Чтение онлайн

«Проповеди» включали речи и статьи древних армянских авторов. В них было много поучительного и разумного.

Хотя в памятной записи не сказано про занятия Аствацатура Бабердци, но, видимо, это был состоятельный человек, скорее всего купец. Кто же иной мог купить семьсот телячьих шкур для выделки пергамента? Мы назовем его купцом.

Для снятия копии с «Проповедей» Аствацатур Бабердци нанимает писца по имени Вардан Каренци и художника-миниатюриста Степанноса — того самого, который так умело вписал свое имя в затейливую вязь орнамента: этого ему не полагалось делать, художник должен был оставаться неизвестным.

Вардан Каренци принимается за свой нелегкий труд. Писать на пергаменте — не по бумаге пером водить. На бумаге в Армении писали с десятого века. Пергамент надежней, сохранится века, дойдет до далеких потомков. Люди верили в лучшие времена!

Это о них, древних писцах и историках, сложил стихи Аветик Исаакян:

Да, это было так.

Три года не разгибая спины трудился писец Вардан Каренци. На четвертый он закончил свою работу и сдал заказчику.

Но не помогло «святое дело» Аствацатуру Бабердци!

Турки узнали про «Проповеди». Предводительствуемые своим судьей, они напали на дом купца, зверски убили его самого, всех членов его семьи, не пощадив ни стариков, ни детей, и разграбили все имущество.

«Проповеди» присвоил себе судья. Он хорошо понимал, что это было самое ценное у Аствацатура Бабердци!..

Вскоре судья переехал в Хлат, расположенный на берегу Ванского озера, и в этом древнем армянском городе объявил сумму выкупа за «Проповеди». Он запросил четыре тысячи драхм! Для того времени это были очень большие деньги.

Откуда жители Хлата — а это в основном были армяне-ремесленники — могли собрать четыре тысячи драхм? Такие деньги им и не снились. Долго они думали и решили обратиться за помощью к жителям города Муша, отправив к ним ходоков — трех братьев, трех смелых парней.

Жители Муша обещали помочь Хлату.

Зимой от них в Хлат отправилась ответная депутация. Но она не дошла до места. «Снег и ветры преградили им путь в горах», — пишет в памятной записи Вардан Каренци.

Тогда попытки спасти «Проповеди» делают жители города Арцке. Но им тоже это не удается.

Через год или два спасти «Проповеди» берутся крестьянки из расположенных вдоль Ванского озера деревень. Они отдают все свои деньги и украшения избранной ими депутации, и та направляется в город Хлат.

Четыре тысячи драхм вручаются судье-злодею.

Рукописный памятник предков, освобожденный из турецкого плена, торжественно перевозится в город Муш…

О всех злоключениях с «Проповедями» после убийства купца Аствацатура Бабердци писец подробно поведал в памятной записи, сделанной им уже в Муше, в церкви Святых апостолов, куда «Проповеди» были отданы на вечное хранение.

Мудрый Вардан Каренци не забыл в своих записях увековечить и имена армянок-патриоток, выкупивших рукопись.

В церкви Святых апостолов «Проповеди» хранились целых семь веков.

Семьсот лет!..

Когда в августе 1914 года вспыхнула мировая война, Турция выступила на стороне Германии против России, вековечным врагом которой она являлась. Для успешного ведения войны турки решили раз и навсегда аннексировать земли Западной Армении, а заодно и покончить с «армянским вопросом», вырезав для этого всех армян, живущих на этих землях.

И то, и другое для турок облегчалось тем, что они имели огромную армию, вооруженную немцами.

За одну ночь турки вырезали половину нации, два миллиона армян.

Массовая резня гугенотов в Варфоломеевскую ночь выглядит детской забавой перед этой неслыханной акцией турецкой армии. Их «опытом» потом воспользовались немцы в войну 1941—1945 годов.

Убежать, скрыться удалось немногим.

Среди беглецов находились и смельчаки, которые, перед тем как идти навстречу русским войскам, врывались в монастырские библиотеки и частные дома, хватали и прятали в узлы и переметные сумы древние рукописи.

Многие из этих героев погибли в пути от турецкого ятагана, но многие горными тропами, через снежные перевалы, все же добрались до Восточной Армении, донесли свой ценный груз до Еревана.

«Пергаментный великан» спасла армянка-беженка. Она была из города Муша. Вместо того чтобы взять с собой что-нибудь из вещей, она взяла «Проповеди» из церкви Святых апостолов. Но не рассчитала своих сил. Двухпудовую рукопись она сумела пронести только часть дороги. Затем, разделив рукопись пополам, одну половину оставила на дороге, надеясь на добрых людей, а вторую после долгих мытарств донесла до Тбилиси.

А что стало с оставленной половиной рукописи?

Говорят, ее подобрали другие беженцы, принесли в город Эрзурум и здесь закопали во дворе армянской церкви. А потом будто бы эту половину обнаружил и спас русский офицер, привез в Баку, и с ней приключилось много всяческих историй, пока обе половины «Проповедей» наконец-то не воссоединились в 1939 году в Матенадаране. Там они значатся под номером 7729.

Это единственный из дошедших до нас древних экземпляров «Проповедей». Остальные погибли, в том числе и оригинал. Экземпляры «Проповедей», хранящиеся в некоторых зарубежных библиотеках, являются копиями матенадаранского, относятся к девятнадцатому веку, ну и, конечно, выполнены на бумаге, без затейливого орнамента.

Воистину доброе дело сделал купец Аствацатур Бабердци и сложил за него голову под ятаганом турецкого янычара.

Из Ленинакана, стоящего недалеко от турецкой границы, в Ереван мы возвращались на «Волге» Гарегина Севунца. Писатель он опытный, хорошо известен его двухтомный роман «Тегеран», но шофер Севунц молодой. Когда на двадцатом километре, уже, перед самым перевалом, наша «Волга» начинает хандрить, Севунц заметно бледнеет, и мы дальше едем молча: он не сводит глаз со стрелки спидометра, я — с дороги. Чувствуя надвигающуюся беду, перестает задавать вопросы моя жена.