены переходом.

– Сколько у царя пушек?

– Пятьдесят три.

– А какие силы у Кантемира?

– В лагере шесть тысяч. Остальные разосланы по селам за провиантом.

Везирь некоторое время молчал, разглаживая седую бороду. Его острые глазки довольно поблескивали.

– И кого хотите вы вместо Кантемир-бея? – спросил он немного спустя.

Йордаки Русет опустил глаза. Антиох Жора взглянул на везиря:

– Молдавия низко склоняется перед высочайшим султаном и покорнейше просит…

– Имя?

– Великий ворник Иордаки Русет.

Русет еще ниже склонил голову.

– Достойный человек! – сказал везирь то ли с похвалой, то ли с иронией.

Он хлопнул в ладоши, и в шатер вошел чауш. Балтажи-паша шепнул ему что-то на ухо. Чауш поклонился и вышел.

– А что за человек царь? – спросил везирь бояр.

– Врага легче ругать, чем хвалить, – сказал Русет. – К великому нашему огорчению… – Он нерешительно посмотрел в глаза везиря.

– Говори, – подбодрил его Балтажи-паша.

– Нужно признать, – продолжал ворник, – что он поистине велик.

– А ты – правдив, – сказал везирь. – И заслуживаешь молдавского престола…

В глазах Русета засветился лучик надежды.

– Но прежде всего надо, – договорил везирь, – чтоб вы помирились.