Чтение онлайн

Ближе к полуночи вернулся Сергей домой. Притихший. Сел на завалинке.

…Однако ночь! Время стихов и молитв, поэтов и монахов. Тишина, покой, лиловые сумерки и звезды, как россыпь алмазов по фиолетовому бархату. Поднимаешь глаза к ночному небу и глубоко вдыхаешь черный воздух, насыщенный звездной пылью.

Вспоминаются ночи юности, когда сердце сладко сжималось от предчувствия любви. Звучат волшебные мелодии, опьяняющие, как густое красное вино, смех возлюбленных, плеск морской волны и стрекотание невидимых цикад…

А из будущего доносятся прохлада сонно-малодушного восхода и тончайший перезвон кристаллов росы.

Не хочется отпускать эту чарующую ночь, но она капризно выскальзывает из рук и черным шелком струится, улетая прочь. Пора зажигать свечу и высказать всю боль и всю радость прошедшего дня. Чтобы отпустить душу в свободный полет на ангельских крыльях. Туда, где нет ничего плохого и темного, но всё — бескрайний ликующий свет. Взлетаем!..

— Где вы сейчас? — раздался голос Валентина в телефонной трубке.

— Проехали Ростов, движемся на юг, — сообщил Сергей, лихо обгоняя пыхтящий лесовоз.

— Тогда вы недалеко от «Лазури» и можете познакомиться с одним интересным парнем по имени Михаил. — Валентин подробно объяснил как проехать и отключился.

Сергей вспомнил, как и что Валентин рассказывал о Михаиле. Прошлое этого человека породило много легенд. Кем он только не успел побывать после увольнения из армии! Например, «смотрящим» в крупной преступной группировке. Он умел виртуозно «разводить» и «строить» простоватых братков, используя в дебатах тайную информацию о слабостях сторон. А кому из «крутых» хочется выглядеть в глазах других слабаком? Казалось, на него работает армия осведомителей, так много он знал обо всех и каждом. При этом, кто он на самом деле — «реально по жизни» — вряд ли кто знал наверняка.

Михаил выглядел мужественно, стильно, со вкусом одевался, никогда не употреблял криминального сленга, зато часто цитировал классику, поэзию. Никто не видел его испуганным или хотя бы нерешительным. Невозмутимо и с достоинством приходил он один без оружия к полным отморозкам. Те с величайшим трудом сдерживались, чтобы не встать по струнке, заложить руки за спину, или не выпустить в него обойму. Впрочем, его сумасшедшая храбрость всегда подкреплялась обширной информацией и ссылками на высоких авторитетов. Может быть это или то, как он говорил, заставляло прислушиваться к нему самых отчаянных беспредельщиков.

Однажды на какой-то мутной сходке мясистый авторитет, небрежно привалившись к стене, сказал ему что-то унизительное. Тогда Михаил, как всегда безоружный, выхватил у ближайшего охранника чешский автомат «Скорпион». Пули пронзили стену в сантиметре от авторитета, не задев его. Тот стал белее стены и сгоряча приказал пристрелить его. Михаил вернул охраннику автомат, расстегнул пуговицы на рубашке и вплотную подошел к обрезу ствола: «Стреляй, если сможешь» и взглянул в глаза бандиту. Тот не шевельнулся. Тогда Михаил отобрал автомат у охранника и подошел к авторитету: «Теперь ты попробуй».

Ни тогда, ни после в него никто не сумел выстрелить, ударить или даже толкнуть. Его спокойная безрассудная храбрость действовала на врагов парализующе. Михаил же объяснял это тем, что ему известен день и час смерти — и это еще не скоро.

Ко всему прочему он считался удачливым бизнесменом. Состояние Михаила оценивалось девятизначной цифрой и было надежно защищено.

Сергей проехал указатель «Пансионат „Лазурь“», они въехали в ворота с вензелем «НД» по центру ажурной стальной перекладины. С помощью охранника определили машину на стоянку и спросили, как найти Михаила. Охранник вызвал по телефону дюжего молодца в тропической военной форме, который Сергея с Наташей подвел к дому, провел на второй этаж и указал на открытую дверь. В просторной комнате за компьютером сидел мужчина лет тридцати. Он встал, познакомился и предложил сесть в кресла. Извинился за то, что ему придется поглядывать на компьютер и нажимать клавиши: «Деньги зарабатываю».

Сергей подсел поближе к столу и увидел, как по монитору ноутбука медленно извивалась графическая кривая.

— Это Интернет-биржа? — спросил Сергей. — Ничего, если я понаблюдаю за процессом?

— Конечно, — кивнул Михаил и показал на нисходящую кривую графика: — Видишь, как стабильно сегодня доллар падает? Есть возможность на этом неплохо заработать. Ну ты слегка поглядывай, а мы все-таки поговорим. Так вы кто и откуда?

— От Валентина.

— Звучит, как происхождение вот этого костюма, — он подергал пиджак за лацкан. Только у него в конце «о»… Я сегодня при параде: был на приеме у городского головы. Значит, вместо того, чтобы самому явиться на ковер, Валентин тебя прислал? А ты у него кем?

— Замдиректора.

— Понятно. С людьми в этой должности всегда проблемы…Видишь, кривая остановила падение? — Михаил кликнул мышкой, и на экране появились несколько мелких графиков. — Сейчас посмотрим, что у нас с интервенцией. Так. Рынок будоражит. Американцы пытаются спасти валюту. Сами активно скупают крупные пакеты долларов. Похоже тоже самое делают и их партнёры. Пока неплохо у них это получается! Надолго ли их хватит? Ладно, сыграем и на этом. Купим вместе с ними по дешевке, а немного позже, когда энтузиазм их поиссякнет, начнём продавать.

В комнату вошел полноватый лохматый парень в сильно изорванных голубых джинсах и красной футболке с надписью: «Ну и что?» и навис над интернет-трейдером. Михаил закончил операцию и поднял глаза на вошедшего.

— Познакомьтесь, ребята, это наш царевич-несмеян по имени Колька. Мы на его деньги тут играем. А сам-то, Коль, не хочешь поучаствовать?

— Не-а, ску-у-ушно, — пояснил Николай, состроив пресную мину. — Так ты сиротам в детдом полмиллиона нашел? А то директор у меня спрашивает.

— Вот сейчас зарабатываю. У буржуинов экспроприирую. Не все им на нашей кровушке миллионные состояния сколачивать. Мы тоже научились кое-чему…

— Ну что, мне тогда заказать стройматериалы?

— Конечно! И высылай бригаду из Туапсе. А то они там второй день от безделья маются.

— Ладно. Пошел.

— Минуточку! — сказал Сергей. — Можно вопрос?

— Давай, — также монотонно произнес Николай.

— Вы, случайно, не сын олигарха?

— Увы, да.

— То-то я думаю, где же я ваше лицо видел? Да в светской хронике.