Дочь ректора
Шрифт:
– Странный вопрос, сэр. Я здесь потому, что не хотел пропустить первый день в Магистратуре.
– В таком состоянии следует не в учебное заведение отправляться, а в медицинское. Желательно, под капельницу. Дарк Бэсет, существуют правила. И я прошу… нет, я требую уважать их. Вы намеренно бросаете мне вызов? Или впрямь считаете ваше поведение нормальным?
– Простите, директор, – Аврора только теперь заметила красивую блондинку, сидящую через стол от молодого человека.
Девушка выглядела всерьёз озабоченной и очень серьёзной.
– Но вы же видите, Дарк сейчас не может сам за себя отвечать. Его отец недавно скончался, и он скорбит…
– Именно потому, что я учитываю этот факт, я вообще с вами сейчас разговариваю, мисс Маккарти.
– Дарку нужна сейчас поддержка…
– Если под поддержкой вы подразумеваете возможность курить марихуану на территории Магистратуры, то вынужден вас огорчи ть – поддержки такого рода он от меня не дождётся.
– Вы некомпетентен, господин директор. Я курил гашиш, а не марихуану.
– Есть разница? Насколько я знаю, и то, и другое – конопля.
– Да, но… разные её части. Для гашиша используется смола и пыльца соцветий, а для марихуаны всего лишь листья…
– Избавьте меня от подробностей, – брезгливо проговорил Кайл Мэйсон. – Уверяю, они мне малоинтересны.
– Ну, так, для общего развития, господин директор – в гашише концентрация психоативных веществ в 5–6 раз выше, следовательно, и кайф – круче.
– Дарк! Прошу тебя! – взмолилась блондинка. – Ты что, не понимаешь, что тебя могут запросто сейчас исключить?!
– Да мне пофиг – пусть исключает, если хочет…
– Послушайте, директор, он сейчас совершенно невменяем и не понимает, что творит. Завтра он одумается и снова станет тем Дарком Бэсетом, которого все мы знаем.
– Это должно меня смягчить?
– Но вы ведь не можете со мной не согласиться – он проходит сейчас очень трудный период, ему тяжело, он не в себе и не может отвечать за свои действия. Но это временно. Дайте ему шанс, прошу вас. Исключить Дарка сегодня значит поставить на нём крест. Кроме нас с вами позаботиться о нём сейчас некому.
Аврора услышала, как отец тяжело вздохнул:
– Я понимаю, что мистер Бэсет много пережил. Но я не стану смотреть сквозь пальцы на подобные выходки. Если нечто подобное вновь повторится, можете собирать вещи и выметаться из Магистратуры в двадцать четыре часа. Я ясно выразился?
Молодой человек всё это время слушал перепалку с ухмылкой на губах.
– Дарк, вы можете обещать, что не явитесь больше на уроки пьяным?
Опираясь на подлокотники он с видимым усилием поднялся и слегка покачиваясь, насмешливо прищурившись, взглянул на директора:
– Ради вас, сэр, всё, что угодно.
Демонстративно открыв крышку портсигара, небрежно и чувственно извлёк длинными пальцами сигарету:
– Кто–нибудь хочет? Желающих нет? Ну, что ж? Закончим наш разговор? Было очень приятно пообщаться.
И, зажав сигарету между зубами, он щёлкнул пальцами, заставляя тлеть, распространяя вокруг себя сладковатый, дурманящий запах.
Аврора едва успела отпрянуть, промедли она хотя бы секунду и дверь рассекла бы ей лоб.
– О, простите! – насмешливо протянул молодой человек, окидывая взглядом девушку. – Какая хорошенькая маленькая куколка. Ещё увидимся!
– Дарк, постой!
Девушка едва не столкнула Аврору с ног, но, в отличие от своего друга (или кем он там был) даже и не подумала извиниться, лишь окинув недоброжелательным взглядом.
– Аврора? – Кайл раскрыл объятия. – Дочка, ты уже приехала? Как я рад! Прости, что не встретил. Год ещё не начался, а уже проблемы. С этими богатыми и избалованными подростками нелегко. За разборками потерял счёт времени.
– Да, это я уже поняла, папочка. Но не стоит извинений. К тому же это я приехала раньше…
– И это прекрасно! – улыбнулся Кайл и, подойдя к дочери, с нежностью обнял её. – Знаешь, ты прекрасна. И я бесконечно горжусь тобой.
– Спасибо, папа.
– Нервничаешь?
– Немного.
– И зря. Я уверен, что у тебя всё получится.
– Я надеюсь. Обещаю, буду очень стараться.
– Знаю, Аврора, твой честолюбивый ум жаждет успеха. Ты всегда обладала лидерскими качествами и была личностью, способной ответить на вызов.
– Ты так пытаешься меня ободрить? Или предупредить, пап? Считаешь, что мне придётся отвечать на вызовы?
– Мы в гнезде молодых хищников, сердце моё, которые только учатся пускать в ход зубы и когти и часто при этом не рассчитывают собственную силу. И я бы солгал, сказав, что не волнуюсь за тебя. Волнуюсь и очень. Когда опасность угрожает тем, кого мы любим, это гораздо сложнее принять, чем опасность, угрожающую тебе самому.
– Ты считаешь, мне грозит опасность? – улыбнулась Аврора.
– Пока ты живешь, ты не в безопасности, – с такой же обезоруживающей улыбкой ответил Кайл. – Я ректор, и пытаюсь поддерживать дисциплину. И я твой отец. Но я не могу быть с тобой двадцать четыре часа в сутки…
– И не надо. Просто отлично, что не можешь. Не переживай, папа. Я смогу за себя постоять.
– Опасности бывают разными. Прямая угроза, как по мне, самое безопасное.
– Папа, я всё поняла. Откровенно говоря, я и не думала, что попаду в Рай. И я слышала о нравах, что царят в этом заведении.
– Поверь, я делаю всё возможное, чтобы изменить ситуацию к лучшему, но, когда тебе противостоят сильные миры сего, сложно идти взятым курсом. Твоя мама, ты знаешь, не хотела отпускать тебя сюда.