Чтение онлайн

Все готово. Тасай чувствовал, как его сердце сейчас выпрыгнет из груди. Во рту пересохло, язык прилип к небу, колени предательски задрожали. Хотелось закрыть глаза, но это обязательно кто-нибудь заметит и сочтет за слабость. Потом уже не отвертеться от насмешек и подначек со стороны сверстников. Всем известно: мужчина должен встречать смерть, как свою, так и чужую, с открытыми глазами.

Верховный жрец, громко выкрикнув какую-то фразу на неизвестном языке, занес над головой кинжал. Пожелтевший от частого использования, изогнутый, как клык ра-хана, он легко пронзит человеческую плоть. Как-то отстраненно Тасай подумал: «Почему кинжал именно костяной и изогнутый? Неужели прямой стальной клинок хуже подошел бы для этого дела?»

До первого удара оставались считаные мгновения, когда произошло то, что Тасай запомнит на всю свою оставшуюся жизнь…

Тяжелый протяжный вой пронзил тишину. Тасай узнал этот вой. Такой звук могло издавать только одно существо в этом мире. Ра-хан! Но почему именно здесь? Как хищник смог так близко подобраться к лобному месту?

Парень взглянул на верховного жреца. Тот замер с поднятым над головой кинжалом. Глаза расширены. Безобразный сухой рот открыт от удивления. Тасай попытался понять, куда же так напряженно всматривается жрец, но непрерывно падающий снег мешал обзору.

Волчий вой, холодящий кровь, повторился, но уже ближе. Людская масса качнулась из стороны в сторону. Где-то далеко истошно завизжали женщины.

Верховный жрец наконец пришел в себя и снова занес кинжал над головой. Делал он это торопливо, будто боялся, что у него заберут его страшную игрушку.

Вой снова повторился. Уже совсем близко. Тасай, казалось, почувствовал тяжелое горячее дыхание огромного зверя. А затем он услышал голос, похожий на рык. Его услышали все стоявшие сейчас на лобном месте. Тасай чувствовал, как волосы на его голове встают дыбом.

— Не делай этого, старик!

Жрец вздрогнул и испуганно шагнул назад, но тем не менее нашел в себе силы и ответил:

— Если я этого не сделаю — все погибнут!

— Не делай этого, старик! — повторил голос, но уже ближе. — Не надо больше убивать!

Тасай уже отчетливо слышал хруст снега под лапами приближающегося существа.

— Ты не понимаешь! — перешел на визг жрец. — Врата скоро откроются!

— Нет! — ответил голос. — Я закрою их!

Он был уже совсем близко. Тасай до боли в глазах вглядывался вперед. Ему показалось, что на фоне снежной стены видны серые силуэты.

— Нет! — крикнул жрец. — Ты слишком самоуверен! Даже Перерожденному это не удалось!

Старик сделал торопливый шаг вперед и уже в который раз попытался пронзить сердце распятой на алтаре женщины.

Тасай не успел даже глазом моргнуть, как из снежной стены выпрыгнула серая тень. Еще мгновение — и тело жреца тряпичной куклой отлетело на несколько шагов от жертвенника. А над ним застыла во всей своей хищной красе огромная белая волчица.

Тасай удивленно наблюдал, как жрец упрямо поднялся на колени, опираясь руками о землю. Старик оказался довольно крепким. Тасай не был уверен, поднялся ли бы он сам после такого толчка.

— Глупец!!! — хрипел жрец. — Ты погубишь нас! Если не закрыть Разлом, орды у-дур зальют этот мир кровью! Ты подчинил своей воле этих двух демонов, но даже не догадываешься, какие твари обитают там, за Разломом! Позволь закончить то, что я начал! Это очень важно!

— Для кого? — удивился голос. — Для тебя или для этих несчастных, которых приводят сюда каждый год на убой?

Тасай наконец увидел говорившего. Снежная стена расступилась, пропуская необычного всадника. На спине огромного ра-хана восседал то ли человек, то ли демон.

Если зверя легко можно было рассмотреть, то силуэт всадника был каким-то размытым, дергающимся. Он ехал, ничего и никого не боясь. Будто хозяин, вернувшийся к себе домой после долгой дороги.

Волк, сделав еще несколько шагов, остановился, а всадник спешился прямо возле алтаря.

— Ну, что скажешь, старик? Почему замолчал?

В рычащем голосе чувствовалась насмешка.

Жрец закрыл глаза. Сложив руки на груди, он шептал себе что-то под нос. Губы сжаты, на скулах перекатываются желваки.

— О! — весело воскликнул всадник. — А ты смелый, старик. Пытаешься атаковать… Разве ты еще не понял, что дни твоего величия сочтены. С сегодняшнего дня для степи начинается новая эпоха. Эпоха без жрецов, без их прихвостней и без жертвоприношений!

Тасай слушал с широко открытыми глазами и не верил своим ушам. Люди молчали. Никто даже не пытался помешать чужаку. Хотя нет. Краем глаза парень заметил движение справа. Тораг! Цепной пес верховного жреца! Он крался вдоль стены с натянутым луком и наложенной стрелой. Еще два шага, и он выйдет на удобную позицию. Парень вдруг удивился своему желанию. Он захотел предупредить страшного повелителя ра-ханов, но не успел. Звон тетивы — и толстая стрела отправилась в стремительный полет. Тридцать шагов… Всего каких-то тридцать шагов для такого воина, как Тораг, не расстояние.

А в следующую секунду Тасай даже не понял, что произошло. Чужак словно испарился, чтобы возникнуть рядом с лучником. Довольная улыбка еще не успела сползти с рожи Торага, как чужак сбил его с ног.

— Хороший выстрел, — так же весело рыкнул он. — Хотя и нечестный. Кто еще хочет попытать счастья?

Никто не шелохнулся. Тасай заметил улыбки на лицах некоторых. Лежавший сейчас без сознания Тораг очень многим успел испортить жизнь.

— Старик! — крикнул необычный воин, возвращаясь к алтарю. — Я смотрю, ваша организация здесь не в чести!

Только сейчас Тасай заметил в руке всадника стрелу. Парень не верил своим глазам. Чужак сумел поймать стрелу, пущенную с тридцати шагов одним из лучших воинов степи, а затем в несколько ударов сердца наказать неудачливого стрелка.

Жрец молчал. Его тощая грудь учащенно вздымалась, словно он только что пробежал тысячу шагов.

— Хорошая попытка, — рыкнул воин, остановившись у алтаря. — Только со мной такие штуки не проходят. А сейчас, извини, я должен отвлечься. Придется покопаться с вашим устройством.