Доктор 5
Шрифт:
Куда министра почему-то перестали звать.
Председатель Комитета, уговариваемый в течение четверти часа, согласился мельком поднять данный вопрос, как продукт согласования двух ведомств, полицейского и безопасности. Дескать, в рамках ранее действовавших, пока не отменённых процедур, ввиду сложной обстановки на местах, усматриваем угрозу…
Чему усматривалась угроза, Председатель Комитета должен был, оценив настрой Первого президента лично, озвучить по обстановке.
И теперь министр ждал его звонка, не в силах усидеть спокойно в кресле.
От сигарет во рту горчило, от кофе голова казалось налитой платиной. Так было тяжело.
Министр в очередной раз посмотрел на часы, потом сплюнул прямо в угол на мозаичный пол и извлёк из ящика стола бутылку. Набулькав прямо в чашку из-под кофе грамм сто, выпил залпом.
И в этот момент зазвонил телефон.
— НА СВЯЗИ! — выпалил министр на одном дыхании, поскольку звонил тот, кто нужно.
— Только что от «Самого», — нейтрально проинформировал главчекист. — Вопрос поднял. О чём ты хотел, спросил.
— Иии?.. Ну?.. — министру казалось, что его сердце сейчас пропускает сразу несколько ударов подряд.
— Не обрадую. Сказал дословно: «Отвалите от меня с дебильными вопросами. Мне восемьдесят лет. Вы зачем свои должности занимаете, если работать самостоятельно не можете? Ситуация стандартная? Стандартная. Нарушения есть? Сами говорите, всё законно. ТАК ЧТО ВЫ ОТ МЕНЯ ХОТИТЕ?! Вы между тремя ведомствами что, не можете договориться, как втроём один и тот же Закон соблюсти?!»
— ОН же просто не вник! — закусил губу министр.
— Так точно… — кивнул Председатель комитета в ответ. — Явно не вник. Ещё добавил про восемьдесят лет повторно, и сказал, что он пас. Работать за нас. Дальше без него. А если силовой блок без няньки работать не умеет, то в стране хватает кандидатов на замещение вакансий. Непосильную ношу никто никого таскать не неволит. Если не по Сеньке шапка.
Министр не знал, что сказать. И что сделать, тоже не знал: такая позиция, вкупе с игнором от действующего президента, могла означать только одно: начало конца лично для него.
— Получается, я и тебя подставил? — чуть запоздало сообразил министр в трубку. — Получается, ты от двух ведомств озвучивал, и по тебе проехались из-за меня?
— Соображаешь, — нейтрально подтвердил собеседник. — Будешь должен.
— Без вопросов, — произнёс министр и опустил руки на стол.
Председатель комитета подумал, что у коллеги ступор из-за стресса и, пожав плечами, отключился. Поскольку не мог угадать того факта, что у его собеседника случился обширный инсульт прямо на рабочем месте.
Если бы министр не предупредил в приёмной, чтоб его ни в коем случае не беспокоили, возможно, его бы удалось спасти.
А так, его тело обнаружили только в конце рабочего дня, встревоженные отсутствием связи с ним по всем каналам.
Ведущие его врачи, кстати, предупреждали: никаких кофе и алкоголя. Но кто бы их когда слушал.
— Согласны ли вы стать мужем и женой?
Вопрос задаёт одетый в костюм (не смотря на жару) шестидесятилетний мужик, по совместительству являющийся Консулом в Эмиратах.
Мы с Леной бодро расписываемся и я собираюсь разворачиваться в сторону двери.
Когда ловлю удивление и моих, и Лениных родителей, явно сквозящее в их взглядах в мой адрес.
А через секунду из-за спины, со стороны Консула, раздаётся (почти вдогонку):
— А теперь поздравьте друг друга, как муж и жена!
Застываю прямо в момент шага.
Удивлённо смотрю на Лену:
— Что, прямо здесь?!… И потом, мы разве не уже?!..
Видимо, моё удивлённое лицо достаточно красноречиво, потому что по рёбрам мне прилетает локоть Асели:
— Ц Е Л У Й С Я! Идио… — покрасневшая Аселя что-то беззвучно шепчет, шевеля губами пару секунд. — А не то, что ты подумал!
Лена беззвучно ржёт, едва не заваливаясь назад.
— Тьфу ты, так бы сразу и сказали, — бормочу с облегчением. — Лена, ты наклонишься?
Лена сегодня взделась на каблуки и возвышается надо мной на добрую голову. Чтоб поцеловать, хоть подпрыгивай.
Конец 5-й книги.