Дочь есть дочь
Шрифт:
– Неужели ты, Сэра, возьмешь на себя смелость вмешиваться в жизнь других людей, пусть даже самых близких? В дни моей молодости так вели себя родители по отношению к своим детям. Сейчас, мне кажется, все наоборот.
Сэра, устроившись на ручке Лориного кресла, изобразила обеспокоенность.
– Но я очень огорчена, – сказала она. – Понимаешь, мама не может быть с ним счастлива.
– Предоставь решать это ей, Сэра.
– Не могу же я оставаться сторонним наблюдателем.
Ведь я не хочу, чтобы она была несчастлива. А с ним это неизбежно. Мама так беспомощна. Ей нужен руководитель.
Лора схватила загорелые руки Сэры и заговорила с горячностью, насторожившей и даже немного испугавшей ее крестницу.
– Послушай меня, девочка. Будь осторожна. Будь очень и очень осторожна.
– Что ты имеешь в виду?
– – Остерегайся, как бы тебе не сделать чего-нибудь, о чем бы ты потом жалела всю свою жизнь!
– Именно этого я и…
Лора не дала ей договорить.
– Мое дело тебя предупредить. Больше некому. – Она с силой потянула носом воздух. – Знаешь, чем это пахнет, Сэра? Дымом жертвенника! А я ой как боюсь жертвоприношений.
Сэра не успела ответить, так как Эдит распахнула дверь и возгласила:
– Мистер Ллойд!
Сэра соскочила со своего места.
– Привет, Джерри! – Она повернулась к Лоре. – Познакомьтесь: Джерри Ллойд – моя крестная, дейм Лора Уитстейбл.
Пожимая руку Лоре, Джерри произнес:
– По-моему, вчера я слышал ваше выступление по радио.
– Мне так приятно.
– Это была вторая беседа из серии «Как выжить в наши дни». Произвела на меня большое впечатление.
– Ну, ну, не стоит преувеличивать! – И глаза Лоры, устремленные на Джерри, неожиданно блеснули.
– Нет, в самом деле. Вы дали ответ на все волнующие меня вопросы.
– Ах, давать советы, знаете ли, гораздо легче, чем следовать им. Куда проще, например, сообщить рецепт торта, чем спечь его самой. И много приятнее. Но вот характер от этого портится. Я прекрасно понимаю, что с каждым днем становлюсь все невыносимее.
– Ты – нисколько, – возразила Сэра.
– Да, да, дитя мое. Я дошла до того, что берусь поучать людей, а это грех непростительный. Пойду-ка поищу твою мать, Сэра.
Едва за ней закрылась дверь, как Джерри сообщил:
– Я покидаю эту страну, Сэра.
Сэра в недоумении уставилась на него.
– О Джерри! Когда?
– Скоро. В четверг.
– Куда ты едешь?
– В Южную Африку.
– Так далеко! – вскричала Сэра.
– Да, далековато.
– Пройдут годы, прежде чем, ты вернешься.
– Кто может знать!
– Что ты собираешься там делать?
– Выращивать апельсины. Нас едет несколько ребят, так что не соскучимся.
– О Джерри, неужто без этого нельзя?
– Англией я сыт по горло. Не страна, а тихое болото.
Ни я ей не нужен, ни она мне.
– А как же дядя?
– Он перестал разговаривать со мной. Что не помещало тете Лине – вот добрая душа! – дать мне на дорожку чек и несколько патентованных Средств от укусов змей.
И Джерри улыбнулся.
– Но разве ты умеешь выращивать апельсины, Джерри?
– Не умею, но полагаю, что смогу научиться.
Сэра вздохнула. – Я буду скучать по тебе.
– Не будешь, а если будешь, то недолго. – Джерри говорил отрывисто, не глядя на Сэру. – Человека, находящегося на другом конце земли, быстро забывают.
– Не правда…
Джерри бросил на нее испытующий взгляд.
– Не забывают?
Сэра решительно мотнула головой.
Охваченные смущением, оба смотрели в разные стороны.
– Поехать вместе, вот было бы здорово, – сказал Джерри.
– Да…
– Некоторые очень хорошо зарабатывают на апельсинах.
– Надеюсь.
– Жизнь там что надо – для женщины, я хочу сказать. Климат прекрасный, слуг полно…
– Да, говорят.
– Но ты, наверное, вскоре выскочишь замуж.
– О нет! – Сэра снова покачала головой. – Выходить замуж так рано страшная ошибка. У меня еще масса времени впереди.
– Так тебе кажется. Найдется нахал, который заставит тебя изменить свое мнение, – произнес Джерри мрачно.
– Нет, нет, тут я довольно хладнокровна, – успокоила его Сэра.
Испытывая неловкость, они по-прежнему избегали смотреть друг на друга. Затем Джерри, сильно побледнев, произнес сдавленным голосом:
– Сэра, милая, я ведь обожаю тебя! Ты знаешь это?
– Правда?
Медленно, будто нехотя, они сблизились, Джерри обнял ее, и они робко поцеловались.
Джерри удивился тому, что так оробел. Тертый калач, девушек он имел на своем коротком веку более чем достаточно. Но то «девушки», а сейчас перед ним была его дорогая Сэра.
– Джерри!
– Сэра!
И они поцеловались еще раз.
– Ты будешь меня помнить. Сэра? Не забудешь, как хорошо нам было вдвоем, как весело?
– Конечно, не забуду.
– А писать будешь?
– Письма – не моя стихия.
– Но мне-то ты писать будешь! Прошу тебя, дорогая, мне будет там так одиноко Сэра отодвинулась от Джерри и усмехнулась.
– Одиноким ты не останешься! Девушки повиснут у тебя на шее.
– Если и повиснут, то что это за девушки! Но скорее всего мой круг общения ограничится апельсинами.
– Время от времени будешь посылать мне весточки?
– Непременно, Сэра, ради тебя я готов на все.
– Тогда поднатужься, постарайся выжать все что можно из этой старой апельсиновой плантации.