Дочь есть дочь
Шрифт:
Сэра наполнила у бара бокал и, поколебавшись несколько минут, заговорила, стоя спиной к матери, деланно-спокойным тоном:
– Наверное, надо сказать тебе, мама. Ларри хочет, чтобы я вышла за него замуж.
– Лоуренс Стин?
– Да.
Наступила пауза. Энн какое-то время молчала. Затем спросила:
– И что ты собираешься делать?
Сэра повернулась и взглянула на мать умоляющими глазами. Но Энн смотрела в сторону.
– Не знаю, – пролепетала Сэра.
Голос у нее был растерянный, испуганный, как у маленького ребенка. Она с надеждой смотрела на мать, на ее твердое отчужденное лицо. Прошла минута, другая .
– Ты сама должна принять решение, – сказала Энн.
– Я знаю.
Со стоящего рядом столика Сэра взяла письмо Джерри и, глядя на него, повертела в руках. Жалобно, чуть не плача, она взмолилась:
– Я не знаю, как мне быть!
– Ничем не могу тебе помочь, – равнодушно произнесла Энн.
– Но как ты думаешь, мама? Ну скажи же хоть что-нибудь.
– Я тебе уже говорила, что у него плохая репутация.
– Ах это! Это не имеет значения. Рядом с человеком, полным добродетелей, я бы скончалась от скуки.
– Он, конечно, купается в деньгах, – сказала Энн. – А значит, может обеспечить тебе красивую жизнь. Но если он тебе не нравится, я на твоем месте не стала бы за него выходить.
– В какой-то мере он мне нравится, – смутилась Сэра.
Энн встала и взглянула на часы.
– Тогда за чем же дело стало? Ах Боже мой, совсем забыла, я же приглашена к Элиотам. Уже опоздала ужасно.
– Все равно, полной уверенности у меня нет. – Сэра запнулась. Понимаешь…
– Другого у тебя нет на примете?
– Да фактически – нет, – ответила Сэра. И снова посмотрела на письмо Джерри, стиснутое в руке.
Это не ускользнуло от внимания Энн.
– Если ты думаешь о Джерри, то как раз его я бы выкинула из головы. Толку из Джерри не выйдет, и чем раньше ты это поймешь, тем лучше для тебя.
– Скорее всего ты права, – пробормотала Сэра.
– Не сомневаюсь ни минуты, – бодро заявила Энн. – Забудь про Джерри. Не нравится тебе Ларри Стин – не выходи за него. Ты еще очень молода. Спешить некуда!
Сэра, помрачнев, перешла от бара к камину.
– Может, все же выйти за Лоуренса… Он чертовски привлекателен, этого у него не отнимешь. О мама! – Голос Сэры вдруг сорвался на крик. – Что мне делать?
– Да что ты, Сэра, ведешь себя как двухлетний ребенок?! – Энн даже рассердилась. – Как я могу за тебя определять твою судьбу? Только ты сама можешь принять это решение – и никто иной.
– О да, я знаю.
– Так в чем же дело?
И Сэра ответила, совершенно по-детски:
– Я-то думала, что ты как-то сможешь мне помочь!
– Я уже сказала тебе – совсем необязательно вот сию минуту выходить замуж, если у тебя нет такого желания.
Все так же по-детски Сэра неожиданно спросила:
– Но ты ведь хотела бы от меня избавиться?
– Что ты несешь, Сэра? – резко оборвала ее Энн. – У меня и в мыслях нет избавляться от тебя. Откуда ты это взяла?
– Извини, мама. Вообще-то я так не думаю. Но отношения между нами такие странные! Раньше мы понимали друг друга с полуслова, нам было хорошо вместе. А теперь я все время действую тебе на нервы.
– Боюсь, что я и в самом деле даю иногда волю нервам, – холодно признала Энн. – Но ведь и ты, Сэра, порою проявляешь характер.
– О да, во всем виновата я одна, – рассудила Сэра. – Большинство моих подруг уже замужем. Пэм, Бетти, Сьюзен Джоан только осталась одна, но она целиком ушла в политику. – Она опять помолчала. – А ведь выйти за Лоуренса не так уж и плохо. Как приятно иметь платья, меха и вообще все, что душе твоей угодно.
– Я уверена. Сэра, что тебе лучше выйти замуж за человека состоятельного, – сухо сказала Энн. – Замашки у тебя широкие. Тратишь ты на себя всегда больше, чем получаешь.
– Я ненавижу бедность, – призналась Сэра.
Энн глубоко вздохнула. Она хорошо ощущала неискренность, даже деланность своего тона, но не знала, как себя вести.
– Право же, родная, я не берусь ничего тебе советовать. Ибо уверена, что это только твое личное дело. Дать тебе совет, тот или иной, было бы с моей стороны большой ошибкой. Ты должна самостоятельно принять решение. Ты понимаешь меня, Сэра?
– Конечно, конечно, мамочка, – поспешно ответила Сэра, – представляю, как я тебе надоела своими делами.
Больше не стану тебя беспокоить. Скажи только одно: как ты относишься к Лоуренсу?
– Да никак. Ни хорошо, ни плохо.
– А я иногда начинаю его бояться.
– Ну не глупо ли это, родная?
– Да, наверное, глупо.
Сэра медленно разорвала письмо Джерри сначала вдоль, потом – поперек, а потом на мелкие клочки. Их она подбросила в воздух и следила, как они медленно, словно снежинки, опускаются на пол.
– Бедный старина Джерри! – сказала она. И, метнув искоса быстрый взгляд на Энн, добавила:
– Тебе ведь, мама, не безразлично, что со мной будет?
– Сэра! Опомнись, что ты такое городишь!
– Ах, прости, ради Бога, я все твержу одно и то же.
Все потому, что мной иногда овладевает какая-то оторопь. Ощущение такое, будто я попала в снежную Сурю и никак не могу из нее выбраться… Очень странное чувство. Все и вся кругом изменилось… И ты, мама, стала другой.
– Ну что за чушь ты Мелешь, родная! Ой; мне надо бежать!
– Да, пора. А тебе очень хочется туда пойти?