Шрифт:
Ламур Луис
Долина солнца (рассказы)
СОДЕРЖАНИЕ
На нас держится эта земля
К западу от Пайлот-Крик
Когда за дело берется техасец
Ничейная гора
Хила-Кроссинг
Шаманское капище
Долина Солнца
Парень с ранчо "Наклонное 7"
В краю Викторио
НА НАС ДЕРЖИТСЯ ЭТА ЗЕМЛЯ
Мы приехали на Саут-Форк, когда снег в долине уже почти сошел. В нашем стаде было около сотни голов скота, и состояло оно из коров, отбившихся от стада и согнанных нами из каньонов неподалеку от тропы Гуднайта, скотоводческого пути, по которому скот перегоняли на северные пастбища. Большинство коров нашего стада пробродило в ущельях, по меньшей мере, пару лет, но, в конце концов, ценой поистине нечеловеческих усилий нам все-таки удалось их отловить, и затем, пометив каждую своим тавром, мы отправились на запад.
Когда мы добрались до места, на проталинах уже зеленела выбивающаяся из-под снега трава, и наши коровы, почувствовали себя здесь как дома. Горные хребты, простиравшиеся к северу и востоку, служили своеобразным основанием треугольника, стороны которого были образованы ручьями, с вершиной в месте их слияния. Свой дом мы решили выстроить примерно в четырех милях от того места, где два ручья сливались воедино, так что наша территория со всех сторон была обнесена созданными самой природой границами. В нашем распоряжении оказывались луга с хорошей травой и местные источники воды. А еще там росли деревья, так что можно будет и дровами запастись, и укрыться от жары в тени раскидистых крон.
Первые две недели мы трудились не покладая рук по четырнадцать часов в сутки, успев за это время выстроить себе хижину, расчистить родники, а также соорудить конюшню, загоны и коптильню. Мы привезли с собой некоторый запас провизии, который время от времени пополнялся за счет той дичи, что удавалось добыть на охоте. К тому времени, как строительство хижины было завершено, наше стадо успело неплохо обжиться на новом месте, коровы отъедались и толстели на глазах, и все было просто замечательно.
Мы были знакомы немногим больше полугода, и вряд ли за такой срок можно успеть хорошо узнать человека, которого ты выбрал себе в компаньоны. В то время как мы обосновались на Саут-Форк, Тэпу Генри было чуть за тридцать, мне же только-только исполнилось двадцать два года. Мы встретились и познакомились в то время, когда обоим нам выпало работать на ранчо у Гадсена, с людьми которого судьбе было угодно свести меня к западу от Мобити, в то время, как Тэп присоединился к нашей компании через несколько дней, когда мы успели продвинуться еще дальше на север. По натуре оба мы были довольно вспыльчивы, и тем не менее с самого первого дня совместной работы нам удалось неплохо поладить между собой.
* * *
Мы не успели проработать весте и трех дней, когда Тэп Генри дал мне в полной мере понять, человеком какого склада он является на самом деле. В тот день в дороге нас нагнали какие-то всадники, потребовавшие от нас отдать им часть стада. У них при себе была купчая, но и у меня, и у Тэпа тут же возникли серьезные подозрения в подлинности тех бумаг. Мы заехали далеко вперед, когда появились те парни, но дожидаться хозяина Тэп не стал. Он просто сказал им, что все это, конечно, здорово придумано, но они все равно не получат ни одной коровы из этого стада. Началась перебранка, и один из мошенников схватился за пистолет. Тэп первым уложил его, и на этом инцедент был исчерпан.
Он - то есть Тэп - был малым напористым и, я бы сказал, нахальным. Не в его духе было отступать перед трудностями или же бездействовать, покорно ожидая своей участи. Напротив, угодив в какую-нибудь переделку, он бросался в самую гущу событий, принимая во всем самое деятельное участие до тех пор, пока неприятности не отступали, или же ситуация не приходила к своему логическому завершению. Тэп был высоким, осанистым парнем, являвшим собой наглядный образец прямодушного, честного человека, хотя, пожалуй, иногда взгляд его мог показаться слишком суров, и упрямые морщинки залегали в уголках тонких, плотно сжатых губ.
Сам я родом из Техаса, из окрестностей Биг-Бенда, но большая часть моей жизни прошла к югу от границы. Однако, достигнув шестнадцатилетия, я решил, что все же здешний климат более благоприятен для меня. И вот как-то раз вечером, когда мы вместе объезжали стадо на пастбище в Вайоминге, Тэп подъехал ко мне.
– Слушай, Рай, - сказал он (вообще-то, меня зовут Райан Тайлер, но для друзей я просто Рай), - если проехаться по ущельям близ тропы Гуднайта, то можно собрать приличное стадо. Всякий раз, когда там прогоняют скот, многие животные отбиваются от стада, и большинство их так и остаются бродить по каньонам.
– Ага, - согласился я, - а у меня как раз есть на примете неплохое местечко для ранчо. Отличные пастбища, много воды и дичи.
– И затем я рассказал ему об этом самом месте у подножия Пеладо, и идея, похоже, пришлась ему по душе. Не знаю, что за резон ему был сторониться людей, отдавая предпочтение столь уединенному уголку. Что же касается меня, то у меня лично причин для этого было превеликое множество, но я так же не сомневался, что решение поселиться там может оказаться черевато для нас большими неприятностями.
Двое людей могут жить и трудиться вместе долгое время и при этом почти ничего не знать друг о друге. У нас с Тэпом все именно так и получилось. Еще раньше нам на пару пришлось дважды браться за оружие, отражая набеги команчей, и еще один раз - сражаясь против отряда индейцев-сиу. Мы вместе работали, брались за любую работу, оба были на хорошем счету, и спустя какое-то время прониклись уважением друг к другу, хотя вряд ли нас можно было заподозрить в симпатии друг к другу.
Наш первый месяц на новом месте уже подходил к концу, когда к нам впервые нагрянул Джим Лукас. Его появление не было для нас неожиданностью, так как мы уже заприметили коров из стада, принадлежавшего ранчо "Тире Л", и, прибыв на место, первым делом собственноручно выгнали пару сотен голов с пастбища, находившегося в границах облюбованного нами треугольника. В тот день он явно не собирался силой водворять нас отсюда, так как его дочь была с ним, и к тому же сопровождал их в поездке всего один работник - ковбой по кличке Ред, худощавый парень с узким лицом со впалыми щеками и недобрым взглядом серых глаз. На широком поясе у него висели две кобуры с пистолетами.
Лукас был человеком обычного телосложения, но зато держался он так, будто бы весил по крайней мере целую тонну. Приосанившись для пущей важности, он гордо восседал на коне, и сразу было видно, что он нисколько не сомневается в значимости своей персоны. Бетти тем летом исполнялось восемнадцать лет. Она была милой, улыбчивой девушкой, стройной, но вовсе не худой. У нее были светлые волосы, и на выбившихся прядках переливались золотом лучи солнечного света. Она улыбалась открыто и непринужденно, и при взгляде на эти губы мной овладевало желание поцеловать их. В то утро на ней были джинсы из домотканного материала и обыкновенная мужская рубашка, но я готов поспорить, что еще ни на ком из парней эта одежда не смотрелась так потрясающе, как на ней.