Шрифт:
«Искусства не бывает без боли; вместе с тем, искусство существует для того, чтобы компенсировать боль» (Тилль Линдеманн)
Пролог
Заканчиваю писать свою последнюю повесть, и решил перечитать свои дневники. Быть может, я извлеку из них что-то полезное. Может быть, издам свои дневники, изменив некоторые детали, в угоду зрелищности. Или не стоит? Всё же, жизнь у меня была красочная, хоть и тяжёлая.
Сигаретный дым поднимался ввысь, я держал сигарету в правой руке, а в левой я держал свежую рукопись. Рукопись эта – дело всей моей жизни. Наверное, ничто и никого я не любил в своей жизни так, как любил свою рукопись. Уже совсем скоро она отправится к издателю, который уже давно её ждёт, а я, со спокойной душой, уйду на покой. Но стоило ли оно того?
Я поднимаюсь из кресла и иду к стеллажу с алкоголем. Наливаю себе крепкого виски, который уже давно играет роль моего компаньона, и возвращаюсь к рукописи. Всё ли так изумительно, как я хотел написать? Нужно обязательно всё проверить ещё раз!
Пришло время отложить рукопись. Очень хочу перечитать свои дневники. Благо они всегда под рукой. Поэтому открыв выдвижной ящик моего стола, я взял свои дневники, кинул на стол и принялся перечитывать.
Первые строки вызывают крепкое чувство ностальгии. Эти времена вроде были так недавно, но с тех событий уже прошло пятнадцать лет.
Я закрыл дневники. Странные чувства наполняют мой рассудок. Отвращение смешалось с гневом. Мне кажется, что только что я понял, что должен сделать перед тем, как закончить писать. Мне нужно переписать дневники и издать их. Я хочу, чтобы о моей истории узнали люди. Я хочу поделиться своей тоской и болью.
Глава Первая
В моей аудитории всегда было прохладно. Отопление в институты проводили неохотно, поэтому приходилось тепло одеваться. Я уже давно преподавал историю в единственном институте этого Уральского городка, поэтому я уже привык к холодной осени. А вот некоторые студенты с ужасом встречали занятия в холодной аудитории. Впрочем, я всегда подбадривал их, говоря, что это лишь меньшая из проблем, что ждёт их в жизни.
Сегодня у меня не было занятий, я пришёл на работу потому, что хотел перечитать свои наработки. Дома мне не дают в спокойствии прочитать свои рукописи, поэтому приходилось прятаться на работе. Я листал страницу за страницей, делал пометки. Это моя первая рукопись и я наивно полагал, что она сразу же приведёт меня к успеху.
Перечитывал я рукопись для того, чтобы убедиться в том, что в ней всё отлично. Недавно я отправил её местному издателю. Сегодня пришёл ответ. Издатель хочет встретиться со мной и я хочу, чтобы я знал свою рукопись наизусть. Я знаю слабые места своего произведения, знаю и сильные места, но я люблю своё произведение как своё дитя. Я люблю его таким, какое оно есть, ведь я писал его, вкладывая в него душу, и я хочу, чтобы оно обрело жизнь.
Неожиданно, в дверь постучали. Я отложил рукопись, и разрешил посетителю войти. Из-за распахнутой двери показалась наша новая учительница. К сожалению, имени её я ещё не запомнил.
– Здравствуйте, э-э-э..
– Мария, да, здравствуйте.
– Точно, Маша! – воскликнул я. – Извините, плохо запоминаю имена. Вы у нас вместо Инессы, верно? Новый учитель химии?
– Да, точно! – улыбнулась Мария. – Я тут хожу и знакомлюсь со всеми, решила и с вами познакомиться поближе.
С виду, Мария была очень приятная девушка. Я сразу заметил, что она слишком наивна для своих лет. Она была среднего роста, а на её плечи ложились прекрасные кудрявые каштановые волосы. Лицо было аккуратное, и оно завораживало. Впрочем, голос её подходил к её внешности. Уж слишком приятный голос, как мне показалось.
– Почему бы и нет? – сказал я и указал на стул, стоящий напротив моего стола. – Присаживайтесь.
Сверкнув карими глазами, она аккуратно села на стул и уставилась на меня. Я вновь убрал рукопись, и посмотрел ей в глаза.
– Что же вам рассказать о себе? Хм, я женат, детей нет, стараюсь учить здешних студентов физике. Полагаю, что вам обо мне могли рассказать не самые воодушевляющие вещи, но я о них знаю и опровергать не собираюсь. Такой уж я человек.
Я знал, что в коллективе меня особо не любят. Для нашего коллектива я слишком замкнут и молчалив, не люблю шумные сборища и глумления над студентами. Можно сказать, что я слишком простой для моего коллектива, и поэтому они считают меня угрюмым. Впрочем, меня устраивает такая позиция.
– Мне лишь сказали, что вы хороший человек, Валерий. Ничего более. Поэтому я и пришла сюда. Нам ещё долго работать вместе, поэтому мне нужны ответы.
– Хорошо, задавайте вопросы.
– Любите ли вы свою работу?
– Глупый вопрос. – отмахнулся я. – Если бы я не любил её, то явно бы не прозябал в этом холодном месте.
Я видел неуверенность на лице Марии, но заметя её искренние намерения, я решил помочь ей.
– Любите литературу? Я с детства читал различные книжки, ведь мать моя любила литературу. Потом я более масштабно подсел на литературу, а сейчас и вовсе не могу оторваться. Мне кажется, что литература – лучшее, что есть в этом мире. Именно там человек может быть по-настоящему искренен, ведь на бумаге соприкасается лишь мысль автора и разум читателя.
Мария удивлённо смотрела на меня. Такую реакцию я и ожидал.
– Я порой пишу, мне нравится это ремесло. – сказал я и ткнул в свежую рукопись.
– Можно ознакомиться? – сказала Мария.
– Даже не знаю..
Я не ожидал такого ответа от человека, которого знаю не так уж и давно. Ещё никто не просил меня дать почитать мои наработки, и я, поначалу, обомлел. Не зная, что ответить, я спросил:
– Думаете, что оно того стоит? Всё же, я не столь знаменит.
– Многие хорошие авторы не знамениты. Давайте я прочитаю, а позже скажу как вам. Думаю, что мнение со стороны необходимо вам.
Нужно было уже идти к издателю, поэтому я согласился с предложением Марии, и вскоре, вместе с ней, покинул свой кабинет.
Уральская осень встретила меня со всей своей любезностью. Холодный ветер то и дело трепал мои волосы, а золотые листья вечно пролетали рядом. Вокруг гудели машины, а я думал лишь о своём произведении. Холод отступал, когда я вновь погружался в раздумья.
Через час я уже был у здания издательства. Улыбку нельзя было убрать с моего лица. Я вошёл, и радостно сказал девушке на входе:
– Здравствуйте, я Валерий Екимов. Недавно я отправлял свою рукопись и меня просили пройти в издательство.
– Ох, здравствуйте. – озадаченно сказала девушка. – Пройдите в этот кабинет, вас уже ждут. – она указала на кабинет в дальнем углу.
Зайдя в кабинет, я сразу почувствовал резкий запах новых книг. Этот запах всегда радовал меня, хоть я и редко чувствовал его. За маленьким столом сидел пухлый мужчина средних лет, на черепе которого было не так уж и много волос, но лицо его покрывала густая борода. Он сразу указал мне на стул напротив него.