Чтение онлайн

— Можем провести тут час, не больше, — сказал он, стараясь забыть о произошедшем между ними разговоре.

— Вот и хорошо, — ответила Сюзи, — как вы славно все придумали! Вы вообще славный, правда, Иниго? Вы мне очень нравитесь.

— Я голодный, холодный и вдобавок осёл, — сказал юный джентльмен и предпринял тщетную попытку пригладить волосы, пока его не увидел официант.

Им сообщили, что чай подают в вестибюле. Там был большой пышущий жаром камин и большая пышущая жаром дама. Среди постояльцев гостиницы она выглядела, словно какаду среди дроздов. И в ней действительно было что-то от какаду: загнутый носик-клюв на багровом лице, огромные глаза навыкате и маленький круглый рот, пылающий алой помадой; одета она была дорого и броско, каждый ее жест сопровождался ослепительным блеском украшений, а сумочек и свертков у нее было столько, что в них уместился бы небольшой магазин. Дама сидела одна, неподалеку от их столика, и была самой заметной персоной и объектом в зале. Сперва она бросила на Иниго и Сюзи озадаченный взгляд, который потом стал равнодушным и все длился и длился, ничего, по-видимому, не означая.

— Чего она уставилась? — прошептал Иниго. — С нами ведь все в порядке, правда?

— Вот и я думаю, — тихо ответила Сюзи. — Себя я осмотрела — вроде бы все нормально. Вы поначалу отливали синевой, но теперь порозовели. — Она протянула ему чашку. — Может, нас приняли за знакомых?

— Меня она точно не знает — слава Богу! — пробормотал Иниго.

— А меня вполне может, — с гордостью вставила Сюзи. — Если подумать, меня видели тысячи и тысячи людей по всей стране, и я должна иногда встречать своих зрителей, не правда ли? — Сюзи была так весела, так сияла и так умилительно заботилась об Иниго, что он начал подумывать, не любит ли она его — хотя бы самую капельку.

«А может, — размышлял он, скорбно поедая песочный коржик, — она делает это по доброте душевной, чтобы меня порадовать». К тому времени он уже выбросил из головы глазевшую на них даму. Он даже не знал, сидит ли она за столиком, потому что мало-помалу развернулся к ней спиной. Однако, доев коржик, он увидел, что Сюзи вопросительно смотрит наверх.

— Что такое? — спросил он. — Та пучеглазая птица ушла?

— Простите за беспокойство, — раздался женский голос у него над головой.

От неожиданности Иниго подскочил на месте, и его пухлое кресло упало спинкой назад, где налетело на некое препятствие. Он повернул голову и ужаснулся: препятствием оказался роскошный бюст пучеглазой дамы. Она толкнула кресло. Иниго яростно потянул его на себя. В результате оно полетело вперед и припечатало Иниго к столу. Левой рукой он сшиб кувшин с горячей водой, а правой залез в тарелку.

— Ах, вот теперь я вас точно побеспокоила! — воскликнула пучеглазая дама.

— Ничуть, — заверила ее Сюзи, пытаясь улыбаться и одновременно следить за горячей водой, которая ползла по столу в ее сторону. — Присядете?

— Ничуть! Нисколько! Определенно! — взревел Иниго, не понимая, что несет. Он показал рукой на кресло — той самой рукой, которой размазал по тарелке бутерброд с маслом. — Присаживайтесь, пожалуйста! — Он еще раз махнул рукой, и раздавленный бутерброд шмякнулся на кресло.

— Я, верно, должна представиться, — сказала дама.

— Осторожней с горячей водой! — предостерегла ее Сюзи.

— Нет, сюда лучше не садитесь! — опять взревел Иниго. — Здесь все в крошках и масле.

Сказав это, он больше не смог выдавить ни слова. Иниго вдруг потерял власть над собой. Эта дама — с глазами навыкате, крошечным клювом и великолепными украшениями, — ее внезапное появление, его прыжок и последующие чудачества с креслами, маслом и горячей водой вдруг разом подействовали на Иниго, и все происходящее в вестибюле и в целом мире показалось ему вопиюще абсурдным и смешным. Он рухнул в кресло и захохотал.

— Меня зовут леди Партлит, — объявила их новая знакомая, садясь за стол.

Этого хватило, чтобы Иниго вновь разразился хохотом. Она могла представиться хоть миссис Джонс или даже просто отметить, что на улице похолодало, — Иниго был не властен над собой. Любые события и слова повергали его в истерику.

Сюзи вежливо представилась и назвала имя Иниго, но и ее на большее не хватило: глаза засверкал и, она закусила губу, но в следующий миг беспомощно захихикала.

Леди Партлит рассеянно улыбнулась, однако в ее голосе звучало ликование.

— Я вас узнала! — объявила она. — Вы из разъездной труппы «Добрые друзья», верно? Ну разумеется! Я была на вашем концерте в Сэндибэе.

— Да, мы там выступали, — выдавил Иниго. Он вперил взгляд в чайник, надеясь обрести над собой власть, но все было бесполезно. Он вытащил платок, вытер глаза и вновь разразился глупым хохотом.

— Я трижды ходила на ваши концерты! — сказала леди Партлит. — Вы просто чудо. Наконец увидела что-то новое и интересное!

— Я очень рада… — проронила Сюзи, силясь не смотреть на Иниго. — Приятно знать… — Но тут она вновь зашлась в приступе хохота. — Иниго, прекратите, пожалуйста! Дурачина! — Нечеловеческим усилием воли она сделала серьезное лицо, повернулась к леди Партлит и виновато проговорила: — Должно быть, мы показались вам ужасными невежами, но поверьте, это все из-за его глупых выходок и… и… я ничего не могу с собой поделать!

Она вновь захохотала.

— Ничего страшного, — все еще улыбаясь, ответила леди Партлит. — А… э-э… можно поинтересоваться, куда вы едете?

— В Миддлфорд! — выдавила Сюзи таким тоном, будто это самая смешная шутка на свете.

— Вот-вот! Ха-ха-ха! — проревел Иниго. — В Миддлфорд! Ха-ха-ха-ха! Простите, но я ничего не могу с собой поделать. Миддлфорд — такое смешное название! — Он спрятал лицо в ладонях и завопил. Его поведение смело остатки Сюзиного самообладания, и она незамедлительно присоединилась к нему. Взгляд леди Партлит забегал с нее на Иниго и обратно; выпученные глаза распахивались все шире и шире, маленький рот округлился, тяжелые щеки задрожали, и наконец она тоже расхохоталась — тонким сопрано, от которого хотелось смеяться вечно. Все трое дрожали и проливали слезы, не в силах ничего с собой поделать.

— Ах, Боже, Боже, Боже мой! — заверещала леди Партлит, промакивая платком глаза. — Не знаю, что стряслось, но я уже давно так не хохотала! А ведь я люблю посмеяться. — Теперь она говорила куда теплей и непринужденней — от знатной леди в ее тоне не осталось и следа. Перед ними была добрая, недалекая, состоятельная дама лет сорока, которая весело отмахнулась от их извинений.

— Мне это только на пользу, — сказала она. — Вот уж не думала найти такую потеху в этом заведении. Честное слово! Можно я закажу вам еще чаю? Не хотите? А как насчет коктейлей? Или конфет? Сигаретку будете? — Она вынула из сумочки золотой портсигар, и все трое задымили.