Чтение онлайн

— Нет! — завизжала мэр.

Она схватила мужчину за руку, но было поздно. Горфлинг налетел на пальцы Бранта и вонзил зубы в его кожу. Брант скорчился от боли и попытался выдернуть руку из клетки, но горфлинг вцепился в его пальцы очень крепко. На пол клетки полетели клочья кожи.

Вкус крови привел горфлинга в неистовство. Он громко зарычал и принялся яростно терзать когтями и зубами руку Бранта. Тот кричал и корчился так сильно, что мэр не могла на него смотреть.

Наконец горфлинг стих. Мэр отступила назад, глаза ее расширились от ужаса, потому что чудовище начало расти. Его тело налилось, запульсировало, охваченное красным сиянием, изо рта капала кровь. За какие-то мгновения оно было уже величиной с клетку.

Мэр попятилась к двери, оставляя Бранта на милость судьбы. Она надеялась, что чудовище останется в клетке, но пока ее рука нащупывала дверной замок, горфлинг разломал прутья своей золоченой тюрьмы. Брант и мэр застыли, словно пригвожденные к месту.

Все еще не выпуская окровавленной руки мага, горфлинг вперил глаза в женщину. Мэр поймала его взгляд и была уже не в силах отвести глаз от его черных глубин.

На нее глядело зло, такое всеобъемлющее зло, существования которого не могла предположить даже она, зло, настолько мощное и разрушительное, что оно полностью поглотило ее мысли, мозг, разум, который теперь мог осознать лишь одно: приближение разрушительного террора.

Женский визг заполнил маленькую комнату. Где-то в глубинах подсознания вспыхнула искорка самосохранения, а рука неосознанно потянулась к ручке дверного замка. Горфлинг броском когтистой лапы достал масляную лампу, стоящую на столе, и молниеносно швырнул ее в женщину, уже успевшую открыть дверь и с криком бросившуюся вниз по коридору.

Лампа разбилась о деревянную обшивку двери, вылившееся масло вспыхнуло, сбегая огненными ручейками на пол. Горфлинг скривил рот в злобном ликовании, затем обернул глаза к Бранту.

Тот не двигался. Лицо его было белым от страха и боли, вместо нижней части правой руки остались лишь кровавые ошметки. Но под взглядом Горфлинга он не мог пошевельнуться.

Чудовище прекратило расти, выйдя из клетки, и сейчас затаилось на столе, как огромный кот, зажав руку Бранта.

— Откуда ты знаешь заклинание, колдун? — рявкнул он.

Звук этого голоса, царапающего слух, заставил Бранта затрястись. Он не смог произнести ни слова и лишь протянул левую руку к столу.

Горфлинг склонил голову.

— Книга Матры? Неудивительно, что ты провалился, — он оскалился. — Кто ты?

На этот раз колдун заставил себя открыть рот.

— Лорд Брант из клана Гелдрин, — прошептал он.

— Человек клана. Похоже на то. Только люди кланов вызывали таких, как мы, когда-либо. — Он глубже вонзил когти в правую руку Бранта повыше локтя. — Где мы?

Брант застонал:

— Во дворце. В Пра-Деш.

— Ты не в своей земле. Почему же, маленький вождь?

— Я был изгнан.

— Ого-го! — усмехнулся горфлинг. — Как печально. Твои люди изгнали тебя. Может быть, я восстановлю справедливость. Должно быть, интересно посетить ваши кланы, — он засмеялся, звук его смеха жег уши, как кислота.

Смех этого чудовища был больше, чем мог вынести Брант. Он упал на колени, стеная и моля о пощаде.

— Пощады? — расхохотался горфлинг. — Я не знаю пощады. Но я знаю, что ты, маленький вождь, — мой!

Он медленно потянулся к лицу Бранта. Мужчина навзничь упал на пол, что-то невнятно бормоча в ужасе. Чудовище вцепилось в него с беспощадной решимостью. Вокруг них вился дым, и глаза горфлинга сверкали, отражая языки пламени.

Тело горфлинга вновь запульсировало, светясь изнутри красным сиянием. Брант судорожно открыл рот, хватая воздух, пахнущий гарью, и чудовище воспользовалось этим. Вождь Гелдрина завизжал в последний раз и стих. Дюйм за дюймом горфлинг проникал через рот в Бранта все глубже и глубже. Наконец чудовище выглянуло меж зубов вождя, удовлетворенно оскалилось, затем рот Бранта закрылся, и горфлинг исчез из виду полностью.

В комнате было тихо, раздавался лишь треск горящей двери. Огонь побежал по полу и подбирался теперь к соломенному тюфяку Бранта. Языки пламени взметнулись выше, дым и чад вырвались в коридор.

Горфлинг внутри Бранта принялся за работу. Он быстро подогнал свою форму под очертания тела колдуна, слившись с ним в одно целое, которое смогла бы нарушить теперь лишь смерть, затем вдохнул силу и жизнь в его сердце, мускулы и кости. Единство было совершенным, и горфлинг обрел абсолютный контроль над телом мужчины.

Теперь он приступил к очистке мозга. Опустошив разум Бранта, очистив его ото всех мыслей, воспоминаний и переживаний, поместив на их место свою собственную хитрость и ум, горфлинг обрел весьма поверхностное знание эмоций, владевших Брантом. Лишь одно заинтересовало его особенно сильно: ненависть. Мозг Бранта еще хранил следы ненависти, слишком сильной для обычного смертного человека. Остальные беспорядочные эмоции и переживания горфлинг понять был не в силах. В свое время он разберется и с этим, а сейчас у него было о чем позаботиться.

Тело Бранта задвигалось и медленно поднялось с пола. Горфлинг открыл глаза. Нахальный взгляд Бранта исчез, исчез вместе с его разумом и душой. Из глаз вождя смотрело теперь нечеловеческое зло.

Горфлинг встал, неторопливо пробуя мускулы вновь обретенного тела. Все, за исключением поврежденной руки, которой он позже займется, было здоровым и сильным. Чудовище засмеялось. В своем обычном виде горфлинг не имел собственной силы, он имел лишь власть увеличивать силу других. Но, однажды попробовав крови, он получал возможность переселиться в смертное тело.

Тело Бранта имело особенный, только ему присущий магический талант. Сколько зла, может быть, он еще принесет в мир, пока кто-либо догадается об истинной личности бывшего вождя!

Первым делом, однако, горфлингу было необходимо получить какие-то сведения о живущих здесь людях. В подземном мире, в царстве мертвых, он был слишком далек от человеческих событий и чувств, владеющих землей. Он очень слабо знал человеческую историю, уделяя чуть больше внимания, чем остальному, истории кланов и их людям, обладающим уникальными способностями к магии, — талантом, полученным в наследство от Валериана, легендарного воина-полубога, по слухам, сына Амары. Только владеющий магией мог вызвать горфлинга в мир смертных, и только владеющий магией мог отослать его обратно. Если он, горфлинг, собирается оставаться в этом большом сильном теле, он должен найти средь кланов всех колдунов и истребить их как можно скорее. Особенно одну, вызывавшую у Бранта такую ненависть.