Чтение онлайн

Ася поняла, что надо что-то делать, и в один неудачный момент она заявила сестре, что той надо бы обследоваться у психиатра: наследственность – это ведь не шутки!

– Что ты чушь плетешь? – вдруг заорала Вера. – Какая еще наследственность? Какая еще шизофрения? Ты ничего не знаешь и не понимаешь! Отстань от меня и больше рот на эту тему не раскрывай!

Ася поняла, что простыми методами заставить сестру лечиться не получится.

Ася тянется за шампунем, стоящим на полочке у нее над головой. Оскальзывается, пугается, смеется…

Ее мысли снова возвращаются к мужу. Через некоторое время она скажет ему: прости и прощай! Она никогда не любила Вовуса так, как любил ее он. А теперь – Ася была в этом уверена – ушла и его любовь. Она догадывается, что Вовус не может простить ей смерть дочери, не верит Асиным объяснениям. Вовус не хочет даже представить, каково ей приходилось целые сутки крутиться с беспокойной девочкой! Ася с ног валилась, а муж и сестра думали только о работе, о своих супермаркетах. Что же касается свекрови, то даже сам Вовус не мог отрицать тот факт, что приглашать в няньки его мать означало только провоцировать скандалы.

Иногда Ася вспоминает свою дочь. Ее личико, так похожее на лицо Вовуса, только гладенькое, очаровательное, с точеным маленьким носиком, как у самой Аси. Огромные глаза девочки, чуть удлиненные к вискам, были темно-агатовыми, как у отца, и форма губ ей досталась отцовская – верхняя губка тоненькая, красиво очерченная, хитренькая, а нижняя – полная, будто бы надутая, обиженная.

Анечка.

Ох, как устала Ася от этих воспоминаний! Устала и от всей своей нынешней жизни с нелюбимым мужем, с надоевшей работой, с пустотой впереди. И не стоит ей винить себя в том, что она вцепилась в первый же шанс переменить свою жизнь.

«Все будет хорошо, – думает она, улыбаясь своим мыслям. – Все переменится в лучшую сторону!»

Он возвращается из постели к рабочему столу, натягивая одновременно трусы и брюки. Путается в штанинах, усмехается своей неловкости, но мысли его уже далеки от постельных проблем. Он забывает о них, как только видит перед собой монитор компьютера.

Накинув рубашку, сброшенную на пол всего пять минут назад, Вовус садится за стол, тычет пальцем в черную блестящую плоскую кнопку на панели ноутбука. Ему надо поработать, по сути, оставить свое завещание. Краем глаза он следит за женой.

Ася встает с кровати, идет в сторону ванной, но рассеянно задерживается возле зеркала. Ей кажется, что грудь после родов уже не та и надо делать операцию по коррекции груди. Вера запретила ей даже думать об этом, и Вовка с ней согласен. Он своими глазами видит, что у его жены невероятно красивая грудь.

Длинными пальцами с ухоженными ногтями жена касается кожи немного пониже левой ключицы и подтягивает кожу вверх, приподнимая грудь. Она склоняет голову набок, серьезно и требовательно рассматривает себя в зеркале, поднимая груди ладонями.

Вовус не может не смотреть на нее. Ему почти больно. Больно где-то в центре тела. Руки Вовуса помнят, как это – держать грудь Аси на своей ладони, ощущать ее тяжесть и нежность. Чувствуя, что на его скулах играют желваки, Вовка отводит глаза.

Почему-то он вспоминает, как на их свадьбе отец произнес тост:

– У вас должно быть много детей, у тебя, сын, такая же красивая жена, как и у меня!

Отец вскоре умер от инфаркта, едва успев дождаться рождения Вовкиной дочери. Дедушка так и не узнал, что маленькой девочке, принесшей столько счастья всей семье одним фактом своего рождения, выпал недолгий век.

Сейчас думать об этом точно не следует.

Ася исчезает за дверью ванной комнаты, и Вовка теребит кончик носа, соображая, с чего бы ему начать. Он вспоминает – с Интернета. Для этого ему нужно подключиться к Всемирной сети.

Устало и раздраженно Вовус шарит руками по столу, припоминая, куда он сунул USB-modem. Гаджет все не находится, Вовус хрипло бормочет проклятия. Он должен был предложить брату и Вере с Асей суперидею нового бизнеса много времени назад, но идей у него не было и нет. Он знает, что этим вечером Лексус, Вера и Ася ждут от него настоящего сюрприза, а чертов модем куда-то запропастился!

Вовус лезет за сигаретами в карман брюк и находит пропажу: овальный пластиковый корпус размером с зажигалку, украшенный ядовито-розовым логотипом оператора сотовой связи «Камелот». Подключив Интернет, Вовка начинает серфить просторы виртуального пространства.

Полистав новости в поисковых системах и на избранных сайтах, находит интересующий его подкаст про перспективные виды бизнеса, но, прослушав всего треть передачи, теряет интерес. Не стоит – сказал бы Лексус.

Лехе в этом смысле повезло гораздо больше, чем старшему брату. Кажется, у него на все стоит: на бизнес, на телок, на всякие хобби, на путешествия и развлечения. Он как хорошее горючее – воспламеняется с первой искры, не дымит, не коптит. Вовус всегда восхищался этим даром брата – умением жить интересно, ярко, со вкусом, со смыслом, получая удовольствие от каждого своего дня. Вовка не таков: начиная что-либо, в первую очередь он видит препятствия, будущие провалы и ошибки. Что бы он ни делал, он морочится и заботится, парится и пыхтит, а получив результат, вместо удовлетворения испытывает только разочарование – а стоил ли тот вложенных трудов? Вовка и сам знает, что он – зануда, но измениться ему не дано…

В портфеле для ноутбука есть специальный раздел для бумаг. Сегодня в нем лежит файл. В файле – документы на продажу сети магазинов КУБ. Этим вечером, перед ужином, Вовус, вместе со своими родственниками и партнерами, подпишет эти бумаги.

Решение о продаже дела своей жизни Вовус принял только потому, что знал – без него семейный бизнес рухнет. Лексус просто не способен заниматься повседневными делами, развивать стабильное предприятие, держать в голове всякие скучные вещи, вроде отчетов для налоговой и правил санитарного контроля. А Вера, на которую в любое другое время Вовус положился бы безоговорочно, явно была нездорова. Вовус спросил у нее, что происходит, но она отделалась общими фразами. Впрочем, и сам Вовус сейчас не в себе. Как поется в одной песне – он словно в ссоре с головою, словно сам себе он враг.

А до церемонии подписания судьбоносного для Пушниных договора Вовус обязан сделать две вещи. Во-первых, не испортить этот последний вечер своим мрачным видом, а во-вторых, оставить брату и его жене перспективную идею нового бизнеса. Лексус может запросто спустить все деньги от продажи сети супермаркетов на всякие нереальные планы, безумные прожекты, а вот последнюю волю старшего брата он оспорить не решится. Но в том-то и дело, что именно Лексус всегда был генератором идей, Вовуса все новое только пугает.