Чтение онлайн

— Я узнаю тебя. Прощай, Кошка. Да хранит тебя Тьма.

Джанелль улыбнулась ему и исчезла.

Люцивар уставился на пустое место, где только что стояла девочка. Было глупо добавлять последнее пожелание. Наверное.

Скрежет ворот привлек его внимание. Эйрианец быстро стер следы волнения Ветров и, скользя в тенях, добрался до хлева. Едва он успел пройти сквозь внешнюю стену и добраться до своей каморки, как стражник распахнул зарешеченное окошко в двери.

Зуультах была достаточно высокомерна, чтобы считать, будто ее сдерживающие заклятия способны помешать рабам использовать Ремесло и проходить сквозь стены камер. Преодолевать заговоренную стену было неприятно, но не невозможно. По крайней мере, для него.

Что ж, пусть эта стерва гадает, кто постарался. Когда стражники обнаружат мертвого раба в лодке, она заподозрит, что именно Люцивар свернул ему шею. Она подозревала его абсолютно во всем, что шло не так при ее дворе, — и не без причины.

Может, он даже окажет сопротивление, когда стражники попытаются распять его между столбами для порки. Яростная драка отвлечет Зуультах, и запахи ярости и гнева скроют едва уловимое присутствие девчонки.

О да, он сможет отвлечь внимание леди Зуультах, да так успешно, что та никогда не поймет, что теперь по Королевству ходит Ведьма.

Леди Марис повернула голову к большому вертикальному зеркалу:

— Теперь ты можешь идти.

Деймон Сади выскользнул из постели и начал одеваться — медленно, соблазнительно, прекрасно понимая, что она наблюдает за ним в зеркале. Эта женщина всегда смотрела в зеркало, когда он ее обслуживал. Возможно, своеобразный самовуайеризм? Или она таким образом пыталась убедить себя в том, что мужчина, отраженный в зеркале, действительно влюблен и ее оргазм возбуждает его еще сильнее?

Глупая сука.

Марис потянулась и удовлетворенно вздохнула.

— Ты напоминаешь мне дикого кота, с шелковистой шкуркой и перекатывающимися мышцами.

Деймон натянул белую шелковую рубашку. Дикий хищник? Описание довольно-таки верное, надо признать. Если эта идиотка когда-нибудь истощит своим поведением довольно ограниченные лимиты его терпения по отношению к женскому полу, он с радостью покажет свои коготки. В особенности один маленький.

Марис снова вздохнула:

— Ты так красив…

Да, это верно. Его лицо было подарком со стороны таинственного отца, с аристократическими, мужественными чертами. Слово «симпатичный» было слишком мягким. Деймон был высоким и широкоплечим, следил за собой и поддерживал прекрасную форму. Глубокий и вкрадчивый голос с чувственной хрипотцой заставлял женщин смотреть на его обладателя голодными глазами. Яркие светло-янтарные глаза и густые черные волосы были типичными для всех трех долгоживущих рас Террилля, но кожа теплого, золотисто-коричневого оттенка была на тон светлее, чем у хейллианских аристократов, и, вероятно, говорила о примеси демланской крови.

Его тело было оружием, а свое оружие Деймон предпочитал держать в прекрасном состоянии.

Он едва уловимым движением плеч надел черную куртку. Даже одежда была оружием — от довольно откровенного белья до прекрасно скроенных точно по фигуре костюмов. Как нектар, приманивавший мотыльков к опасному пламени.

Обмахиваясь рукой, Марис смотрела прямо на него.

— Даже в такую погоду с твоего тела не упало ни капли пота.

Это весьма походило на жалобу.

Деймон насмешливо улыбнулся:

— С чего бы?

Марис села, прикрывшись простыней.

— Ты жестокий, бесчувственный ублюдок.

Деймон поднял прекрасно очерченную бровь:

— Считаешь меня жестоким? Конечно, ты совершенно права. Я настоящий эксперт в этой сфере.

— И гордишься этим, не так ли? — Марис сморгнула слезы. Ее лицо напряглось, и все морщины, свидетельствовавшие о свойственной характеру женщины раздражительности, стали гораздо заметнее. — Все, что мне рассказывали о тебе, — правда. Даже это. — С этими словами она жестом указала на его пах.

— «Это»? — издевательски поинтересовался он, прекрасно понимая, что именно его нынешняя любовница имеет в виду. Она, как и любая другая женщина, могла бы простить мужчине любую жестокость, если бы ей удалось возбудить его и вызвать эрекцию.

— Ты не настоящий мужчина. И никогда им не был.

— Ах вот что. Здесь ты тоже совершенно права. — Деймон плавным движением засунул руки в карманы брюк. — Лично я всегда считал, что эту проблему вызывает Кольцо Повиновения. — Вновь вернулась холодная, издевательская улыбка. — Если, конечно, ты бы рискнула его снять…

Марис так побледнела, что Деймон невольно задумался, не потеряет ли она сознание. Он сомневался в том, что Марис решит проверить эту теорию и действительно снимет кольцо, сжимавшее его мужской орган. Это и к лучшему. Она не проживет и минуты, если он окажется на свободе.

Правда, большинство ведьм, которым ему довелось служить, в любом случае плохо кончили…

Деймон изогнул губы в своей холодной, грубой, жестокой ухмылке и устроился на постели рядом с женщиной.

— Значит, ты считаешь, что я жесток.

Глаза Марис уже разгорелись — мужчина уверенно опутывал ее невидимыми нитями сладострастия.

— Да, — прошептала она, пристально глядя на его губы.

Деймон наклонился вперед. Его изрядно позабавила та готовность, с которой женщина подставила ему губы для поцелуя. Их языки слились в голодном танце, дразня и играя, и, когда Деймон наконец поднял голову, Марис попыталась притянуть его к себе.

— Ты действительно хочешь узнать, почему на моем теле нет ни капли пота? — вкрадчиво спросил он.