Чтение онлайн

Хадиджа с мужчинами проводили Бенжамена Нобле домой. Зигмунд Леже посмотрел на Ингрид грустными глазами и побежал следом. Лола выключила музыку. Жером Бартельми заявил, что ему давно пора отправляться в больницу. Все смотрели ему вслед, когда он вышел со своим пластиковым пакетом, в котором лежала неопознанная рука, и сел в служебную машину, припаркованную им в начале улицы.

— Полицейские никогда не стесняются парковаться где хотят, — сообщила Лола, нарушив молчание. — Это та сторона нашей профессии, которой мне сейчас так не хватает. Если я оставлю свой «твинго» где попало, с меня тут же сдерут штраф.

Она подобрала разбросанные повсюду бутылки из-под пива. И обнаружила, что кто-то даже налил пиво в миску для Зигмунда.

— Да, это я, — призналась Ингрид. — Я уже не соображала, что делаю.

— Эта собака не любит пива. Я всегда думала, что у нее хороший вкус.

— Это все я виноват, — извинился Диего. — Но я ни о чем не жалею.

— Начал-то Бен.

— Тебе досталось?

— Нет.

— Вот тебе новые ключи, — объявила Надин, протягивая две связки. — Больше не оставляй их в замке.

Один ключ Ингрид дала Лоле:

— Возьми на всякий случай.

Лоле показалось, что медбрат смотрит на маленький кусочек металла с завистью.

Надин улыбнулась Карли и ушла без дальнейших комментариев.

— Я не только принес тебе цветы, Ингрид.

— Я так и подумала.

— У тебя есть компьютер?

— Конечно, а что?

— Дело в том, что падение Алис не прекращается в Сети.

— What?

— Кто-то без конца прокручивает съемку.

На экране появился веселый сорокалетний мужчина с обсыпанными мукой усами. Следуя указаниям Диего, Ингрид нашла нужный сайт, принадлежащий некоему Ришару, стоящему перед булочной с неразборчивой вывеской. Вдали вырисовывалась колокольня, по которой Лола узнала церковь Святой Одилии. Ингрид прошла по ссылке, и вскоре на фоне серо-голубого неба обрисовался металлический фасад «Астор Майо». Потом появилась Алис Бонен, высунувшаяся из окна в своем ослепительном платье. Она выпрямилась, легко забралась на подоконник, не спеша перекинула сначала одну ногу, потом другую. С минуту она сидела на краю. И бросилась вниз. Ее тело словно прорезало небо, прежде чем разбиться о крышу автомобиля. Крупным планом показаны лица нескольких потрясенных свидетелей происшествия, и затем наезд на лицо жертвы. Изображение задрожало, и послышался голос мужчины, ругавшего телеоператора. И снова в кадре Алис у окна.

Лола подумала, что самоуверенность оператора придала телерепортажу что-то театральное. Хотелось ущипнуть себя, чтобы поверить, что это действительно смерть женщины, а не трюк каскадерши, в котором использовался манекен. Привыкнув к миру образов, разуверишься в реальности их очертаний. Лишний повод, чтобы при необходимости изучать его под лупой.

— Разглядеть кого-то в комнате невозможно, — заметил Диего. — Я уже пытался сделать это с помощью специальной программы. Но все же тут есть что-то странное.

— Ее лицо, лишенное всякого выражения, — предположила Лола.

— Я представил себя на ее месте. Даже будь я полон решимости прыгнуть, думаю, на лице у меня бы что-то отразилось.

Ингрид просмотрела сайт и оказалась в семейной гостиной. Усатый булочник смотрел телевизор.

— А это что еще за фигня? — спросила Лола.

— Пользователь, вывесивший съемку гибели Алис, установил у себя веб-камеру, — пояснил Диего. — Его жизнь — открытая книга. Правда, интересно?

— По мне, в том, чтобы смотреть на человека перед телевизором, нет ничего захватывающего, но отнесемся к этому с пониманием.

— Может, телеоператор Жюль — родственник булочника? — предположила Ингрид.

— Все это может подождать до завтра, а сейчас я ложусь спать, — заявила Лола. — Советую тебе сделать то же самое, Ингрид. Завтра мы начнем с утра пораньше, как и следует отважным сыщицам. Ты живешь в этом квартале, Диего?

— Да, а что?

— Тогда проводи меня немного. Я хочу узнать твою версию событий. Видишь ли, я вскочила в поезд на ходу.

Лола посоветовала Ингрид запереться как следует и ушла в сопровождении Диего. Ингрид вновь тихонько поставила песню, которую он напевал, когда они танцевали. Она отключила телефон, легла на розовое канапе и снова погрузилась в созерцание ароматической лампы. Сегодня ей выпал один из самых нескладных дней в ее жизни. В общем, a fucking nonsense. [18]

Лола взяла медбрата под руку. Тому явно не хотелось оставлять Ингрид, но и нежелания составить ей компанию она не заметила. Похоже, парень без комплексов, можно говорить с ним напрямик.

— Ты сегодня разыграл перед нами сцену из «Я приду танцевать на ваши могилы», [19] Диего?

— Если скажу правду, вы мне не поверите.

— А ты попробуй. Сегодня я смотрю на вещи широко.

— Я и сам точно не знаю, почему пригласил Ингрид танцевать.

— И это все? Смотри, твое объяснение такое легкое, что уже улетучилось.

— Тогда дайте мне время подумать.

— А я полагала, что ты работаешь в отделении скорой помощи.

— Лола, будьте снисходительны.

— Хорошо, сделаю для тебя исключение. Итак, рассказывай.

— В больнице все больше и больше работы и все меньше и меньше средств к существованию. Кроме того, иногда я скучаю по Мадриду. Там я почти каждую ночь бывал где-нибудь. Я должен танцевать, чтобы отвлечься. А еще…

— А еще?

— Мне это показалось самым простым способом показать Ингрид, что с Алис я вел себя как настоящий подлец. Такое объяснение вас устраивает? Надеюсь, что да, потому что другого у меня нет. Или же придется солгать вам.

— Вообще-то меня мало волнуют танцевальные движения. Меня интересует движение совсем в другую сторону. И держу пари, что ты его уже начал.

— О чем вы, Лола?

— О движении в сторону телеоператора.

— Ингрид была слишком трезвой, а вы во всем перехлестываете через край.

— Ты мог бы быть и полюбезнее, мой мальчик!

— Не стоит обижаться, вы мне очень нравитесь такая, какая вы есть.

— В таком случае, ты меня проводишь. Где он живет?

— Кто?

— Ну хватит. Раз ты умеешь находить интересные сайты, то сможешь найти и нужный адрес. Тем более адрес типа, который проводит жизнь на глазах у тысяч пользователей Интернета.

— Если телеоператор Жюль действительно из семьи булочника, то тот живет на проспекте Стефан-Малларме.

— Отлично! Скажи, как ты это узнал.