Дочь Хранителя
Шрифт:
— Смотри, Галчонок! — погрозил мне пальцем Эн-Ферро. — Будешь вместо учебы ерундой заниматься, завезу в Угрюмый лес, найму персонального репетитора и запру тебя с ним до полного овладения даром.
— Ну если очень симпатичного репетитора, — мечтательно промурчала я. — То можно и до полного овладения…
Нет, не с моим счастьем. Скорее всего мне подсунут какой-нибудь раритет вроде Триара или злобную тетку типа нашей Кьярны — наставницы по демонологии, которую, по слухам, боятся не только ученики, но и сами демоны.
24 октября. Марони
«У Галлы великолепная память. Скорость, с которой она усваивает новые знания, поражает. Прочла уже почти всю литературу, купленную для первого курса, постоянно приносит что-то из библиотеки, что-то покупает в городе. Не скажу, что все эти книги имеют отношение к учебе, но скорость, с которой она их проглатывает, впечатляет, как и то, что все прочитанное или услышанное девочка способна повторить спустя время практически слово в слово. И это при том, что в повседневной жизни она бывает невероятно рассеянна: не может вспомнить, где положила какую-нибудь вещь, забывает снять с огня кастрюлю или вытряхнуть угли из утюга».
Лайс достал чистый лист и расчертил его надвое. Слева — дракон. Справа — человек. Дракон умный, ответственный и рассудительный. Человек взбалмошный, поверхностный, иррациональный…
Нет, не так! Смятый лист выброшен, а на его место лег другой, так же разделенный напополам вертикальной чертой. Дракон и человек. Человек в двадцать шесть с половиной лет — взрослая, сформировавшаяся личность. Дракон в этом же возрасте…
Снова не то, и еще один скомканный лист отправился в корзину.
«Я думаю, что, живя на Земле, девочка пребывала под властью морали и общественного мнения, предписывающего определенную модель поведения человеку ее возраста. Здесь, где все уверены, что ей семнадцать лет, она ведет себя соответствующе, и это не требует от нее усилий. Будучи наполовину драконом, чье взросление проходит в несколько раз медленнее, Галла по сути ненамного старше тех ребят, с которыми сдружилась в школе».
Вот как-то так…
Мир драконов
Со стороны встреча выглядела простой случайностью. Старик прогуливался по берегу Зеркального озера, Кадм якобы возвращался от Горячего камня. Точнее, он и возвращался от камня, но пришлось просидеть там два часа, дожидаясь, покуда Хранящий Слово выберется из логова.
— Приветствую тебя, Гвейн. Наслаждаешься погодой?
Если тот и хотел пройти мимо, теперь ему это не удастся.
— Здравствуй, Кадм. Не ожидал тебя встретить. До следующего собрания совета еще две недели, какие дела привели тебя в родной мир?
— Родной мир — он и есть родной. — Хранитель, как руками, развел крыльями.
На деле его раздражали пустынные равнины, унылые серые горы и необходимость ходить на четырех лапах.
— Хорошо, что встретил тебя, Гвейн. Тут кое-кто из моих идущих обмолвился, что встретил Эн-Ферро у тебя на Таре. Уж не знаешь ли, что мой магистр Пилаг там забыл?
— Твой магистр?
И как это старику удаются такие едкие усмешки даже в драконьем облике?
— Свайла потеряна, карды остались лишь в моем мире, на Юули. Теперь это мой народ. И маг у них всего один.
— Не помню, чтобы прежде ты им интересовался. Но на Тар он частенько заходит. Ко мне в миры многие маги заходят — сильные миры потому как.
— Говорят, он в этот раз не один. Девушка с ним какая-то, открывающая…
— Открывающая? — Похоже, Гвейн, как и прибор Дивера, не заметил чужого оператора, и это его насторожило. — Может, ты еще и знаешь, чья?
— Абсолютно случайно знаю. Запоминающаяся особа в плане внешности, оттого мой идущий ее и узнал. Говорит, на Земле ее видел, у Рошана.
Первый в совете как будто задумался, но через секунду широко улыбнулся, опять же абсолютно не по-драконьи:
— Эн-Ферро с девицей — это не диво, особенно с хорошенькой, как ты говоришь. Выкладывай уже, к чему ты этот разговор завел.
— В колонии он не появляется, — пожаловался Кадм. — А тут удалось узнать, где обосновался. Так, может, пропустишь на Тар? Встречусь, поговорю…
Гвейн недобро оскалился:
— О кардах, стало быть, печешься? Случаем воспользоваться решил? А что же ты прежде его не искал? Почта идущих пока работает, у того же Рошана спросил бы — они дружбу водят. Так нет, тебе на Тар обязательно надо!
— Гвейн…
— Я и при прадеде твоем Гвейном был. А Тар для драконов закрыт — и точка!
— Ну и ладно. Заводиться-то к чему? Найду я Эн-Ферро, и без того найду. Почтой воспользуюсь, с Рошаном поговорю… До встречи, старейшина. До следующего совета…
И позорно ретировался. Что ни говори, страшен старик в гневе. Старейший дракон в Сопределье как-никак. Старейший, сильнейший, мудрейший…
А про открывающую не знал.
Глава 14
Тар. Марони
Декабрь, 1056 г.
К концу первого месяца учебы вдруг стало не до шуток и выяснилось, зачем нужна руна концентрации. Без этой закорючки мозги наотрез отказывались принимать и усваивать те горы информации, что вываливали на нас наставники. Досточтимые магистры пытались перещеголять друг друга длиной и невразумительностью лекций, а также невыполнимостью домашних заданий, ежедневно грозя неминуемой практикой, по результатам которой намеривались отсеять первых неудачников.